— Для тебя, — говорю я.
Она с усмешкой смотрит на украшение сверху вниз, а затем поднимает взгляд на меня.
— Это твой способ сказать мне, что ты надеешься перепихнуться?
Соскучившись по ее чувству юмора и дерзости, я снова притягиваю ее к себе, снова кружу, просто потому, что мне этого хочется. Делая это, я шепчу ей на ухо:
— Таков план.
Она шепчет в ответ:
— Не могу дождаться.
Когда я опускаю Макайлу на землю, то целую ее, сначала нежно, потом гораздо крепче. Губы. Зубы. Языки. Руки. Соединение тел. Теперь это сцена из фильма.
— Черт, я скучал по тебе, — говорю я ей.
— Я тоже по тебе скучала. Как Нью-Йорк?
— Много семейных драм и всякой ерунды, но было приятно провести время с моей сестрой.
Я наклоняюсь вперед, чтобы снова поцеловать ее, но она держит меня на расстоянии вытянутой руки, почти изучая.
— Хочешь поговорить об этом?
Я беру ее за руку и направляюсь к стойке выдачи багажа. Из-за продолжительности моего пребывания мне пришлось регистрировать багаж. Я ненавижу, когда мне приходится это делать.
— Не особенно.
— А ты бы стал? — спрашивает она.
Я позволяю ей пройти вперед и следую за ней.
— Лучшая новость в том, что у меня не было никаких встреч с моим стариком. Я держался на расстоянии, а он — на своей территории. Моя сестра отнеслась к этому немного подозрительно и начала задавать много вопросов. За исключением похорон Брэндона, мы не были все вместе с тех пор, как я узнал, что он трахал мою девушку.
Макайла вздрагивает.
Поднося ее руку к своему рту, я целую ее.
— Бывшую девушку, — уточняю я. — Но я действительно разговаривал с ним наедине.
Она сходит с эскалатора и ждет меня.
— Я ходил к нему, чтобы поговорить о моем трастовом фонде и сказал ему, что хочу, чтобы деньги перешли под мой контроль. Хочешь верь, хочешь нет, но он сделал это — без споров, без вопросов о том, что я запланировал на этот счет.
Я уже рассказывал ей о деньгах. Как родители моего отца оставили каждому из его троих детей приличную сумму денег с оговоркой, чтобы мы использовали их для инвестирования. Чтобы зарабатывали деньги. Не тратили на всякую хрень, связанную с образом жизни. Мой отец управлял нашими счетами. Что случилось с фондом Брэндона, я понятия не имею. Как бы то ни было, он передал мне управление. Должен сказать, я был шокирован.
Мы идем к назначенной багажной ленте, и когда добираемся туда, я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее.
— Черт возьми, Макайла, я так сильно по тебе скучал. Все, что я хотел сделать, это подрочить на твою обнаженную фотографию, но почему-то сдерживался.
Она приподнимает бровь.
— Почему?
Я поднимаю бровь в ответ.
— Я просто знал, что при встрече будет намного лучше.
Она обвивает руками мою шею и шепчет мне на ухо:
— Я заставляла себя кончать каждую ночь, думая о тебе.
Каждая мышца моего тела напряглась.
— Нет… ты этого не делала! Ты купила новый вибратор?
— Нет, — смеется она. — Просто использовала свои пальцы.
— Трахни меня, — отвечаю я. — Господи, это так чертовски сексуально. Я хочу видеть это.
Она прижимается ко мне своим горячим маленьким тельцем и дышит в ухо.
— Отвези меня поскорее домой, и пока ты будешь дрочить, глядя на меня, может быть, я покажу тебе, как обходилась без вибратора.
Срань господня. Я бросаюсь к ленте выдачи багажа. Но не могу достаточно быстро получить свой чемодан.
Подъем на лифте в гараж, кажется, занимает миллион лет. Мой член тверд, как сталь, и более чем готов к работе. Неделя безбрачия после месяца безостановочного секса заставляет меня пожалеть, что я не могу нанять вертолет, чтобы доставить нас из Санта-Аны в Лагуну, или, по крайней мере, нанять водителя.
Ее ярко-синий джип припаркован посреди гаража, в окружении десятков машин. Как только я сажусь за руль, то хочу завести не машину, а ее.
