себя повышение по службе. Это было вполне обыденной вещью в любой компании, в «М-Групп» же это приобрело масштабы всеобщего помешательства, одна часть из которого боялась за своё рабочее место, другая же часть уже мысленно представляла, как было бы неплохо закрутить служебный роман с новым генеральным, выбив себе множество привилегий и в офисе, и за его пределами. Те, кто работал с Рэйвеном все эти месяцы, помогая вникать в дела компании, знают, насколько бесполезна эта идея, другие же, не знакомые с ним сотрудники, пока ещё питают на что-то надежды. Ему повезло, что почти никто из рядовых работников не знает его в лицо.
Телефон привлекает внимание входящим сообщением, и Рэйвен бросает на экран короткий взгляд, одним глотком допивая свой почти остывший кофе. Через семь минут начнётся совещание, где он объявит о первых изменениях в работе компании. Это стоило бы озвучить заранее, а затем позволить совету директоров высказать своё мнение, но Рэйвен знает настрой руководящего состава, слишком консервативных для подобных изменений. Томас Мейер достаточно развязал ему руки, чтобы Рэйвен мог принимать решения единолично.
— Извините, к вам можно? — раздаётся совсем рядом мягкий голос.
— Простите? — поворачивается к неожиданному собеседнику Рэйвен.
Молодой парень, держащий в руках поднос с едой и смущающийся смотреть в лицо Рэйвену.
— Я могу к вам сесть? — повторяет парень, и Рэйвен молча кивает. — А вы тоже тут работаете? В каком отделе? Я вот недавно устроился в рекламный, — улыбается парень и тут же сбавляет пыл, натыкаясь на отстранённый взгляд Рэйвена. — Простите, я так много болтаю.
Рэйвен смотрит на подрагивающие от волнения пальцы парня и не испытывает ни капли раздражения.
— Всё нормально, — слабо кивает Рэйвен, делая глоток своего кофе.
— Все обсуждают новое начальство, мне даже неловко, — снова смущается парень, приступая к своему обеду. — Говорят, что слишком молодой, боятся, — снова начинает он. — А это его новое решение, ну, насчёт стажировки иногородних студентов, — парень понижает голос. — Это же с ума сойти! Я когда узнал, что теперь компания нанимает на стажировку иногородних, своим ушам не поверил! Это всё политика нового генерального, — переходит почти на шёпот парень. — Прошедшие конкурс пока держатся в резервном списке, но мне сказали, что назначение — вопрос времени.
— Поздравляю, — снова кивает Рэйвен.
— Надеюсь, что все эти дискриминации по происхождению остаются в прошлом, — ликующе расплывается в улыбке парень, и Рэйвен не сдерживает слабой усмешки.
— Вероятно, — кивает снова Рэйвен, бросая взгляд на наручные часы и вставая с места.
Парень весело прощается с ним, получая новый сдержанный кивок в ответ, и переключается на свой телефон. Рэйвен выходит из кафетерия, направляясь к лифтам, и тоже достаёт из кармана брюк телефон, на котором красовалось входящее сообщение от Эллы. «Меня приняли», — короткая фраза, заставляющая Рэйвена не сдержать широкой улыбки. Его девочка теперь ассистент хирурга в одном из частных медицинских центров, и Рэйвен точно знает, что у неё будут все шансы и возможности реализовать себя и в медицине, и в любой другой сфере, в какой она только захочет. Рэйвен даст ей всё, что только может предложить этот мир, потому что Элла этого достойна, и потому что Рэйвен так сильно гордится ею, что хочет кричать об этом всем и каждому. Человек, которым Рэйвен восхищается каждую минуту своей жизни и будет продолжать восхищаться и дальше, сколько бы времени ни прошло.
Лифт с тихим звуком открывает свои двери на нужном этаже, и Рэйвен быстро отправляет одно короткое сообщение в ответ: «Горжусь тобой», убирая телефон обратно в карман. Он обязательно поздравит Эллу вечером, скажет ей всё, что чувствует, и покажет, как сильно он за неё рад. Потому что каждое событие в жизни Эллы касается и его тоже. Улыбаясь своим мыслям, Рэйвен входит в оживлённый конференц-зал, где тут же прекращаются все разговоры, чувствует на себе внимательные заинтересованные взгляды и проходит к пустующему месту во главе стола. Управляющий состав компании, директора отделов, его заместители — здесь все, кто может принимать решения в «М-Групп». С кем-то Рэйвен уже знаком, работая вместе над некоторыми из вопросов ранее, кого-то видит впервые, ловя на себе оценивающие взгляды — ему одинаково всё равно на мнение о себе и тех, и других.
— Рад видеть всех вас. С кем мы ещё не знакомы, меня зовут Рэйвен Мейер, и я новый генеральный директор «М-Групп», — долгие приветствия никогда не были в его стиле. — Как вы знаете, за последние несколько дней в политике компании произошло несколько изменений.
— Это то, что волнует всех нас, господин Мейер, — подаёт голос мужчина в возрасте, хмуро смотря на Рэйвена.
Хиттер Цальт, один из директоров отделов, признающий только слова тех, кто выше его по положению, и давно метящий на пост гендиректора. Рэйвен наслышан о его методах работы, как и о его пренебрежительном отношении к женщинам, иногородним, мигрантам и всем, кто оказывался перед ним в беззащитном положении.
— Прошу, господин Цальт, — кивает Рэйвен, предоставляя возможность высказаться.
Мужчина усмехается, словно только и ожидая этого момента, окидывает взглядом всех собравшихся, убеждаясь, что все заинтересованно его слушают, и останавливается на Рэйвене.
— Я работаю в «М-Групп» уже продолжительное время, господин Мейер, и до сих пор я полностью разделял политику компании, но сейчас… При всём уважении, но ваше предложение открыть двери компании для всех желающих я понять не могу. Кем будут заполнены рабочие места? Приезжими? Домохозяйками? Вчерашними студентами? — всплёскивает руками Хиттер Цальт, обводя взглядом всех присутствующих. — Всё это время наша компания отдавала предпочтение при приёме на работу только лучшим, гражданам своей страны, кто уже давно обосновался в Берлине и имеет за плечами хорошую многолетнюю практику. Строгий отбор кандидатов является причиной успеха нашей компании, и вы, как человек, выросший в благородной семье, должны понимать это лучше, чем кто-либо другой.
Рэйвен смотрит на распалённого своей речью мужчину, прослеживает его взгляд, ищущий одобрения у других присутствующих, и жестом просит секретаря передать ему лежащую у него на столе папку.
— Спасибо, господин Цальт. Ещё кто-нибудь желает высказаться? Прошу, не стесняйтесь, — окидывает взглядом затихших директоров Рэйвен, получая в ответ сдержанное молчание. — Хорошо. Тогда скажу я. Как правильно заметил господин Цальт, политика компании в отношении нанимаемых сотрудников действительно изменилась. У меня в руках отчёты об эффективности работы каждого из отделов компании, — продолжает Рэйвен, открывая папку на первых страницах. — Господин Сульфт, эффективность вашего отдела упала почти на четверть за последние полтора года, а процент эффективности работы отдела господина Лойза упал почти в три раза. А здесь у нас показатели отдела
