раз, и утку по-пекински заказал.
– Да ладно! Вот так сразу. А ты?!
– А я улыбаюсь.
– А он?!
– А он, Марь Петровна, я думала, руку мне откусит. Мне вообще даже перед официантами было неудобно. Как схватил и...
– Заткнись. Просто, заткнись. Подумай, какая цаца. И что?! Какой мужчина! Ну, если ты и этого упустишь, заберу себе без угрызения совести! Потом локти еще кусать будешь. Футболисты твои выехали, тренер деньги за стекло привез. Уже вставляют новое. К Сан Санычу из УВД пришли. Прикидываются, что просто приятели.
С органами правопорядка у нас вежливая взаимная неприязнь. Любой приход со стороны властей говорит о том, что у нас что-то нарушается. Или в самом ближайшем времени нарушится. После, как правило, следуют длительные и жесткие санкции в отношении нарушителей. А кто у нас нарушитель? Правильно, рабочие и служащие, которые безобразно относятся к своим должностным обязанностям на своем же, заметьте, рабочем месте. Нам конец.
Звонит Сан Саныч и ледяным тоном велит подготовить анкеты всех отдыхающих с такого-то числа по такое-то. От «А» до «Я». Мы с Марьей зарываемся в кипу бумажек, чихая от пыли и пачкая белые форменные блузки. Я прокалываю палец ржавой скрепкой, вспоминаю судьбу отца великого поэта и проклинаю все на свете. И тут началось! Первая партия отдыхающих не входит, она влетает в холл, сметая все на своем пути. Люди уже достаточно разогреты в предвкушении веселья. Гам стоит такой, что, пролети над нами боевой вертолет, никто даже ухом не поведет.
ГЛАВА 6
Оставляю Марью Петровну воевать с бумагами, кидаюсь оформлять, выдавать, взимать и организовывать. Выскочивший на шум метрдотель надежно схвачен организатором празднования и теперь освободится только к утру. Дамы, несмотря на осеннюю погоду и, прямо скажем, не Парижские проспекты, все до одной в длинных норковых шубах и туфлях на высочайших шпильках. Брильянты затмили люстры раз и навсегда. Представляю, сколько будет завтра работы у сантехников, когда их будут хватать за все чувствительные места из-за затонувших в бассейне драгоценностей. В программе никакого ресторана, только фуршет в комнате отдыха. Но какой! Фортиссимо! Сауна. Бассейн. Коттеджи. Интересно, а куда они в сауне будут шубы класть, на деревянную вешалочку? Русского человека победить нельзя: он в оперу – на джипе, а в баню – в мехах. Когда шикарная компания рассосалась в объятиях комплекса, в холле остался только один молодой человек. Небрежно дошел до стойки, навис и смотрит презрительно-выжидательно.
– Работаете по предварительным заявкам?
– Разумеется.
– Телефончик разрешите?
Мрачно даю аппарат. И уже знаю, чем это закончится. Действительно, через пару минут Сан Саныч дает распоряжение разместить. Скрежещу зубами, так как и без того скудный запас оставшихся незаселенными номеров практически истощен. А впереди еще ночь. Со всевозможными звонками от самого разнообразного начальства и просто очень важных людей. Кроме того, рабочий день еще не закончен. Руководители наши на месте, а это значит, что пока основной удар незапланированных отдыхающих придется по ним. А нам – рикошетом.
Молодой человек в желтой куртке дорогой кожи небрежно достает фирменный, очень солидный бумажник и наглядно демонстрирует, что у него в нем находится. Находится там много. Мы с портье беспристрастны. Нейтральны. Толерантны. Первое правило – клиент при желании может даже снять перед тобой трусы, а ты должен смотреть сквозь него и только спросить: «Ключик сейчас возьмете или чуть позже?» Молодой человек разочарован нашей реакцией. Поэтому решает объяснить ситуацию словами.
– Друзей не застал, пока жду, решил расслабиться. Не желаете присоединиться?
Вопрос мне, плюс выразительный взгляд и жест бумажником. Делаю самые прозрачные глаза, которые только возможны у живого человека. Не понимаю. Наивна-c. Человек вздыхает и отходит к охране. Там боровички и приезжий долго шепчутся. Боровички опасливо посматривают на меня. Как будто никто не знает, о чем они там договариваются. Если есть средства – товар всегда найдется.
Холл опять заполняется. Следующая команда не похожа на предыдущую. Все чинно-благородно. В меру спортивно-нарядно. С такими клиентами работать приятно. Банкетный. Сауна. Бассейн. Административный комплекс.
Потом приехали спортсмены. Зал. Бассейн. Сауна. Главный корпус. Ужин особый.
Затем бандиты. Сауна. Коттеджи. «Корейский». Бассейн. Биллиард.
Потом группа нынешней «золотой молодежи», то есть мажоров. Потребовали все самое лучшее.
Комплекс откровенно трещит. Еще пара заказов сауны, и бандитов подсадим к чопорным дамам с брильянтами.
Марья Петровна благоговейно считает выручку. У нее есть банковская машина, но она ей не доверяет. Считает, кстати, вручную быстро и даже красиво.
Не глядя в мою сторону, говорит:
– Чует мое сердце, смена будет, не приведи Господи.
Эту фразу я уже начинаю ненавидеть. Потому что нюх у моей напарницы, как у собаки. Тут к нам за стойку прискакивает Сан Саныч и шумит: почему его распоряжения не выполняются?! Доколе?! Люди ждут!
Марья Петровна, ни слова не говоря, показывает на калькуляторе сумму выручки. Начальство становится на цыпочки и только не начинает отгонять от нас мух опахалом. Но гневался он зря: в нашем архиве никто не разбирается лучше, чем Марья Петровна. Любой заявленный документ будет найден и предоставлен для дальнейшей обработки.
Через пару минут подходят два молодых подтянутых чела. Оба в штатском. Здороваются. Вежливые. Марья Петровна церемонно склоняет голову, но улыбаться не торопится. Ого. Личный осмотр.
– Нам нужно переговорить с администратором.
Переглядываемся с портье. Молча. Она делает еле уловимый знак бровями: «В комнату отдыха не ходи». Насмотрелась кина о подслушивающей и подглядывающей аппаратуре! Нет, не дошли мы еще до такого великолепия. Беру ключ от свободного номера на первом этаже и веду туда официальных гостей. Парни моего возраста, один, пожалуй, даже слегка помладше. Недорогие костюмы отутюжены, белые рубашки, темные галстуки, брюки со стрелкой. Молодцы.
– Наслышаны изрядно, но у вас впервые. А здесь действительно работают самые красивые женщины. У вас на конкурсной основе трудоустройство? Типа кастинга?
Можете смеяться, сколько хотите, но такие комплименты с разной интонацией я слышу каждую смену не по одному разу. И, самое интересное, что это правда. Внешняя привлекательность персонала – маленькая дамская слабость нашей шефини. Даже дамы солидного возраста имеют отпечаток былой красоты. А уж о нас с Квасей и говорить нечего. Красавицы. Особенно поутру. Или с перепою. Но все равно приятно. Тот, что постарше, предъявляет капитанское удостоверение. Какие люди. Чего это мы опять натворили?
– Тамара Дмитриевна, вспомните. Эти люди часто появляются в вашем комплексе?
В руке сами собой появляются фотографии. Одного взгляда достаточно,