Испытывая неконтролируемую потребность ощутить ее сладкую киску, я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее. Это не намеренно, но, взвинченный, я не могу остановить рефлекторную реакцию провести рукой по ее бедру. Выше. Еще выше. Мне чертовски нравится, что она в платье.
Легко просунуть пальцы ей в трусики.
Как только я прикасаюсь к ее скользкой плоти, мне конец. Я ласкаю центр ее влажности. Только один раз, говорю я себе.
Макайла издает какой-то звук.
И когда этот звук смешивается с моим дыханием, у меня нет другого выбора, кроме как ввести в нее палец.
— Так хорошо, не могу дождаться, когда окажусь там, — шепчу я ей на ухо.
— Кам, — отзывается она, ерзая на своем сиденье.
Убрав палец, я откидываюсь на спинку сиденья, но оставляю руку там, где ей положено быть.
— Никто не узнает, детка. Просто сядь поудобнее и сделай вид, что мы беседуем.
— Я не знаю. Не знаю, смогу ли…
Я провожу подушечкой большого пальца по ее клитору маленькими кругами. Хотел бы я уткнуться лицом ей в колени и есть ее так, словно она моя последняя еда, наброситься на это фиолетовое платье и тереться о него всем телом. Думаю, скоро. Скоро.
— О, Боже, — стонет она.
— Так и есть, детка, просто говори со мной и расслабь свое тело.
Ее бедра начинают покачиваться в такт движениям моей руки.
Я продолжаю движения.
Однако выпуклости в моих штанах придется подождать. Ее невозможно скрыть. Внезапно я возненавидел себя за то, что убедил Макайлу купить джип с открытым верхом. Прости, приятель. Это происходит прямо здесь, прямо сейчас, и тебе просто придется подождать.
Она шире раздвигает свои ноги для меня.
Нуждаясь в том, чтобы мои пальцы были вкусными и влажными, я начинаю трахать ее сначала одним пальцем. Затем добавляю еще один и, наконец, третий.
Ее глаза становятся стеклянными, когда похоть овладевает ею.
Вскоре я чувствую, как ее киска сжимается вокруг моих пальцев, и я знаю, что она вот-вот взорвется.
— О, Кам. О, Боже. О, Боже, — стонет она, кончая.
Готовый продолжить свое возвращение домой, я поворачиваюсь к ней и облизываю свои пальцы.
— А теперь я собираюсь отвезти нас домой, потому что это, — я указываю вниз, — требует некоторого внимания.
Проводя руками по своему раскрасневшемуся лицу и выглядя более чем довольной, она улыбается мне.
— Я могу позаботиться о тебе по дороге домой.
Не думайте, что эта идея не приходила мне в голову.
— Ну, если ты настаиваешь, — говорю я ей с лукавой ухмылкой и запечатлеваю поцелуй на ее губах, прежде чем дать задний ход ее джипу.
К тому времени, когда мы сворачиваем на нашу улицу, я чувствую себя невероятно. Как будто я на вершине мира и миллион баксов в одном флаконе. Нет, я чувствую себя человеком, которого только что короновали королем в его собственном королевстве.
Мне действительно это было нужно.
Хотя неделя прошла без драм, она не была свободной от стресса. Моя сестра задавала мне миллион вопросов, и мне очень не хотелось говорить ей правду, но я не мог рассказать ей о нашем придурке-отце, не сейчас, когда она в ссоре с нашей матерью. Я не оставлю ее без родителей, к которым можно было бы обратиться. Я отказываюсь это делать.
Вереница машин на подъездных дорожках как к моему дому, так и к дому Макайлы — первый признак того, что здесь намечается вечеринка. Я указываю вперед.
— Что здесь происходит? — спрашиваю я.
Макайла начинает смеяться.
— Мэгги порвала с Дереком, и это ее способ оплакать их отношения.
— Вечеринкой? — уточняю я, почесывая затылок.
— Ну, она сказала, что собирается приготовить индийскую еду для Бруклина и пригласить несколько человек.
— Несколько человек, — смеюсь я. — Больше похоже, что она пригласила весь город.
— Ты знаешь Мэгги: делай все на максимум или иди домой.
Смеясь, я проезжаю мимо наших домов, разворачиваюсь и, наконец, паркуюсь в самом конце улицы. Вот и все, что нужно для того, чтобы затащить Макайлу в постель как можно скорее. По крайней мере, у меня не будет стального члена всю ночь.
