себя в том, что этот человек не навредит ей. Но она его совсем не знает.
* * *
Ее привозят в загородный дом в графстве Суррей. Это поместье ее дядя и тетя купили около шести лет назад, и Эби только один раз была там – на юбилее одной из кузин ее отца. Здесь чертовски красиво. Вокруг дома зеленый сад с газонами и разноцветными цветочными клумбами. Солнечная терраса в окружении деревьев и кустарников. Эби хотела бы просто оказаться в гостях. Но она пленница в золотой клетке.
Немного успокоившись, Эби впадает в стадию отрицания всего происходящего. Сопротивляться не имеет смысла, остается ждать. Поэтому, прижав к себе рюкзак, словно он – самое ценное, что сейчас есть в жизни, Эби плетется рядом с дядей в сопровождении наемников. По периметру дома не так много охраны, но она все же есть. Это не те громилы, что идут рядом, но такой же охраной был переполнен дом в Испании, где, как ее уверяли, она будет в безопасности.
Один из этих людей распахивает перед ними дверь, и Оливер деловито входит внутрь, поправляя полы своего пиджака. Эби думает, что выглядит как абсолютная замухрышка, когда вокруг сплошное великолепие и роскошь. Она вспоминает о том, что была одета в дорогие бренды и с бриллиантами на пальцах и шее, когда гостила здесь в прошлый раз. Многое изменилось с тех пор.
Мысли о Мэттью заставляют рыдания снова подступить к горлу, но Эби изо всех сил отгоняет их.
– Наверх, – указывает дядя на лестницу.
Один из телохранителей кладет руку ей на плечо, но она с отвращением стряхивает ее.
– Убери от меня руки! Я сама могу идти, – ядовито бросает она. Мужчина поворачивается, чтобы посмотреть на ее дядю, но Эби, даже не удостоив его взглядом, гордо поднимается по лестнице, игнорируя бешеное биение сердца в груди.
Комната, в которую ее заставляют зайти, – одна из гостевых спален. Эби сильнее прижимает рюкзак к груди и оглядывается.
– Чувствуй себя как дома, – говорит дядя и встает возле дверей, засунув руки в карманы брюк. Эби с красным от слез лицом поворачивается к нему. Она искренне надеется, что он может прочувствовать всю ее ненависть.
– И что ты собираешься делать? – Она пытается придать голосу уверенности. Говорит так, будто ей все равно.
– Дождемся твоего отца. – Дядя даже изображает что-то наподобие улыбки, и Эби не может заставить себя поверить, что это все тот же родной человек. Это не укладывается у нее в голове.
– И что дальше? Прикончишь нас всех, как Хэрри? – На словах о бывшем телохранителе голос Эби предательски дрожит.
– Зависит от решения твоего отца. Будем верить, что он сделает верный выбор, – пожимает плечами Оливер.
– Почему?.. – Вопрос звучит тихо, искренне, но дядя просто пожимает плечами.
– Ты бы поняла, будь у тебя старший брат, – он грустно улыбается, наклоняя голову, – который отнял у тебя все.
– Ты имел достаточно власти, разве нет? – говорит она с нескрываемой болью в голосе, до последнего не веря, что дядя действительно делает это.
– Нет, крошка. – Привычное прозвище из его уст теперь вызывает лишь отвращение. – Существует лишь абсолютная власть. Я двадцать лет был капобастоне твоего отца. Двадцать лет на втором плане! – Он разводит руками, ухмыляясь. – Порой главные герои в конце погибают.
– Почему Хэрри?
Эби становится дурно от самой себя, когда она думает об этом. Как она могла поверить в то, что он предал ее? Поверить, что Хэрри хотел ей зла.
– Чертов ублюдок слишком много разнюхивал. – Оливер качает головой, затем со всей серьезностью смотрит на Эби. – Ему даже почти удалось добраться до тебя. Хорошо, что Мэттьюбыл профессионалом, да?
Его улыбка распаляет пламя внутри Эби с новой силой. Вот о чем хотел предупредить ее тот человек в доме. Не Хэрри обманывал ее. Он не пытался ей навредить. Он пытался ее спасти.
– Поганец узнал, что это я заказал твое похищение, после того, как отправил бездарных испанских идиотов якобы найти тебя. – Ее дядя расхаживает по комнате с блуждающим взглядом. – Они должны были убить вас обоих, но Мэттью оказался слишком хорош и смог спрятать тебя снова. – В какой-то момент Оливер останавливается, чтобы взглянуть на Эби. Но она даже не видит его лица. Картинки из воспоминаний одна за другой пролетают перед глазами девушки. – Я хотел приказать ему убить тебя, но решил, что это хорошая идея – залечь на дно. Тогда я написал ему, что планы изменились, и мне пришлось замолчать. Проклятый Хэрри понял, что это был я, он все разнюхал и хотел донести. Но я решил, что ты будешь полезнее живой. Однако, зная, что твой отец скорее поверит мне, чем ему, твой драгоценный телохранитель тайком отправил спецотряд на поиски тебя.
Дядя останавливается посреди комнаты, и Эби наконец поднимает на него затуманенный слезами взгляд. Ей почти нечем дышать.
– Мой план практически полетел к чертям! – Он хмыкает. – «Мотыльки» твоего отца действительно профессионалы, – он делает паузу и снова ухмыляется, – но Мэттью оказался круче.
Оливер замолкает. Эби просто стоит там, прожигая его полным ненависти взглядом. Она готова убить его. Убить прямо сейчас.
– Ненавижу тебя, – шепчет девушка, но ее дядя лишь грустно улыбается.
– Жаль. – Он снова делает паузу, вздыхая. – Жаль, что придется убить тебя, если все пойдет не по плану. Я правда люблю тебя, Эби.
– Ты сгоришь в аду.
Оливер ничего не отвечает, отворачивается и выходит из комнаты. Эби слышит, как щелкает ключ в замочной скважине с другой стороны. На дрожащих ногах она подходит к кровати и просто оседает у ее подножья, глядя в пустоту перед собой. Затем закрывает глаза, позволяя слеза скатиться по щеке.
– Пожалуйста, – шепчет она. – Спаси меня в последний раз. Прошу тебя. Будь живым.
* * *
Она не уверена, сколько проходит времени, но, когда просыпается, на улице все еще светло. Разлепив тяжелые веки, Эби моргает, по привычке пытаясь найти Мэттью, но затем резко вспоминает последние события и подрывается с места. Тяжело дыша, она осматривается, осознавая, где находится. Постепенно сердце возвращает привычный ритм, и Эби садится на край кровати, грустно глядя на свои руки.
Никогда еще ей не хотелось искупаться так сильно, как сейчас. Она
