Я не могу скрывать тебя от Алекса.
Или от Авы с Рэйчел — следовало добавить, но я не стала. Не знаю, почему.
Хотя мне хотелось сказать и спросить столько всего, я прикусила язык, ожидая его ответа.
— Я не хочу, чтобы ты была тайной подругой, — сказал Коннор, следя глазами за моей рукой. — Ты заслуживаешь большего, чем быть чьей-то тайной.
Я попыталась выдохнуть, но воздух застрял в горле. Когда он стал таким? Таким тихим, уязвимым? Когда этот заносчивый спортсмен превратился в человека, рядом с которым мне приятно находиться? Мелкие детали о нем складывались в мозаику, фрагмент за фрагментом.
И эта картина мне нравилась.
Коннор все еще смотрел на мою руку.
— Жаль, что все иначе.
— Иначе, как?
Коннор не ответил. Вместо этого он протянул руку и провел пальцем по дивану в сантиметре от моей ладони, приблизившись настолько, насколько мог, не касаясь меня. Мое сердце екнуло. Стоило мне двинуть рукой, и наши пальцы соприкоснулись бы.
Тихий стук в парадную дверь заставил меня вздрогнуть и отодвинуться от Коннора. Пока мы разговаривали, оба невольно придвигались ближе. Я вскочила на ноги и отошла от Коннора, отказываясь встречаться с ним взглядом и даже думать о том, кто мог быть за дверью.
Остановись я подумать, поняла бы, как странно, что кто-то стучался почти в десять вечера. Попросила бы Коннора спрятаться за диваном на случай, если это Мэдисон, заметившая его внедорожник у дома. Но паника помешала мне думать и, когда я открыла дверь, Коннор был на виду.
Но это была не Мэдисон.
На пороге стоял Алекс, засунув руки в карманы шорт.
— Привет. Машина у дома... Знаешь, очень похожа на... — его взгляд уже скользнул за мою спину, в гостиную, и застыл на фигуре, сидящей на диване. —... на машину Коннора.
В гостиной воцарилась такая тишина, что было слышно, как кровь стучала в висках.
— Коннор Брэй? — уже тверже произнес Алекс, переступая порог и входя в дом. Ни Коннор, ни я не пошевельнулись. Ни на миллиметр.
Его здесь нет — твердил мой мозг, отрицая реальность. Ты воображаешь, что Алекс в твоей гостиной в десять вечера.
Однако скованность Коннора говорила об обратном.
— П-привет, чувак.
— Ч-что ты здесь делаешь? — спросила я. Шок полностью овладел Алексом, но я знала, что в любой момент его сменит другая эмоция.
— Зашел спросить, можно ли одолжить твои старые очки на завтра, — медленно произнес Алекс, и, надо отдать ему должное, в голосе пока звучало лишь недоумение. Глубокое недоумение, будто он сомневался в реальности происходящего. — А ты... что ты здесь делаешь, Коннор?
— Мэйси занималась со мной, — быстро выпалил Коннор, поднимаясь с дивана и отходя от меня. — По математике. Мне нужно пересдать экзамен.
Как ни странно, после всех его панических речей о необходимости хранить секрет, правда слетела с его языка удивительно легко. Но недоумение во взгляде Алекса не рассеялось.
— В пижамах?
Я посмотрела на свою ночнушку, затем на плед, который от неожиданности уронила на диван. Черт.
— Я уже собиралась спать.
— С ним?
— Нет! — я попыталась говорить спокойно, но голос прозвучал резко. — Конечно, нет.
Алекс шагнул глубже в гостиную, оглядываясь по сторонам.
— Если вы занимались математикой, — медленно произнес он, — то где ваши учебники?
Хотя я знала, что их тут нет, мой взгляд метнулся к журнальному столику, к подушкам дивана. То оправдание, которое сработало с Мэдисон в понедельник — учебник по алгебре на столе — здесь не работало. Коннор принес только листок из тетради, больше ничего. Мой учебник по математике был наверху. Да, он у меня есть, но Алекс, без сомнения, спросил бы, почему он не лежал здесь, если мы действительно занимались.
Но в глазах Алекса не было и капли злости, лишь полное недоумение. Он искренне не мог сложить паззл, что видел перед собой. И почему-то именно это разожгло во мне жгучую волну, поднимавшуюся изнутри.
— Я занимаюсь с ним уже две недели. Можешь спросить у миссис Диего.
— Две недели? — глаза Алекса расширились. — Ты занималась с ним две недели и ничего не сказала?
— Я говорила тебе, — мой голос звучал обманчиво спокойно, учитывая, как бешено стучало сердце. — Это было конфиденциально.
— Ты... я... я думал, если бы ты занималась с самым популярным парнем в школе, ты бы сказала мне.
Во мне что-то надломилось. Я шагнула в сторону от дивана, скрестив руки на груди.
— Зачем? Чтобы ты приходил на наши занятия? Думал, это твой «билет» в компанию крутых?
— А что в этом плохого? Мы могли бы поболтать, сходить за мороженым...
— Только потому, что там был бы Коннор, — перебила я, и жжение в груди стало невыносимым. — Потому что просто со мной ты бы этого не сделал.
Эти жесткие слова вырвались из самого темного уголка моей души. Эта часть меня жаждала увидеть его реакцию, стереть с его лица это ошарашенное выражение.
— Ты бы никогда не пришел на мои занятия, если бы я занималась с кем-то другим, — продолжала я, сжав кулаки так, что ногти впивались в ладони. — Алекс, мы с тобой даже не ходим за мороженым! Похоже, тебе стоит встречаться с ним, а не со мной.
Алекс слушал меня, лишь слегка наморщив лоб, будто в какой-то момент я перешла на непонятный ему язык. Боже, а понимал ли он меня когда-нибудь? Я так отчаянно жаждала его внимания все это время, но он этого просто не видел.
И тут я вспомнила, что позади нас стоял Коннор, безмолвный зритель этой ссоры, которая была из-за него, но... не совсем. Он оставался за границей моего зрения, и я не могла даже предположить, какое у него сейчас выражение лица.
— Коннор, — мой голос прозвучал твердо. — Тебе пора, уже поздно. Я проверю твою работу завтра.
Алекс перевел взгляд на Коннора, в недоумении приоткрыв рот.
Я услышала, как Коннор сложил свой листок с заданиями, но он не решался подойти к арке, ведущей из гостиной.
— Увидимся завтра, — наконец сказал он, и я почувствовала на себе его взгляд.
Я не смотрела ему вслед, когда он направился к выходу. И даже после того, как дверь тихо щелкнула, мы с Алексом стояли в этой гулкой тишине, ожидая, кто нарушит ее первым.
— Я не злюсь, — попытался меня успокоить Алекс, но от этого мне стало только хуже.
— А почему нет? Две недели я лгала тебе о том, где я и с кем...
— Но ты не лгала. А сказала, что занимаешься репетиторством, и ты занималась. Просто твоим учеником
