за полночь он так и уснул у экрана монитора.
Утром он был на работе.
— Как, Прокопчук, дела? — спросил полковник Иванов, вызвав подчиненного к себе в кабинет.
— Пока только версии, Павел Степанович. Борис работает в музее, а я ищу информацию о поясах.
— И что интересного нашел?
— В Национальной библиотеке мне скинули на диск оцифрованную рукопись восемнадцатого века о поясах. Пока не дочитал. Всю ночь над ней сидел. Я попозже подойду к вам с докладом.
— Хорошо, работай.
Глава 3
В десять часов позвонил Борис.
— У меня кое-что есть для тебя, скоро привезу.
Игорь положил трубку телефона. Дверь снова открылась. Полковник Иванов пропустил вперед очаровательную девушку.
— К тебе гостья.
Девушка при этих словах засмущалась, и небольшой румянец появился на ее щеках.
— Вот это и есть лейтенант Прокопчук, — сказал начальник. — А это Елена Александровна из музея.
— Можно просто Лена. Вы извините, если помешала, — промолвила гостья. — Я не сама пришла, это директор отправила уточнить, как идут дела. Мы все волнуемся. Тем более мы с Павловной были ответственны за эти экспонаты. Скажите, их нашли?
— Пока нет. Но мы ищем. Так быстро дела не решаются. Это как иголку в стогу сена искать.
— Возможно, я смогу помочь. Директор меня отпустила.
— А вы знаете иностранные языки?
— Английский, французский в совершенстве.
— А старобелорусский?
— Его нет, но изучала в Институте культуры старославянский. Они, конечно, разные, но что-то смогу разобрать. Только мне бы, конечно, словарь старобелорусского…
— Он у меня есть. Отлично, вы сможете помочь мне, — оживился Игорь. — Пока я изучаю информацию о слуцких поясах. Мне надо понять, почему похитители заинтересовались именно ими. Ведь в музее есть и более ценные экспонаты, не правда ли? Изделия из золота, например. Я выделил фрагменты текста, где мне непонятен смысл. Присаживайтесь рядом со мной за компьютер. Вот, например, здесь.
Девушка присела и приблизила лицо поближе к монитору. Затем переписала текст на листик и попросила открыть словарь.
— Это переводится как «возвращаться назад вместе».
Они прошлись по сложным участкам.
Через какое-то время дверь открылась, и в кабинет вошел Борис.
— Привет. Ты уже свидетелей опрашиваешь? — улыбнувшись, заметил он.
— Нет. Это сотрудница музея. Елена Александровна.
— Очень приятно. Глянь, Игорь, что я нашел.
Борис достал из пакета несколько больших фотоснимков.
— Это они! — воскликнула Лена. — Вы нашли пояса?
— Нет. Снимки из фотостудии рядом с музеем, возле метро. Эту пленку оставил парень из японской делегации. У них, видимо, была насыщенная программа, раз он забыл ее забрать. Эти японцы всем интересуются, снимают все вокруг. И они посещали ваш музей. Я попросил фотографа проявить парочку снимков, остальные на диске.
Игорь вставил его в дисковод и вывел фотографии на экран.
— Эти пояса особенные. Я их сразу запомнила, — сказала девушка.
— И в чем их особенность? — спросил Игорь.
— Они отличаются от тех, которые заложил мастер Ян Маджарский. Кстати, на самом деле его звали Ованес Маджарянц. Так вот про особенности… Обычно полосы на всех поясах идут поперек, а в этих — вдоль. Маджарский внес свои новшества в вышивку двухосновных поясов.
— Я прочитал, что они уникальны разнообразием рисунка и вышивкой золотыми и серебряными нитями, — поделился Борис. —
А еще, что лен обладает дезинфицирующим действием. Ну и… пояса сопровождали шляхтича в самых разных жизненных ситуациях.
— Это все, конечно, интересно, но знаете, какую важную деталь я нашел в книге? — не отрываясь от фотографий, спросил Игорь. — На поясах вышивали информацию о месте производства.
— Да, — подтвердила Лена. — Вышивались слова «сделано в Слуцке» или просто «Слуцк» на латинском, польском или старобелорусском языке.
— Проверим мое предположение, — сказал Игорь и взялся за мышь. — Ненужное вырежем, чтобы не мешало.
Через минут десять Игорь хлопнул в ладоши.
— Вроде готово. А теперь посмотрите сюда. Вот они, восемь штук, перед вами. Что-нибудь бросается в глаза?
Две пары глаз уставились в монитор.
— Вроде ничего, — заключил Борис. — Моя бабушка узоры похожие на половиках делала.
— И я ничего не вижу, — сказала Лена. — Просто красиво.
Игорь щелкнул кнопку масштабирования. На экране продольные полоски, выглядевшие только что как растительный орнамент, теперь явственно читались как буквы алфавита.
— Это же старобелорусский! — воскликнула девушка.
— Моя догадка подтвердилась, — удовлетворенно кивнул лейтенант. — Неспроста старики берегли свои вещи, а девушкам собирали приданое. Ведь вместе с одеждой передавались знания и опыт. Рукописи горят, а вышивку носят на себе. Вспомните Гитлера — он ведь тоже собирал антиквариат по всему миру, надеясь найти в древних артефактах секрет могущества для своей нации.
— Зачем же было сейчас красть пояса? — спросил Борис. — Ничего не понимаю…
— В энциклопедии написано, что пояса делали одно, двух и четырехсторонними. Со временем мастер Маджарский разработал новый тип пояса. Видимо, украденные из музея как раз принадлежат к этому типу. Известный коллекционер, который передал российскому музею эти пояса, даже и не предполагал, какую тайну они хранят. После восстания 1831 года царь запретил шляхте носить традиционный костюм и в 1848 году мануфактуры, в которых изготавливались пояса, закрылись. Я предполагаю, что эти пояса делали под заказ, раз они отличаются от обычных экземпляров.
Лена тем временем достала блокнот и начала набрасывать перевод.
— Давайте пообедаем вместе, а потом продолжим — предложил Игорь.
— Я не против, только у меня в обед встреча. Придется вам вдвоем, — развел руками Борис.
Пообедав в уютном кафе неподалеку от прокуратуры, Игорь с Леной вернулись в его кабинет и продолжили работу.
— Нынешнее поколение слишком равнодушно к общественным ценностям и собственной истории, — заметил Игорь, откидываясь на спинку стула. — Без опоры на традиционные ценности, при их замене чуждыми культурными образцами, невозможно построить устойчивое общество. Я думаю, что вор явно очень молод.
— И не говорите. Все для себя. И эту кражу совершили явно с целью наживы. Перепродадут, а деньги себе оставят. Это молодежь умеет.
— Мы с вами так рассуждаем о молодежи, как будто сами старики, — усмехнулся лейтенант.
Лена очаровательно рассмеялась.
— Погодите, нет, не сходится. Помните роман Конан Дойла о профессоре Мориарти? Профессор-математик на самом деле был мозгом бандитской шайки. Что, если молодежь лишь инструмент в руках истинного гения? Человек, который украл слуцкие пояса, явно образован и опытен. Ему надо было все спланировать, просчитать. Он знает древние языки — значит, филолог.
— И историю знает, — добавила Лена.
Спустя четыре часа перевод старобелорусских надписей на поясах был готов.
Здесь говорится о тяжелой доле, угнетении, жизни в целом, вере в Господа, Троицком монастыре и о какой-то теплой церкви, — отрапортовала Лена. — Но… текст не весь, чего-то явно не хватает.
— Возможно,
