коснуться ими губ Мэттью, не в силах больше бороться со своими чувствами. Не сразу, но Мэттью также осторожно обхватывает ее нижнюю губу своими. Эби трется своим носом о его, боль пожирает ее изнутри. Ее слезы увлажняют щеки Мэттью, и они просто стоят так, неуверенно трутся носами, не решаясь на что-то большее. Эби поднимает руку, медленно, словно она весит несколько тонн, и запускает отяжелевшие пальцы в волосы мужчины. Они мягкие, почти шелковые. Веки Эби подрагивают, она прерывисто дышит и чувствует такое же сбитое дыхание Мэттью на своем лице. Она чувствует себя опьяненной, словно одурманенной, когда наконец снова находит его губы своими. На этот раз она целует его. Их поцелует деликатный, будто они боятся сделать друг другу больно.
Это ощущается как сожаление, невысказанные извинения, разбитое сердце и раскрытые раны, которые еще долго не смогут затянуться. Ощущается как прощение. И прощание.
Чувствуя, словно это последний поцелуй в ее жизни, Эби становится напористее. Она запускает вторую руку в волосы мужчины и чуть оттягивает их. Он тихонько стонет и позволяет скользнуть языком по его губам. Эби становится жадной, до безумия ненасытной. Ей кажется, что она сходит с ума. Но в какой-то момент Мэттью вдруг перехватывает контроль над поцелуем, и Эби поджимает пальцы на ногах. Он наклоняет голову, изменяя движение губ, Эби пытается сделать вдох, и это становится ошибкой. Она чувствует язык Мэттью своим, и волна возбуждения проходит по всему телу, накрывая с головой. Эби теряет равновесие, чувствуя, как ноги окончательно подкашиваются. Мужчина подхватывает ее за талию, не давая упасть, и Эби слышит, как пистолет с глухим грохотом падает на пол. Положив руки на плечи Мэттью, она хватается за его футболку.
– Прости, – бормочет она, не уверенная, за что именно из всего происходящего просит прощения.
– Ты бы не выстрелила, – шепчет Мэттью с мягкой улыбкой на лице, неспешно приближаясь к кровати.
Эби слышит, как щелкает чайник, выключаясь. Она приоткрывает затуманенные желанием глаза.
– Откуда такая уверенность? – фыркает она, но из ее рта тут же вырывается громкий вздох, когда она падает на кровать. Эби вскидывает голову, разглядывая лицо Мэттью над собой.
– Твои глаза – это открытая книга, lionceau. – Он звучит так властно, но при этом нежно, что Эби закусывает губу. – Могу читать ее целыми днями. Последнюю главу прочел еще в Лионе, – вдруг добавляет он, и Эби вздыхает. Она прочищает горло, бегло оглядывая лицо мужчины, и решается спросить.
– И чем она закончилась?
Мэттью ухмыляется краешками губ и отвечает, прежде чем утянуть ее в жадный поцелуй.
– Тем, что ты без ума от меня.
Эби чувствует, как горит ее кожа, когда пальцы мужчины пробираются под ее топ и прикасаются к обнаженной груди. Мэттью хаотично целует ее шею, отрываясь от губ. Эби улавливает эти минуты, чтобы сделать несколько глубоких вдохов, перед тем как мужчина приподнимается и стягивает с себя футболку, а затем ставит колено меж ее ног. Он удерживает вес своего тела на руках, и Эби видит, как перекатываются мышцы под кожей его плеч. Она заливается краской и, мгновенно зажмурившись, откидывает голову на постель. Вместо каких-либо слов Мэттью тянет руку вниз и, ловко справившись с молнией, стягивает с нее джинсы.
Девушка сохраняет это мгновение в памяти, мечтая, чтобы время замерло хоть на несколько секунд. Она хочет, чтобы все осталось именно так. Эби позволяет себе забыться, вычеркивает из памяти мысли о том, что произошло за последние пару часов. Она не хочет думать ни о сообщении, ни о людях ее отца, ни о том, что отняла чью-то жизнь, ни о том, что только что угрожала Мэттью. Он все еще здесь, только ее, и она может думать только о его пальцах между ее ног. Думать о его прекрасном лице, о чарующем голосе. И ей хочется плакать. Она ненавидит то, что это не навсегда.
В какой-то момент Мэттью все же замирает, и, открыв глаза, Эби видит его знакомый вопросительный взгляд. Он пытается убедиться, что ей комфортно. Адекватно мыслить крайне трудно, поэтому она просто притягивает мужчину к себе. Мэттью наклоняется, приоткрывая губы, и Эби закрывает глаза, целуя его. Этот поцелуй чувственный, не такой как все. Все ощущается иначе, когда может стать последним.
Но когда вдруг губы Мэттью исчезают, Эби не дышит до тех пор, пока мужчина не входит в нее, помогая себе рукой, и она протяжно стонет. Выгнувшись на кровати, Эби прерывисто дышит, впиваясь ногтями в кожу на плечах мужчины. Этот секс тоже особенный. Он медленный и дурманящий, сводящий с ума и заставляющий страдать. Эби отчаянно хватает ртом воздух, вдыхает запах Мэттью, желая запомнить его навсегда. Сохранить в памяти до конца своих дней, сколько бы их ни осталось. Хочет прочувствовать каждый миллиметр его кожи под своими пальцами, отпечатать каждый поцелуй в своем сердце.
Это длится довольно долго, и Эби пребывает в эйфории, чувствуя, что будто бы отрезана от всего мира. Но затем Мэттью двигается все быстрее и беспорядочнее, его рука находится где-то сбоку от головы Эби, и она поворачивается, чтобы уткнуться носом в запястье мужчины. Она чувствует его влажную от пота кожу, и это божественное ощущение лишает ее остатков рассудка. Все это так слишком. Мужчина находит ее губы, заставляя девушку повернуться к нему, и внутри Эби разливается теплое и странное чувство облегчения. Она стискивает Мэттью в объятиях сильнее, прижимаясь к нему всем телом, обе ее ноги закинуты Мэттью на спину. Наконец она целует его в ответ, жадно и страстно, и думает, что никогда еще не чувствовала такой феерии, просто целуя кого-то.
Лежа поперек кровати, Эби беспомощно ерзает по постели, выгибаясь и тяжело дыша, и она чувствует, как рука Мэттью скользит вниз. Он сжимает ее бедро пальцами, где, вероятно, останутся следы. Затем притягивает девушку ближе к себе и одновременно толкается в нее. Когда движения становятся хаотичными, Эби понимает, что у нее самой почти нет сил пошевелиться.
– Мэттью… – выдыхает она куда-то в шею мужчины, вжимаясь в нее носом, и от осознания, что сейчас он принадлежит только ей, у нее в груди словно разливается цветочный мед.
Она слышит, как Мэттью бормочет французские ругательства вперемежку с ласковыми прозвищами, и, выгнувшись в спине, она ловит фейерверк под закрытыми веками, замирая так на миг, а затем бессильно падает на кровать. Мэттью подкладывает руку ей под спину, и Эби тихонько стонет, когда
