расстёгнутую рубашку.
Порядок.
Побросала в сумку влажные салфетки, бутылку воды, кепку для Вадима, телефон, зарядку, кошелёк и ключи. А ещё быстро нанесла лёгкий макияж и тщательно расчесала волосы.
Я уже собиралась выходить, как в дверь постучали.
Я быстро открыла дверь, думая, что это Артёму и Вадюше надоело меня ждать, но..
Передо мной стояла красивая девушка.
— Добры дэнь! — сказала она с акцентом и подала мне руку для рукопожатия. — Я — Джессика.
Глава 33 О тебе
В тот момент когда я её увидела, во мне пронеслась просто буря. Буря, сметающая всё на свете.
Вот она. Красивая, успешная девушка, с которой я видела Артёма на прошлой неделе в ледовом.
Красивая — это же слабо сказано.
Мне такой никогда не стать.
Она же как с обложки. Такие девушки сразу привлекают внимание мужчин.
Уверенная в себе, стройная, имеющая вкус.
Свежий маникюр, безупречный макияж, пухлые губы, ухоженные волосы...
— Привет, — немного растерянно ответила я, принимая её руку. — Я Аня.
— При-ятна знакоми-ца, — улыбнулась она, обнажая белоснежные зубы.
Её глаза сверкнули дружелюбием, но в них читалась какая-то скрытая напряжённость.
— Артём здес? — спросила она, оглядываясь, как будто пытаясь его увидеть.
— Нет, — заторможено ответила я. — Он внизу.
— Улица? — вопросительно кивнула Джессика. — Я хотела сказат ”привьет”. Знакоми-ца. Тэми говорил о тьебе.
“Отьебе” не то слово…
— Неужели? — спросила я, стараясь быть приветливой.
Она непонимающе на меня посмотрела. Видимо, “неужели” это слишком сложное русское слово для иностранки.
— Мы едем в парк, — объяснила я.
Она покивала.
— Я ждать низ, — сказала девушка и улыбнулась как-то стервозно.
Я попыталась улыбнуться в ответ, но внутри меня всё перевернулось, когда она отработанным и красивым жестом крутанулась на широких каблучках и грациозно пошлёпала на первый этаж в своих шикарных туфлях.
Я сглотнула.
Вышла на лестничную клетку, закрыла за собой дверь.
Всю радость будто бы высосали.
Вот эта вот мадам. Своими пухлыми губами. Уж она-то наверняка это умеет.
Проворачивая в замке ключ, я ругала себя за поспешные выводы. Ну подумаешь красивая девушка. Артём же... Он же… Я же ему важна…
На ватных ногах я стала спускаться на первый этаж, но застыла у окна подъезда, видя, как та самая “коллега” бросается на шею Артёма, а он её слишком резко останавливает. Вот значит, как.
Мне не было видно его выражения лица, зато я отчётливо видела лицо блондиночки. Она была в шоке от резкости Артёма. Девушка явно не привыкла к такому обращению.
А значит…
Значит, он мне соврал.
Сердце покрылось коркой льда.
Одномоментно. Бесповоротно. Больно.
А потом я нашла глазами Вадюшу. Он катался по двору на самокате, который для него спустил Артём.
Я вообще-то запрещала кататься во дворе, потому что у нас проездная территория, часто лихачи не соблюдали скоростное ограничение.
Но Артёму некогда было смотреть за сыном. За моим сыном.
Он же разбирался со своей фифой.
Я быстро побежала вниз.
Не бросила и взгляда в сторону предателя. Просто промчалась мимо за Вадюшей.
Артём, увидев меня, взял фифу за плечи и что-то быстро проторобанил ей на английском.
— Аня!
Но я побежала дальше, чувствуя, как ноет лодыжка.
Господи, сколько бы я отдала, чтобы не было последней недели в моей жизни.
Сколько бы отдала, только бы не видеть его лица.
Только бы не помнить его запах.
Только не довериться. Не наступить на чёртовы грабли.
Глупая, глупая девочка Аня.
Нет в жизни правды.
Точнее, у кого-то может и есть. Но не у меня.
Моя жизнь — сплошной конфликт. Сплошное несчастье. Разочарование.
Просто какой-то танец на стекле. На осколках собственного сердца, которое так опрометчиво доверяет всяким ничтожеством.
По спине погладил, а я и растеклась.
С парочки поцелуев.
С корзинки новой красивой лжи.
С этого его “Я никогда не переставал тебя любить, Анни. Всё это время”
С этих его страстных взглядов и нежных прикосновений, с того, как что-то внутри опрометчиво замирало при виде него…
Я добежала до сына и схватила его за подмышки, останавливая самокат.
— Мы не катаемся здесь, — сказала задыхаясь.
Он начал протестовать, мол нет здесь машин, а потом увидел моё лицо и примолк.
Я редко теряла контроль перед ребёнком.
Очень редко…
— Мам, я больше не буду. Тут не было никого.
Он и сам чуть не плакал.
Я повернулась к Артёму. Он стоял уже рядом.
Нашла взглядом Джессику.
Она достала тонкую сигарету и пыталась прикурить. Тоже курит. Вместе наверное курили. После секса. И любовались теми самыми нью-йоркскими рассветами цвета тлеющей сигареты.
Меня обуяла такая грёбанная ярость.
Я толкнула Артёма в грудь, сжимая губы в тонкую линию.
— Некогда за ребёнком присматривать, да?!
— Ань…
— Мам, я сам, это не он!
Но я уже не могла остановиться. Хоть и понимала, что надо.
— Коллега с четвёртым размером груди же важнее, да, Артём?!
— Это третий, — ответил он.
Как пощёчина.
— Тебе лучше знать, — тихо сказала я.
— Успокойся. Я смотрел за Вадюшей, просто она застала меня врасплох.
— Быть родителем, значит, что ребёнок для тебя на первом месте. Всегда!
— Вы для меня на первом месте. Всегда были, есть и будете.
Фифа на заднем плане, которая внимательно смотрела за этой сценой, как-то ехидно усмехнулась, смотря мне в глаза.
— Мы сами у себя на первом месте. А ты приходи как-нибудь в другой раз пообщаться с сыном.
Сказала и тут же поняла, что натворила.
— Мам? — спросил Вадюша, хмурясь.
Я осеклась.
— Молодец, — сказал Артём разочарованно.
— Это он, да? — спросил меня Вадюша. — Он — наш настоящий папа?
Ну что мне было ответить?
Глаза наполнились слезами.
Я села на корточки и бросила сумку на асфальт. Прямо заглянула в глаза сына.
— Да, Вадюша. Артём — твой настоящий папа. Мы долго не виделись, он не знал, что у меня появился ты. А когда узнал — приехал.
Артём тоже присел к земле.
— Я бы никогда тебя не оставил, — серьёзно сказал он, глядя Вадюше в глаза. — Если бы я знал…
Он не успел договорить, Вадюша бросился к нему на шею, и они оба чуть не упали.
Я вытерла глаза, пытаясь не реветь.
“Я бы никогда тебя не оставил”
Тебя.
Он не сказал “вас”.
Он сказал “тебя”...
Глава 34 Воссоединение
Я поднялась на ноги, пытаясь унять бурю эмоций, что охватила меня.
Но Артём взял Вадюшу на руки, подошёл ко мне и обнял нас обоих.
— Мы со всем справимся, — сказал он куда-то мне в макушку.
Мы стояли
