подняв над головой, чтобы она не дотянулась.
— Мне кажется, это должно быть конфиденциально.
— Да ладно, я-то думала, мы друзья, — Ава попыталась встать на подножку стула и потянуться выше. Он засмеялся, когда она взмахнула руками, словно отчаянный канатоходец, потерявший баланс.
— Ты упадешь, — предупредил он, поднимая карточку выше. Ава уселась обратно, нахмурившись.
— Не понимаю, почему это должно быть секретом.
— А у тебя есть отметки на твоей карточке?
— Возможно, — ответила Ава. Она скрестила руки на груди.
— Мужчины или женщины? — подразнил ее он.
— Очень смешно.
Он опустил свою карточку и протянул ей.
— Ты, наверное, была права насчет Паскаля.
Ава взглянула на него.
— Тут ничего не написано.
— Я фотографировал, вообще-то.
— Знаю, но нам нужно постараться ради статьи Дебс.
— Мы могли бы… поговорить друг с другом, — предложил он.
— Не уверена, что это будет считаться.
— Цель статьи в том, чтобы рассказать о парижских свиданиях и знакомствах, не так ли? — это то, о чем в конце концов поведал ему Дидье.
— Ага.
— Ну, значит вот оно, — ответил Жюльен. — Двое одиноких людей в окружении свиданий.
— Которые я не ищу, — добавила Ава.
— Ох, Мадонна…
— Жаклин.
— Где же твоя любовь к ролевым играм? — улыбнулся он.
Ава открыла свою вторую бутылку пива и стала себя чувствовать менее нелепо посреди одиночек в Париже. Мерцающие гирлянды и подстаканники с Санта — Клаусом на каждом столе тоже раздражали все меньше, и в качестве компании у нее был Жюльен, кто-то уже знакомый, не ищущий отчаянно отношений.
Они нашли в середине зала столик на двоих, в центре которого на палочке стоял шарик в форме сердца. Она чуть наклонилась вперед и заговорила поверх песен о любви из восьмидесятых, играющих фоном.
— Какая у тебя любимая поп — группа?
Жюльен покачал головой.
— Сначала ты спрашивала меня о фильмах и хлопьях на завтрак, а теперь ты спрашиваешь меня о поп — музыке?
— Ну, об этом я бы спрашивала на свидании, — она заулыбалась. — Помни, что это все ради Дебс, — она откинула голову назад. — Ради моей лучшей подруги, которая в данный момент пробует свои фразочки для флирта на ком-то в костюме Гринча.
Жюльен засмеялся.
— Я не знаю. Я не выбираю кого-то одного. Я слышу что-то — мне нравится, смотрю что-то — я наслаждаюсь этим, — он улыбнулся. — Я не считаю, что нужно потом слушать все песни этой группы или смотреть все фильмы с этим актером в главной роли.
— Что с тобой не так? — воскликнула Ава. — Неудивительно, что ты одинок. Твои бывшие девушки, наверно, считали тебя жутко раздражающим.
— А твои парни? Все отвечали на эти вопросы?
— Только самые достойные.
Жюльен кивнул, откинувшись на спинку стула.
— В таком случае…
Ава вновь наклонилась вперед.
— Да — да?
— Мне нравится Coldplay.
Ава кивнула и сжала свою бутылку пива. Ее желудок слегка закрутило, пока она переваривала информацию. Он сначала назвал какие-то французские фильмы, о которых она ничего не слышала, но затем упомянул Людей Икс … и шоколадные хлопья… а теперь Coldplay. Если бы все было по — настоящему, если бы она искала отношения, у них была бы идеальная совместимость. И глаза с каждой секундой становились все больше похожи на шоколадки Cadbury 's. Наверное, не стоило заказывать третье пиво. Она поставила свою бутылку на стол.
— Что-то не так с Coldplay? — спросил Жюльен.
Она покачала головой.
— Нет, конечно. Крис Мартин — гений.
— Ты фанатка?
— Возможно, у меня добавлены все их песни в Spotify, — признала она. Он улыбнулся.
— Что насчет твоего любимого фильма?
— Заложница, конечно же. За ним сразу же следует Заложница 2.
— А, фильм, действие которого происходит в Париже, — отметил Жюльен.
— Первый раз я его посмотрела в самолете, когда летела в Нью — Йорк с мамой. Ее он напугал до смерти. Она звонила консьержу отеля каждый раз, когда видела кого-то, по ее мнению, похожего на похитителя.
— Я бы познакомился с твоей мамой, — посмеялся он.
Ава потрясла головой.
— Нет, не стоит, — она набрала воздух в легкие.
— Если тебе нравилось рисовать в школе, почему ты дальше не стала это развивать?
Она вздохнула.
— Я же тебе говорила. Я не смела допускать даже мысли о том, что могла бы заниматься чем-то подобным. У моей матери были другие планы, и я делала все, что могла, чтобы облегчить себе жизнь. Когда они с отцом постоянно ссорились, все, что я хотела, это чтобы все было… менее удручающе.
— А сейчас? У тебя есть время принимать собственные решения.
Она кивнула.
— Вот только сейчас, когда у меня есть выбор, все кажется подавляющим. В плане, с чего же мне начать? — она оглянулась, осматривая выпивающих, смеющихся людей, занимающихся своими делами, ищущих любовь, у которых, казалось, все было под контролем.
— Требуется лишь один первый мазок кистью, — мягко сказал Жюльен. — Как с Мона Лизой.
Ава кивнула и улыбнулась.
— Знаю. Но я люблю ручки. У меня даже есть любимый бренд! Я поклонница Bic. Я всегда рисовала их синими ручками, и ничем другим. Я рисовала своих друзей и учителей, когда мне нужно было готовиться к урокам… по вырубке лесов или… по Первой Мировой Войне… и у меня довольно хорошо получалось! — она вздохнула. — Но, когда я закончила школу, и даже получила высшую оценку по искусству, у моей мамы уже были запланированы задания на лето, и на этом все кончилось. Никаких больше ручек. Никаких рисунков. В чем был смысл?
Он улыбнулся.
— Смысл в том, что я верю — ты можешь быть тем, кем хочешь.
— Что насчет тебя, Жюльен? Нет искушения вернуться обратно в финансы?
— Нет, — ответил он. — Я обнаружил много чего еще в фотографии, о чем не подозревал. Еще выпить?
— Только одно пиво, — ответила она и затем перешла на шепот. — Я бы на твоем месте держалась подальше от мужчины в красном бархате. Он выпил минимум пять бокалов вина, и последние двадцать минут пристально смотрит на тебя.
— Я рискну, — Жюльен встал с места.
Ава улыбнулась и проводила его взглядом до бара. Те симпатичные джинсы, которые на нем хорошо сидели с утра, все так же хорошо сидели и сейчас, как и его белая рубашка. Вне всяких сомнений, французы действительно лучше всех знали толк в стиле.
— Как дела?
Дебс плюхнулась на стул, в котором сидел Жюльен и посмотрела на Аву.
— Хорошо, — ответила она. — Да, исследование в процессе, как и обещала, а Жюльен наделал фотографий.
— Ты говорила с кем-то еще, кроме Мистера Кодак?
— Да, — тут же отозвалась Ава. — Я познакомилась с довольно приятной
