что держала голову низко и ни во что не вмешивалась, я поняла, что не хочу просто уходить от них. Я вернулась в The Bunny Rabbit, мой бывший стриптиз-клуб, и восстановила связи со всеми... включая Аллена. Мы уже не были так близки, как раньше, но я могла встретиться с ним, не желая убить его.
— Привет, Надзирательница, — ответила Делила, известная в прошлом как Текссас — да, с тремя иксами, — со своим глубоким южным акцентом.
— Ты все еще в Нью-Йорке?
— Да, мэм.
— Отлично. Мне нужна услуга.
— Для тебя? Все, что угодно, называй.
— Моя близкая подруга, она практически член семьи, устраивает девичник. Тот, который вы устроили для меня, был потрясающим, я пытаюсь понять, как повторить это, но с примерно восьмьюдесятью гостями. Мероприятие послезавтра. — Снова Уэс и Макс посмотрели на меня, когда я упомянула свой девичник.
— Ах! Джейн, это так поздно. Я позвоню остальным девушкам. Ты в Бостоне?
— Нет, Нью-Йорк, Хэмптоны.
— О, слава богу. Хорошо, я перезвоню. О, я так взволнована игрой «Угадай папу».
— Не нужно, Делила, она уже знает отца ребенка, он будет там. Теперь, когда я думаю об этом, давай сохраним рейтинг PG.
— Джейн, милая, ты когда-нибудь была на девичнике с рейтингом PG? Это усыпит тебя. Черт, малышу станет так скучно, что он выскочит прямо там, чтобы оживить вечеринку.
Я рассмеялась. — Ладно, хорошо. PG-13, не больше.
— Ладно. Ладно. Я перезвоню, — ответила она и повесила трубку.
Когда я положила телефон, я посмотрела на них. — Почему вы оба на меня так смотрите?
— У этой сети стриптизерш случайно нет фотографий или чего-то с твоего девичника? — спросил Макс.
— Или чего-то, когда Мэсли была младенцем. Даже если это фото, — мягко спросил Уэс, его руки на голове Мэсли.
— Я, папа? — Мэсли подняла глаза.
— Да, ты, малышка, крошечный младенец.
И тут я снова почувствовала эту глупую улыбку, расплывающуюся по моему лицу.
— У него светлые волосы?
Нет ответа.
— Каштановые?
Нет ответа.
— Черные как смоль!
Все еще нет ответа!
— Джейн! — закричали они все на нее. Однако Джейн, очень беременная Джейн, пожала плечами на камеру. Она была в ярко-желтом летнем платье, ее волосы были коротко острижены до плеч, лицо немного округлилось, но в основном ее грудь была огромной по сравнению с нынешней.
Джейн на экране просто пожала плечами, поедая виноград с тарелки, которую держала на животе, как второй стол.
— Я говорила вам, вам бы не понравилась эта игра, — ответила она.
— Ладно! — вздохнули они все, и на этот раз Мэри, одетая в платье наполовину розовое, наполовину голубое, появилась на экране с двумя ручками.
— Последний звонок, дамы, последний звонок, угадываем пол ребенка. И не смотрите на нее в поисках подсказок. Никто, кроме меня и ее врача, не знает. — Мэри повернулась, и только одна женщина перечеркнула свое имя в розовой колонке и поставила в голубую.
— Откуда ты знаешь, а мама даже не знает?
— Я хотела, чтобы это был сюрприз. — Джейн рассмеялась, потирая живот. — Хватит интриги. Давай, Мэри.
— Ты уверена, что готова?
— Мэри?
— Держитесь за свои промежности. — Мэри рассмеялась и повернулась к кому-то за кадром. — Барабанная дробь, пожалуйста... Поздравляю, Джейн, у тебя будет маленькая копия тебя.
Глаза Джейн расширились, и наступила тишина. — Девочка?
— Девочка. — Мэри кивнула.
Все взгляды были устремлены на нее, и камера приблизилась к ее лицу, так близко, что я видела блеск в ее глазах и то, как ее щеки становились все более красными, пока она не начала смеяться, плакать и снова смеяться. Все девушки окружили ее, плача вместе с ней.
— Девочка! — Она вытерла глаза, потирая живот. — Привет, арахис.
— Привет, мамочка! — Мэсли, которая сидела на коленях у Джейн, сказала. Всякий раз, когда Джейн на экране вспоминала момент, в котором кто-то ругался, она закрывала уши Мэсли или отвлекала ее. Это было мило.
— Нет, мамочка. — Мэсли надулась, когда видео закончилось. — Еще меня.
— Подожди. Ты сейчас, — сказала Джейн, переключая видео на своем ноутбуке, который был подключен к телевизору. — Это мое любимое.
Я не знал почему, пока экран не засветился и на нем не появилась она, покрытая потом, дышащая через рот, со слезами на глазах.
— Слишком рано, — закричала она, вцепившись в простыню, зубы сжались так сильно, что я удивился, что они не сломались.
— Дыши. Джейн, дыши. — Голос Мэри доносился из-за камеры — я видел только ее руку, вытирающую лоб Джейн.
— Я не могу. Я не могу. Мэсли, иди, пожалуйста! Пожалуйста! — умоляла она, и мне казалось, что она сжимает мое сердце, глядя, как она так плачет, так умоляет.
— Ей было больно, мамочка? — Мэсли посмотрела на Джейн, и та просто поцеловала ее в голову.
— Да, но мама сильная, разве ты не знаешь, — ответила она, закрывая уши руками.
— Гребаное дерьмо! Я ненавижу их! Если я когда-нибудь увижу их лица снова, я размозжу их гребаной бейсбольной битой! Это больно, Мэри! Ах, мать твою, я не могу.
— Давай, Джейн, еще одно большое усилие...
— Я тужусь! — Она откинула голову, и через несколько секунд я услышал плач Мэсли. Камера повернулась к покрытой кровью Мэсли, заворачиваемой в полотенце, с копной волос на голове.
— Мамочка, это я?
— Да, это ты. Мама никогда этого не забудет, — повторила Джейн, пока Джейн на экране тихо всхлипывала, еще до того, как ее вымыли, они положили Мэсли на грудь Джейн по ее просьбе.
— О, она такая красивая. О... привет, — всхлипывала Джейн, гладя младенца Мэсли по голове.
Только когда я моргнул, я почувствовал слезы, собравшиеся в уголках глаз. Быстро вытерев их, я смотрел молча, в благоговении перед ней и всем, чего она смогла достичь до этого момента.
Когда я взглянул на Уэса, он стоял так неподвижно, что я не был уверен, дышит ли он еще. Его зеленые глаза затуманились, следя за каждым движением на экране. Мы переключились с рождения Мэсли на видео, где малышка Мэсли пытается ходить, с хвостиками и соской во рту. Она радостно раскачивалась на полу, прежде чем толкнуть себя. Джейн сидела на небольшом расстоянии от нее, хлопая и махая. Прошло некоторое время, и наконец Мэсли сделала шесть шагов, прежде чем упасть, но Джейн поймала ее, обхватив руками. Она направила камеру, взяла руку Мэсли и помахала.
— Закончилось, мамочка? — спросила Мэсли, махая в ответ.
— Нет, не закончилось. Смотри... — Она подняла свой телефон, записывая ее. — Ты все еще растешь. В следующем году мы посмотрим все, что ты сделала в этом году.
Мэсли сползла с колен Джейн и подошла к Уэсу.
— Ты видел, папа? — спросила
