сне он выглядел совершенно другим человеком — спокойным и безмятежным. Внезапно он открыл глаза.
— Что случилось? — спросил он сонным голосом. — Кошмар?
Я молча кивнула, не в силах произнести ни слова. Артур встал и подошел ко мне. Он обнял меня, прижав к себе. В его объятиях я почувствовала себя в безопасности. Впервые за долгое время.
— Все будет хорошо, — прошептал он, гладя меня по волосам. — Я не позволю тебя никому обидеть. Я всегда буду рядом.
Я закрыла глаза и прижалась к нему еще сильнее. В этот момент мне казалось, что я готова поверить ему во все. И даже простить. Но разум твердил, что это всего лишь иллюзия. И что доверять ему нельзя.
Утро встретило серым небом. Настроение соответствовало погоде. После ночного эпизода с Артуром я чувствовала себя еще более растерянной. Его объятия, слова поддержки — все это казалось одновременно спасением и предательством. Я не знала, как себя вести и чего ожидать. За завтраком мы почти не разговаривали. Артур был подчеркнуто внимателен, но я старалась избегать его взгляда. Каждый его жест, каждое слово казались мне тщательно выверенной игрой.
Днем Артур предложил поехать в город, чтобы купить мне новую одежду и необходимые вещи. Я согласилась, надеясь, что смена обстановки поможет мне хоть немного отвлечься. Мы ходили по магазинам, выбирали вещи, и на какое-то время я действительно забыла о своих страхах. Артур был терпелив и внимателен, помогал мне с выбором и даже шутил. Его поведение казалось таким естественным, что я почти поверила в его искренность. Но стоило мне на секунду расслабиться, как в голове всплывали воспоминания о его предательстве, и я снова погружалась в пучину сомнений.
Вечером, вернувшись домой, я почувствовала себя еще более уставшей, чем утром. Вся эта игра в доверие и недоверие выматывала меня до предела. Я заперлась в своей комнате и долго сидела у окна, глядя на ночной город. В голове крутились одни и те же вопросы: зачем он помогает мне? Чего он хочет? Можно ли ему доверять? Ответов не было.
Внезапно в дверь постучали.
— Можно войти? — услышала я голос Артура.
Я не ответила. Он постучал снова.
— Пожалуйста, мне нужно с тобой поговорить.
Я вздохнула и подошла к двери.
— Что тебе нужно? — спросила я, стараясь придать своему голосу твердость.
Артур молчал несколько секунд, потом произнес: — Я знаю, что ты мне не веришь. И я понимаю почему. Но я хочу, чтобы ты знала: я сделаю все, чтобы доказать тебе, что ты можешь на меня рассчитывать.
Глава 27. Артур
За стеной, в соседней комнате, тихо дышала Зоя. Я лежал, погруженный в ночную тишину, чутко ловя каждый шорох, каждый едва слышный вздох. Ее присутствие, ощутимое сквозь зыбкую перегородку, отзывалось во мне глухим набатом, разжигая неутолимое пламя желания. С того самого мгновения, когда я впервые увидел ее — такую… неземную… — что-то надломилось во мне, словно древнее заклятие пало, и я осознал, что пути назад больше нет. Нет, я и прежде смутно догадывался, что Зоя — та женщина, с которой я готов разделить не только кров и кров, но и саму душу. Но сейчас это стало неоспоримой истиной, выжженной огнем на скрижалях моего сердца.
Этот зверь не успокоится, пока не найдет Свету. Лишь теперь, узнав все подробности, я постиг всю глубину его отчаяния, ту первобытную ярость, что заставляет его выбивать из Зои местонахождение бывшей жены и детей.
Меня захлестнула волна ярости, обжигающая, всепоглощающая. Он посмел поднять на нее руку! Что, если бы она не вырвалась? Что, если бы я не успел ее вытащить, не увез в безопасное место? Даже мысль об этом замораживает кровь в жилах. Завтра же позвоню Армену. Зоя говорила, что это новый мужчина Светы, кажется, он уже взял ее и детей под свое крыло.
С этими мрачными мыслями я рухнул на диван в гостиной. Едва задремал, как почувствовал на себе ее взгляд. Мне не нужно было открывать глаза. Она стояла передо мной, словно испуганная лань, маленькая, хрупкая, и в то же время такая сильная… Моя.
Я сразу понял, что ей приснился кошмар. И тут же проклял себя. Зачем я ввязался в этот чертов спор? До конца жизни буду винить себя за то, что не был рядом, когда этот… мерзавец… не нахожу слов, чтобы не сорваться на крик, посмел ее коснуться. Я пообещал Зое, что теперь я ее щит и меч. Наверняка она мне не верит. И имеет на это полное право. За эти несколько недель я причинил ей столько боли… Она делилась со мной своими тайнами, открывала душу, и я нутром чувствовал, что нельзя ее ранить. Но я, как всегда, поступил как последняя сволочь. Нет, я всегда знал, что я не подарок судьбы, но только сейчас осознал, каким же я конченым мудаком был, поступив так с девушкой, которая мне поверила.
Зоя собрала самое необходимое, но я видел, что этого недостаточно. Ей нужно было нечто большее, чем просто смена платья. Поэтому я предложил ей отправиться на шопинг, купить все, что пожелает ее душа.
Вечером я решил поговорить с ней. Чувствовал, как она напряжена, как ее гнетет вся эта ситуация. Да еще и я…
— Можно войти? — спросил я, постучав в дверь ее спальни.
В ответ — тишина. Я постучал снова, настойчивее.
— Пожалуйста, мне нужно с тобой поговорить.
На этот раз она подошла к двери и распахнула ее, одарив меня суровым, настороженным взглядом.
— Что тебе нужно? — спросила она, стараясь придать голосу твердость, но в нем все равно звучала едва уловимая трещина.
Я помолчал несколько секунд, собираясь с мыслями, ища нужные слова.
— Я знаю, что ты мне не веришь. И я понимаю почему. Но я хочу, чтобы ты знала: я сделаю все, чтобы доказать тебе, что ты можешь на меня рассчитывать.
Зоя молчала, но в ее глазах, в самой глубине зрачков, я уловил слабую искру надежды, робкую попытку поверить.
— Артур, спасибо за все, что ты делаешь для меня. Правда, мне очень дорога твоя помощь. Я чувствую себя в безопасности рядом с тобой.
Через пару часов позвонил дядя Ашот. В общих чертах он обрисовал ситуацию: эта тварь погрязла в долгах перед какими-то серьезными людьми. За плечами у него статья за разбой, вышел по УДО. Но долги никуда не делись, а лишь росли, подобно раковой опухоли.
Мы договорились с Ашотом встретиться в ближайшее
