это время занятия уже закончены, и коридоры Тишины пусты.
МамЛера беспокоится и шлет смс. Отбиваю, что уже на месте.
Захожу в ее кабинет, и улыбка прилипает к губам.
Напротив директорского стола стоит тот самый бабуин, которого я вчера от души угостила в клубе.
Его рожа, украшенная по такому торжественному случаю двумя фонарями, удивленно вытягивается.
Черт, отвлеклась! Ловлю в фокус лицо МамЛеры.
— Вера, знакомься, это Тимофей Сафонов, твой подопечный, — произносит она, четко артикулируя губами.
Сириусли?! Это шутка такая?
Я перевожу охреневший взгляд на бабуина. Тот пялится на МамЛеру с точно таким же ахуем в глазах.
Я?! Наставницей этой говняшке на палочке?!
Да у меня щас жопа заполыхает так, что зарево можно из космоса увидеть!
— Покажи ему пока центр, Вер, — МамЛера забивает гвозди в мою крышку гроба. — И расскажи об обязанностях волонтера.
Капец. Она не шутит!
6. Тим. Ведьма
— Столовая, кухня, служебные помещения, — колючка Вера тихо бубнит себе под нос, поочередно тыкая пальцем на двери. — Туалеты. В общем-то, все.
— А на этажах выше? — киваю на лестницу.
— Тебе там делать нечего.
Честно говоря, мне глубоко па-ху-ю, что у них тут и как.
Но пока Вера, которой больше подошло бы имя Стерва, водит меня по первому этажу, я без палева пялюсь на ее задницу.
Откормить бы малеха. А так ничего. Зачетные булки.
Будто почувствовав мой взгляд, Стерва-Вера разворачивается ко мне.
Складывает худые ручонки на груди, и я тут же очерчиваю приятные глазу округлости.
Этих девочек я бы тоже потискал… если бы не кислое, противозачаточное выражение на мордашке их хозяйки.
— Если ты еще хоть раз протянешь ко мне свои клешни, — неожиданно громко сообщает мне, буравя своими глазищами непонятного цвета. — Я оторву их тебе и засуну в жопу. Усёк?
Хмыкаю в ответ на этот жаргон:
— Ручки только не сломай.
У нас разница в габаритах почти вдвое. Мне кажется, я ее талию обхвачу одной ладонью. А учитывая ее общий, худосочный вид — с легкостью сложу в компактный остро-режущий комок.
Стерва крутит перед лицом кулачком, на пухлых губах снова эта ядовитая улыбочка.
— Не переживай, на тебя силенок хватит.
— И не думал. — Жму плечами. — Да и ты не в моем вкусе.
— На-а-адо же! А какого хера ты ко мне полез?
— Сам до сих пор в ахуе. — Пожимаю плечами.
Стерва морщится и делает какой-то быстрый жест рукой.
— Что за вуду? — Двигаю пальцами в воздухе.
В ответ получаю такой надменный взгляд — мать бы обзавидовалась
— Зрение подводит? — язвит она, цокая языком. — Проклятие на недельный запор наслала.
— Смело. Чем еще удивишь?
Вчера под убойной дозой алкоголя она мне показалась весьма экзотичной. Но сегодня эта фурия в дешевых шмотках и с радиоактивным фоном на башке уже не кажется мне привлекательной.
Ни манер, ни фактуры, ни того лоска, к которому я привык. Совсем не ровня.
Стерва-Вера охотно отвечает:
— Говорят, что очистительные клизмы из скипидара очень помогают. Обязательно попробуй!
— Остро! — Хлопаю в ладоши. — Очень остро! Надеюсь, твой язычок такой умелый не только со словами?
— Надейся, — хмуро бросает мне, не сводя с меня злобного взгляда.
Впервые сталкиваюсь с такой неприкрытой агрессией.
