class="p1">Я надеваю летний сарафан через голову, перекрещиваю бретельки сзади и завязываю их, глядя в зеркало. Платье достаточно длинное, чтобы скрыть большую часть моего гипса спереди, но я всё равно замечаю, как он выглядывает из-под юбки. И, конечно, каждый раз, когда я двигаюсь, разрезы по бокам открываются, и всё это становится видно.
Я резко выдыхаю, когда смотрю в зеркало. Почти все юбки или платья, которые у меня есть, я покупала, потому что они наилучшим образом подчёркивают мои ноги. Я всегда гордилась своими ногами, всегда считала их своей лучшей чертой. Теперь, наверное, я расплачиваюсь за это тщеславие. Гипс, который охватывает мою ногу от ступни до середины икры, не скрыть.
Я собираюсь быть в нём, когда буду идти или, скорее, ковылять к алтарю. Роуэн пытался убедить своего отца, что нам следует провести небольшую частную церемонию, чтобы избавить меня от этой необходимости. Это было очень мило с его стороны, ещё один приятный сюрприз от мужчины, который оказался на удивление заботливым. Мне почти хочется смягчиться по отношению к нему, но я не могу. Особенно сейчас, когда мы собираемся пожениться.
Особенно после того, как он поцеловал меня в день нашей помолвки.
Не задумываясь, я протягиваю руку и касаюсь своих губ, вспоминая, каково это было. Никто никогда не целовал меня так раньше. Как будто он жаждал меня. Как будто он сотни раз представлял себе этот поцелуй, прежде чем это произошло. Я помню, как это было — сидеть у него на коленях, прислонившись к его твёрдой груди, пока его рот пожирал мой, а его толстый член прижимался к моему...
Я встряхиваю головой, чтобы прогнать фантазии. Скоро это станет реальностью, но эта реальность должна быть чисто клинической. Холодной и отстранённой, как работа. Если я позволю себе увлечься, это приведёт к неприятностям. Роуэн может стать проблемой. Он раздражающий, озорной и безрассудный, но в то же время он заставляет меня желать чего-то нового, испытывать чувства, которых я никогда раньше не испытывала. И совсем скоро я стану его женой.
Мне нужно сохранять дистанцию, иначе я могу начать верить в ту выдумку, которую мы вместе придумали.
В этот момент раздаётся стук в дверь.
— Женевьева? — Зовёт Далия снаружи. — Ты уже готова идти?
— Почти, — отвечаю я, и дверь открывается, пропуская Далию внутрь.
На ней очаровательное платье с запахом в цветочек, которое прекрасно подчёркивает её изящную фигуру. Её беременность уже на четвёртом месяце, и она выглядит так, словно сошла с обложки каталога одежды для будущих мам. Как всегда, она великолепна: светлые волосы уложены в высокий упругий хвост, а голубые глаза сияют от радости.
— Я так счастлива, что мы наконец-то отправимся в магазин за твоим свадебным платьем, — говорит она, присаживаясь на край кровати, пока я собираю волосы в аккуратный пучок. После многих лет занятий балетом я не могу позволить себе небрежный пучок, каким бы стильным он ни был. — Эвелин будет здесь через несколько минут, — добавляет она.
Я ещё раз оглядываю свои волосы, и свет, льющийся из окна, отражается от моего кольца, когда я укладываю последнюю прядь на место. Я смотрю на солитёр, сверкающий на моем пальце, и моё сердце сжимается от волнения.
Я никогда не думала, что буду помолвлена так скоро. И я точно никогда не представляла себе, что это произойдёт именно так.
Далия протягивает мне костыли, и я, медленно опираясь на них, выхожу из спальни, к счастью, это комната для гостей на первом этаже, и направляюсь к машине, где меня ждёт Эвелин. Она одета в белый сарафан с завязками, её волосы распущены, а в руке стакан апельсинового сока.
— У нас есть шампанское, — со смехом говорит Эвелин. — Хотя нам с Далией его пить нельзя. Я подумала, что ты, возможно, захочешь. Ты же идёшь за свадебным платьем только один раз.
Я вспоминаю, как мы говорили это Далии, пытаясь её подбодрить несмотря на то, что в то время она была очень несчастна из-за своего брака. Я улыбаюсь и киваю, прикусив язык. Я не могу сказать им, что, возможно, когда-нибудь в будущем выйду замуж снова, хотя сейчас это вряд ли главное, о чём я думаю. Никто из них не может знать, насколько это временно.
Я готовлю себе коктейль с шампанским, и его сухой вкус помогает мне отвлечься от мыслей, которые переполняют мою голову. Я намерена наслаждаться этим днём, как он есть, — возможность пройтись по магазинам с лучшими подругами и выбрать красивое платье благодаря средствам, которые Роуэн выделил мне для этого мероприятия, даже если это лишь видимость.
Он предоставил мне более чем достаточно средств. На моем счету лежит пятизначная сумма, которую я могу использовать по своему усмотрению, и он сказал, что не будет слушать никаких возражений, хотя я и не собиралась с ним спорить.
Если я планирую выйти за него замуж и родить ему ребёнка, то у меня не возникнет никаких проблем с тем, чтобы позволить ему оплатить моё свадебное платье.
У нас назначена частная встреча в бутике для новобрачных, и нас уже ждёт продавец-консультант — очаровательная брюнетка по имени Мэйзи. На столе стоят мимозы и шампанское, а также небольшой поднос с миниатюрными бутербродами и пирожными, которые идеально подходят для чаепития. Весь бутик оформлен в очаровательном розовом викторианском стиле, и это поистине восхитительно.
— Одна из моих клиенток рассказала мне об этом месте, — говорит Эвелин, когда мы занимаем свои места. — Оно только открылось, но я слышала восторженные отзывы об обслуживании и разнообразии блюд. Я подумала, что здесь будет весело.
— Мне уже нравится это место, — отвечаю я, наполняя свой бокал второй мимозой, и с удовольствием осматриваясь вокруг. В это время Мэйзи приносит мне анкету, которую нужно заполнить, чтобы помочь определиться с моим свадебным стилем. — Поскольку в ближайшее время я не планирую танцевать, если вообще когда-либо буду, я могу наслаждаться возможностью наслаждаться бокалом шампанского в любое время, когда захочу.
Как только анкета заполнена, Мэйзи отводит меня в бело-розовую гардеробную. Здесь меня ждёт небольшой бархатный табурет с бахромой и большое зеркало. Мэйзи начала приносить мне множество платьев. Я примеряла их одно за другим: от бального платья в стиле Золушки, выполненного из плотного атласа «Микадо», до облегающего платья на тонких бретельках из тонкого, как бумага, шелка, которое могло бы сойти за ночную рубашку. Однако ни один из этих вариантов мне не подходил.
— У тебя есть другие идеи? — Спросила я, и Мэйзи нахмурилась.
— Я сейчас вернусь, — сказала
