такую жизнь.
Она засмеялась, но я заметил, как не весел и горек был этот смех. Смех от отчаяния, когда человек бравадой хочет прикрыть пустоту и боль. Жалости не было – Стелла понимает только такой язык.
– Ничего-то ты не понял, Андрюшенька, - пропела она в трубку. – Я в отличие от тебя была счастлива. И не с тобой, заметь.
– Не лезь больше к Лиде, Стелла. Ты же знаешь, не стоит со мной играть, - как можно жестче закончил я разговор и нажал сброс.
Я взглянул на часы. Личная жизнь стала отъедать непозволительное количество времени. Да и пускай! Это капля в море по сравнению с тем, сколько времени я провел в кабинете и на стройках. Бежал туда, лишь бы не чувствовать дыру в груди. Работа стала для меня убежищем.
– Зоя, - сказал я, входя в приемную, - пиши заявление.
– Какое? – с готовностью отозвалась Зоя.
Я внимательно посмотрел ей в лицо. Вот зачем ей это было надо?
– На увольнение. Поставишь сегодняшнюю дату.
Шагнул к кабинету, услышав за спиной удивленный вздох, а следом дрожащий голосок.
– Но… Андрей Викторович… почему? Что случилось?
– За разглашение личных данных. Я не могу оставлять в компании человека, который так легко распоряжается информацией. Где гарантия, что в следующий раз вы не адрес сольете, а более серьезные сведения?
– Андрей Викторович, я могу объяснить! – пролепетала Зоя.
В ее голосе слышались слезы. Я молча сделал жест рукой, показывая, что вопрос решен. Жаль, конечно, но по-другому никак. Доверять я уже ей точно не смогу. Да и другим наука.
Сел за стол, заваленный чертежами, и схватился за голову. Что дальше? Я как раз на днях хотел поговорить со Стасом, хотел сказать, что у меня с Лидой всё серьезно. Но Стелла спутала все карты! Теперь это, конечно, невозможно. Уж она-то не упустит возможность напеть сыну в уши. И я снова стану врагом номер один.
И почему всё так? – задал я вопрос серому городу за стеклом. Нависшая беременная туча тужилась очередной порцией снега. Я ведь не рассчитывал на такой подарок судьбы. Думал, до конца жизни буду один и уже свыкся с этой мыслью. А тут она. Лида.
Да перебесится Стелла, - раздался внутри шепоток. Что она сделать может? Забрать Стаса? А куда? К матери на голову, что ли. Ему уже не пять лет, так что расслабься.
Работа выручила и на этот раз. Уже через несколько минут я зарылся в чертежи и очнулся только, когда из офиса уже все разошлись. На опустевшем столе Зои несколько демонстративно стоял пузырек валерьянки и пластиковый стаканчик.
Домой вернулся поздно. Открыл дверь, обшарил глазами квартиру, но никаких признаков Стеллы не обнаружил. Неужели что-то дошло? Или решила пока не лезть на рожон. Выставил бы я ее, как пить дать, и на Стаса бы не посмотрел.
Стукнул в дверь к Стасу, выждал несколько секунд и открыл дверь. Он лежал на кровати, смотрел анимэ в ноутбуке. Заметив меня, щелкнул на паузу. На экране замер японский юноша с взъерошенными волосами. Я чуть улыбнулся: вроде, взрослый лоб, а мультики смотрит.
– Привет… - замялся, думая, о чем с ним сейчас можно, а о чем нельзя говорить. Ну не спрашивать же, в самом деле, сделал ли уроки? Это его зона ответственности. – Нормально всё?
Стас кивнул, и я собрался закрыть дверь, но он меня задержал.
– Пап… А вы с мамой точно всё? Навсегда?
Смотрел в упор, и на лице не было и тени ерничества. Только серьезность. Я помедлил, махнул рукой.
– Можно я войду?
Стас молча подвинулся на кровати, освобождая для меня место. Это было чуть ли не впервые. Обычно он с каменным лицом ждал, когда я что-нибудь ему скажу и выйду из комнаты.
– Стас. Ты уже взрослый. И я не хочу ничего придумывать, понимаешь? Всё вот как есть. Мы с твоей мамой давно чужие люди. Мы остались твоими родителями, но и только. Ты можешь общаться с ней, сколько хочешь и когда хочешь. Если твое решение не изменится, ты поедешь учиться в Турцию, как мы и договаривались. Сейчас ты уже можешь сам выбирать, как и с кем из нас разговаривать.
Я соединил вместе ладони. Ждал.
– А ты… будешь теперь с Лидией Сергеевной?
Я улыбнулся.
– Честно? Хотелось бы, сын. Очень хотелось бы.
Удивился, значит, он заметил? А я думал, он вообще ничего вокруг себя не видит, и уж тем более я ему не интересен.
– Я понял,- тихо ответил Стас. – Ладно.
Я встал, хотел уже выйти, как Стас шевельнулся и вытянул вперед руку. Кулак завис в воздухе. Я легонько ударил по нему своим. Внутри потеплело: наш ритуал из детства. Забытый и вновь вернувшийся.
Глава 58
Глава 58
Лида
Зал, в котором должен был состояться показ, и пространство перед ним были оформлены в этническом стиле. В фойе – стена папоротника перетекала в ветви деревьев, упиралась в искусственные валуны и заканчивалась композициями с засушенными цветами.
На столах стояли легкие закуски, а официантки, одетые в народные бурятские костюмы разносили шампанское. Приглушенные звуки барабанов звучали отголосками шаманских ритуалов.
– О, как мне всё тут нравится, Лидуша! – пританцовывала Света, покачивая бокалом с игристым.
Я ответила кислым взглядом. Волновалась ужасно. Неизвестно, как публика примет мои образы. Интерес, кажется, есть, но кто знает, что будет, когда на подиум выйдут модели.
Улыбалась, отвечала на приветствия, поддерживала беседу, а внутри всё дрожало от напряжения.
– За тебя, моя кудесница!
Света ловко вынула из моей руки стакан с водой и подсунула шампанское. Я попыталась робко возразить, но подруга была непреклонна.
– Пей! Тебе надо! Это же твой праздник. А ты как замороженная…
Пришлось повиноваться. Способ оказался верный – даже пара глотков оказали волшебное действие. Кровь побежала быстрее, с лица будто убрали прозрачную пленку, губы расслабились и я, наконец-то, смогла искренне улыбнуться.
Света, тем временем, лавировала среди гостей, то тут, то там звенел ее смех, кого-то она уводила под ручку в сторонку, посекретничать, кому-то совала мою визитку, а с кем-то и спорила, доказывая, что такой яркой концепции может не понимать только истинный дилетант.
Дилетант в виде эпатажного дизайнера в желтом бархатном сюртуке, коротких штанишках и мокасинах на босу ногу, впрочем, не обижался, а похоже, имел виды на саму