Склоняюсь к заразе ниже. Невольно вдыхаю ее запах. Вопреки моим представлениям о ней Ведьма пахнет тонко и неуловимо. Никаких резких нот или удушливо-тяжелого люкса. Только чистая кожа, ваниль и дождь.
Она пахнет так невинно, что у меня неминуемо лезут в башку пошлости, а болт в штанах, как истинный джентльмен, встает при виде дамы.
Блять! Че за изврат?!
— Признайся, злюка, — произношу хриплым голосом. — Тебя в прошлом поимел какой-то недоумок, и теперь ты лелеешь свои обидки, изображая из себя бабу с яйцами, и ненавидишь весь мужской род авансом?
Незаметно втягиваю ее запах глубже. Разбираю на тона и молекулы, пытаясь понять — это духи, или ее собственный аромат?
Черт бы тебя побрал, Ведьма!
Ты дешевка и безвкусица, но я уже представил, как ты закидываешь свои длинные ножки мне на плечи, а я толкаюсь так глубоко, что ты…
— Только таких, как ты, — бросает она мне.
— Да-а-а? — Отстраняюсь и оглядываю ее с ног до головы с разноцветной копной волос. — Выходит, я твой личный триггер!
— Не бери на себя слишком много, а то грыжа будет, — незамедлительно получаю подачу.
— Просто признайся, что запала на меня, — не удерживаюсь от подъеба.
— На тебя?! Я?! — Стерва распахивает широко свои раскосые глаза, а следом откидывает голову и заливисто смеется.
— Чтоб ты знал, — произносит, посмеиваясь. — Меня не возбуждают богатенькие избалованные ублюдки, которые привыкли, что им вылизывают очко, а сами — то еще дерьмо! И, кстати, я терпеть не могу блондинов!
С улыбкой ехидны стерва разворачивается и двигает вперед.
Рывком распахивает очередную дверь. Каморка метр на метр. От запаха хлора и каких-то ссаных тряпок режет глаза.
— Это чо за камера пыток?
— Личные апарты, твое Величество! Ведра, швабры, тряпки, дезинфекторы тут… — деловито перечисляет Ведьма. — Воду набираешь в туалете, там кран отдельный есть.
Я в ахуе смотрю на это великолепие, пока она перечисляет мои новые обязанности:
— Собственно все. Приступаешь с завтрашнего дня. Вопросы?
Куда, блядь, поорать?!
— Ты гонишь? — Смотрю на Стерву во все глаза.
Я в жизни ничего не мыл.
— Я похожа на клоуна? — Она копирует мою позу — складывает руки на груди, задирает темную бровь.
Нет, блядь, это из меня хотят сделать клоуна!
— Ну на хуй, я сваливаю, — произношу одними губами, но Ведьма каким-то образом слышит.
— Окей, я тогда передам Валерии Дмитриевне твой отказ. Надеюсь, папочка тебя не сильно будет ругать?
По лицу вижу — издевается.
Вздыхаю и мысленно уговариваю себя не пылить.
— Окей. — Поднимаю вверх ладони. Будем договариваться. — Давай так. Я тебе бабки, а ты за меня моешь полы. Все довольны, все счастливы. И никто никому не делает нервы.
Стерва-Вера сканирует меня взглядом.
— Давай, — кивает головой.
И только я расслабленно выдыхаю, как она добавляет:
— Заодно сообщим ему, какое ты ленивое ничтожество!
Вы щас охуеете, но слова этой нищенки задевают какую-то сраную струну во мне.
— Не пожалей потом, крыска! — выдаю ей в лицо. — А то как бы не оказаться на мусорке.
Двигаю на выход.
— Эй, мажор! — кричит она мне в спину. — Кстати, о мусоре! Я забыла сказать. Здесь парковка запрещена. Знак даже повесили. Но, говорят, дебилы его не видят!
Спустя пять минут я в шоке разглядываю свой мэрс. На капоте и крыше гора мусорных пакетов с каким-то жидким содержимым. Лобаш намертво заляпан наклейками «стопхам»,
