спину в приоткрытую дверь.
— Роксана, постой. Ты должна кое-что знать.
Время остановилось, пока я ждала её ответ.
— У него амнезия, — начала она осторожно. — Виктор не помнит последний год.
Её слова прозвучали как гром среди ясного неба. Я некоторое время стояла, пытаясь осмыслить услышанное. Что произошло за этот год? Предательство Аслана, обвинение в мошенничестве, от меня все отвернулись, и только Виктор протянул руку помощи.
— Пойдём, может, он тебя вспомнит, — Ника взяла меня за руку и повела в палату.
Оказавшись внутри, я увидела Виктора, сидящего на кровати. Под его глазами пролегли тени, а щёки стали совсем впалыми. Он разговаривал с врачом. При виде меня доктор приветливо улыбнулся и вышел, оставив нас наедине.
— Виктор... — прошептала я, подходя ближе.
Он посмотрел на меня с лёгким недоумением.
— Здравствуйте, — вежливо произнёс он. Хоть его голос был слаб, я была безумно рада его вновь услышать.
Казалось, будто это всё дурной сон. Вот он увидит меня и вспомнит... Чудо не произошло. Его взгляд был пустым. Ника, стоявшая рядом, неловко подошла к нему.
— Это Роксана. Ты помнишь Фокс Билдинг? Вы работали вместе, — осторожно объяснила она.
Он нахмурился.
— Я помню Алексея, — ответил Виктор, еле слышно.
Сердце сжалось от неожиданного приступа боли.
— Да... Это мой отец… Мы… — я запнулась, не зная, как продолжить. Чувствовала, как ком подступает к горлу.
— Извините, — произнёс Виктор, потирая висок. — Голова всё ещё кружится. Воспоминания обрывочны, и я ничего не понимаю.
Я натянуто улыбнулась.
— Ничего страшного. Главное, что ты очнулся. Память вернётся со временем.
Он кивнул, но в глазах его читалась растерянность.
— Ладно. Мне пора. Я зашла, чтобы убедиться, что с тобой всё в порядке. Выздоравливай, — сказала я прежде, чем поспешно выйти из палаты.
Слёзы застилали глаза, превращая коридоры больницы в размытые силуэты. Воздух сгущался, не давая дышать. Я не помнила, как оказалась на улице и села в машину. Водитель мельком взглянул на меня в зеркало заднего вида, но ничего не сказал, тихо тронувшись с места.
Виктор был жив — и это главное. Но он не помнил меня, не помнил нас и всё, что мы пережили вместе. Я осталась одна со своими воспоминаниями, словно с грузом, который теперь не разделить ни с кем. Как жить дальше, когда тот, кто был частью твоей души, смотрит на тебя глазами незнакомца?
Уже дома, я рухнула на кровать прямо в одежде и просто позволила себе утонуть в её мягкости, укутавшись в одеяло. Дыра в груди разрослась до невероятных масштабов. Вспоминая себя несколько лет назад, я бы ни за что не подумала, что для меня может быть что-то важнее компании. Но теперь...
Закрыв глаза, я провалилась в сон…
Мне снился Виктор. Тот самый момент, когда я впервые его встретила. День рождения влиятельного политика, собравшего под одной крышей всю местную элиту. Шумный зал, наполненный смехом и разговорами, искрящиеся бокалы шампанского и брендовая одежда. Всё это выглядело великолепным, но на деле являлось невыносимо скучным.
Поздравив именинника и вручив скромный подарок, я решила уйти пораньше. Этот мир показного блеска и пустых разговоров вызывал у меня неподдельное раздражение. Стоять с бокалом шампанского, кивая чужой болтовне, — это явно не моё. Единственным желанием стало вернуться домой, в уютную тишину, и забыть, что такое светские приёмы.
Тихо вздохнув, я спускалась по парадной лестнице. Вдруг внимание привлекла странная сцена. Невольно я стала свидетелем чужого конфликта. Высокий мужчина грубо держал за шею хрупкую девушку. Она была значительно ниже его ростом и, кажется, пыталась прижаться к нему, касаясь его шеи руками. Но он безжалостно оттолкнул её с такой силой, что она пошатнулась и чуть не упала.
— Не подходи ко мне больше! — его голос звучал холодно и презрительно. — От тебя воняет дешевизной.
Я застыла, пораженная неожиданностью момента. Девушка всхлипнула, резко развернулась и быстро поднялась по лестнице. Когда она пробегала мимо, я мельком взглянула на её лицо и узнала. Это была начинающая актриса Стелла Снейк. Она часто мелькала на рекламных щитах, и о ней многие говорили.
Эта необычная пара оказалась на моём пути, к сожалению, совсем не вовремя. Обычно я не вмешивалась в чужие конфликты, но внезапно поймала себя на том, что внимательно разглядываю мужчину. Его лицо оставалось непроницаемым, но сжатые кулаки и напряжённая осанка выдавали бурю скрытых эмоций. Как-то сама собой я сделала шаг ближе, несмотря на голос разума, твердивший держаться подальше.
— Как низко... так ужасно обращаться с девушками, — сорвалось с моих губ прежде, чем я успела подумать.
Мужчина перевёл на меня холодный, пристальный взгляд. Его глаза казались спокойными, но появилось ощущение, что они буквально сканируют меня с ног до головы. Повисло напряжённое молчание, которое словно сдавило воздух. Невольно замерев, я уловила в этом взгляде едва ощутимую угрозу.
— Вы заблуждаетесь насчёт этой... девушки, — усмехнулся он, выделяя последнее слово особой интонацией. — Она словно змея обовьётся вокруг шеи и задушит. Или вы предпочитаете спасать себе подобных?
Глаза невольно распахнулись шире.
— Себе подобных? — вырвалось у меня с неподдельным возмущением. — На что это вы намекаете? И, вообще, вы меня даже не знаете.
Его лицо на мгновение оживило насмешливое выражение, губы дрогнули, опасно оголяя уголки белоснежных зубов. Дважды он сократил расстояние между нами, заставляя меня затаить дыхание. Его присутствие словно сковывало.
— Вот именно, — произнес он чуть тише, склонившись надо мной, — вы не знаете, что произошло, но уже позволяете себе судить меня. Простите, но неужели это не говорит о вашей недальновидности?
Закатив глаза, я сделала шаг в сторону, пытаясь поскорее уйти. Но этот человек явно не собирался оставлять меня в покое. Шаги приближались, эхом отдаваясь в ушах. Инстинкты твердили одно: беги.
— Поняли свою неправоту и сбегаете? — его голос звучал издевательски самодовольно.
— Ухожу от типичного мужика, который считает женщин меркантильными, — парировала я.
Он рассмеялся, поравнявшись со мной.
— Я не говорил про всех, — заметил он, перегнав меня и преградив дорогу. — Сделаю вывод, что вы не такая. Давайте начнем с начала. Виктор.
Он протянул мне руку, но я только скользнула по нему оценивающим взглядом. Воздух вокруг наполняли его вибрации уверенности, как будто они были осязаемы. Да, он выглядел бесспорно привлекательно: подтянутый, с дерзким блеском в глазах, словно привыкший к восхищению. Но эта самоуверенность невыносимо раздражала.
— Не думаю, что нам стоит знакомиться, — ответила я холодно, демонстративно игнорируя его протянутую руку.
Он прищурился, будто не привык к отказам. Его губы чуть дрогнули, выдавая легкую усмешку.
— Почему такая неприязнь? — поинтересовался Виктор. — Мы ведь даже не
