Лера. — Прям какой-то идеальный, никаких минусов в тебе нет.
— Я людей убиваю.
Глава 41
Лера резко подняла голову и уставилась в темные глаза Ксена. Она пыталась поймать хоть одну эмоцию, но у нее не вышло. Ксен блестяще выдержал ее испытывающий взгляд и включил гирлянду. Комната озарилась мигающими разноцветными огоньками.
— Красиво, — прошептала Лера. Она залпом допила шампанское и, делая вид, что любуется гирляндой, украдкой поглядывала на Ксена.
Тот принялся ходить по комнате, поправляя криво лежащие вещи. Движения у него были спокойные и плавные, можно даже сказать завораживающие. Тонкими длинными пальцами он подобрал валяющуюся на полу толстовку, встряхнул ее, сложил и убрал в выдвижной ящик шкафа, стоящего у стены. О том, почему его толстовка валялась полу, Ксен не спросил, хоть Лера уже и подготовила ответ — ей стало холодно, и она позаимствовала ее, пока Ксен спал.
— Было бы славно, если Нефтида купила бы мне еще и немного одежды, — тихо произнесла Лера, с тоской глядя на ящик, в котором скрылась толстовка. Она было теплой, уютной и приятно пахла. Пахла своим хозяином…
Лера вздрогнула от своих мыслей, и Ксен решил, что она замерзла. Резким движением выдвинул ящик и взял толстовку.
— Можешь взять ее себе, если хочешь. У меня таких много.
— Я заметила. — Лера шагнула к Ксену и с легкой улыбкой взяла протянутую ей толстовку. Ей было не холодно, но она отчаянно хотела надеть ее, чтобы в полной мере ощутить исходящий от нее запах, который дарил успокоение.
Отведя смущенный взгляд в сторону, Лера заметила в ящике торчащее из-под одежды дуло пистолета. Ей вдруг вспомнился Ярослав, который прятал сигареты в слоях своей одежды, наивно полагая, что Лера этого не замечает. Какой же он все-таки глупый. И почему она раньше этого не замечала?
Отбросив в сторону мысли о Ярославе, Лера коснулась кончиком указательного пальца дула пистолета.
— Что-то мне подсказывает, что этот пистолет вовсе не зажигалка.
Ухмылка исказила тонкие губы Ксена.
— Это Colt М1911А1 45 калибра, — он вынул пистолет из ящика. — Хорошее оружие, надежное, но сегодня оно нам ни к чему.
— У тебя по всем углам пистолеты распиханы?
— Только там, где надо.
— Зачем?
— На всякий. Мало ли.
— Боишься?
— Нет. Давно уже перестал.
— Не верю. Я вот со своими страхами совладать не могу, — Лера бросила взгляд на бутылку, в которой было еще достаточно шампанского. С довольным видом села на диван, налила в кружку еще напитка и взяла один мандарин.
— 'Мандаринка-а-а и бокальчик любимого игристого-о-о, — пропела Лера, пытаясь одной рукой очистить шкурку фрукта, что, разумеется, было абсолютно невозможно.
Некоторое время Ксен наблюдал за ней, а потом, коротко усмехнувшись, сел рядом с Лерой, вырвал мандарин из ее рук и быстро его почистил.
— Открывай рот, — с несвойственной ему шкодливой улыбкой произнес он.
Лера, которая решила, что ее сейчас будут кормить мандаринкой, туту же открыла рот. Однако Ксен замахнулся, делая вид что намерен кинуть дольку мандарина прямо Лере в рот. Взвизгнув, она сразу же сомкнула губы и злобно уставилась на Ксена. К ее удивлению, да и к своему тоже, Ксен громко, искренне и заразительно рассмеялся. Губы Леры непроизвольно растянулись в ласковой улыбке.
«Какой он красивый», — пронеслась в ее голове шальная мысль.
И тут же Лера будто бы протрезвела. Улыбка сошла с ее губ. Нельзя ей так думать. Нельзя проявлять симпатию к этому человеку. Нельзя…
Ксен все еще смеялся, когда Лера вдруг задала ему вопрос совершенно серьезным голосом.
— Чего ты боишься?
Лицо Ксена, которое всего мгновение назад выражало детское счастье, теперь приняло озадаченное выражение.
— Ничего, — ответил он после небольшой заминки.
— Не верю.
— Ну, так поверь, — Ксен не сводил глаз с Леры. — Вся моя жизнь — это бой. Я просто сразился со своими страхами и победил их, когда… — он резко замолк. Взял мандарин и начал его чистить.
— Когда что? — осторожно спросила Лера.
Ксен долго молчит, а потом вновь заговаривает:
— Когда тот, кого я считал своим отцом клялся мне, что ни за что не причинит вреда маме и сестре, а потом убил их.
Глаза Леры расширились от ужаса. Она уже пожалела о том, что начала расспрашивать Ксена о его страхах, но в то же время ей страшно хотелось узнать больше об этом загадочном человеке.
— Расскажешь, что случилось? — тихо спросила Лера, отставив бокал в сторону. Подтянув к себе ноги, она обняла их и с интересом уставилась на Ксена.
Некоторое время он молчал. Не моргая, смотрел в одну точку и даже не шевелился. Лера подумала о том, что все люди постоянно двигаются, редко когда вот так замирают. Например, даже сидя за телевизором они неосознанно качают головой, чешутся, тянутся, мотают руками, дергают плечами. Ксен же частенько мог просто сидеть, уставившись в одну точку. Даже когда он разговаривал, не жестикулировал и не прохаживался из стороны в сторону. Стоял на одном месте или сидел почти без движения, как робот.
Глава 42
Подумав, что из такого человека вряд ли получится выудить информацию о его прошлой жизни, Лера тихо вздохнула и потянулась за кружкой, но взять ее не успела. Ксен вдруг заговорил:
— У нас на чердаке стоял большой железный сейф с советских времен. Не знаю, чей он: наш или старых владельцев дома. Мы с сестрой использовали его как тайник для подарков. Если я находил какой-то красивый камешек или меня угощали конфетой, я прятал это в сейф, а сестра потом находила мой маленький подарок и была счастлива целый день. Отец беспробудно пил и не работал. Мы жили на мамину зарплату и не могли себе позволить ничего лишнего, поэтому мои скромные подарки так радовали сестру.
Как-то раз соседка решила засадить небольшой участок перед домом цветами. Она была пожилой женщиной, поэтому я предложил ей свою помощь просто так, ни на что не надеясь. К моему удивлению, после того, как я вскопал ей грядки для цветов, она дала мне денег. Мне бы отдать их матери, но я был мелким и глупым. Помчался в магазин и купил на всю сумму большой пакет конфет. Дома поднялся на чердак, уже предвкушая радость сестры, которая обнаружит столько конфет в нашем тайнике.
Увы, спрятать их я не успел. Вусмерть пьяный отец поднялся следом за мной, увидел, как я прячу в сейф пакет с конфетами и разразился ругательствами. Почему-то он решил, что я на его деньги купил конфеты и прятал их
