была здесь или чтобы я был там, но по какой — то причине я не могу себе этого позволить.
— Ладно, Светлячок. Ложись спать и убедись, что включила все сто будильников.
— Ха — ха. Я бы не была против пропустить завтрашнее утро, — я не хочу, чтобы она отвозила эти документы утром, но я знаю, что она должна. — Шейн, — говорит она мягко, когда я ничего не отвечаю.
Она не очень часто называет меня по имени, но когда она это делает, волна жара окатывает меня с головы до пят.
— Да?
— Удачи завтра. Я постараюсь посмотреть как можно больше со своего телефона, но буду в студии. Ты должен по — настоящему гордиться тем, чего добилась команда, и тем, как усердно ты работал. Выигрывая или проигрывая, ты делаешь себе имя.
Я хочу рассказать ей о предложении из штата Огайо, но я не могу добавить это к её переживаниям прямо сейчас. Я даже не уверен, хочу ли я этого и готов ли я к этому, и мне нужно выяснить это, прежде чем я внесу ещё что — то в её жизнь.
— Спасибо. Увидимся завтра вечером.
— Спокойной ночи.
Я смотрю запись в течение часа, а затем выключаю свет, чувствуя себя лучше, чем два часа назад. Женитьба на Мэгги многое изменила в моей жизни к лучшему. Всё то, чего, как я думал, я не хотел, или, может быть, я просто не думал, что смогу это получить, существует сейчас. Переезд в штат Огайо изменил бы всё. Возможно, это возможность, от которой я не могу отказаться, но выбор между Мэгги, детьми и моим футбольным будущим кажется невозможным.
Поэтому я откладываю это в сторону и решаю сосредоточиться на игре, немного подумав о пребывании с Мэгги на пляже, надеясь, что это поможет мне пережить ночь.
Глава 42
МЭГГИ
Я оцепенела. Мне кажется, что всё так плохо, что я вообще ничего не чувствую. Моё тело. Мой мозг. Мой дух. Все трое получили сильный удар, и их нужно оторвать от пола, как героев мультфильма, расплющенных паровым катком.
Последние тридцать минут я лежала на спине посреди кровати и молилась. Я услышала, как вошел Шейн, но он направился прямо в ванную, не сказав ничего, кроме 'привет'. Я не могла даже пошевелиться, чтобы посмотреть на него. Команда выиграла сегодняшнюю игру, и пара парней вылили на него огромный бак 'Gatorade', что, я уверена, обеспечило комфортный перелет домой.
Я провела день в студии с Дэнни, отрабатывая наши па — де — де, что было мне необходимо для отвлечения внимания после передачи пакета документов моему адвокату. Передав его секретарю в приемной, я села в свою машину, думая о Шейне и о том, как он просто сидел со мной, пока я рассказывала ему всё. Мне пришлось довериться ему, и он не разочаровал.
Он не пытался исправить ситуацию или сказать мне, что это не моя вина. Он просто сидел со мной, обнимал меня и позволил мне рассказать мою историю. Он помог мне увидеть, может быть, впервые, что я была всего лишь девочкой. Я была девочкой, чье доверие было обмануто и чей слабостью воспользовались. Это стало началом того, что я начала прощать себя за то, за что мне никогда не следовало брать на себя ответственность. Проблема в том, что, когда ты полжизни несешь на себе этот груз, исправить нанесенный ущерб невозможно в одночасье. Это долгий процесс, но передача конверта сегодня — это начало. Это шаг к тому, чтобы отпустить всё.
Бен позвонил сегодня днем и сказал, что свяжется с Клиффом после разговора с адвокатом. Он надеется, что после того, как документы и фотографии будут изучены и станет ясно, что мы готовы возобновить расследование того, как были получены наркотики, они всё бросят. Теперь я жду, молясь, чтобы этого было достаточно, чтобы содержание осталось тайной, а Лив осталась с нами.
Я прикладываю лёд к лодыжке противоположной ногой. У меня такое чувство, что она снова сломалась, и я не уверена, что смогу это сделать. Я прикладываю лёд с тех пор, как вернулась домой и выбралась из горячей ванны. Я накинула одну из футболок Шейна и забралась на кровать, но мне так больно, что я не знаю, смогу ли ходить завтра. Я делаю несколько глубоких вдохов, пытаясь прогнать все свои тревоги, когда чувствую, что кровать рядом со мной прогибается.
Я открываю глаза и вижу рельефную спину Шейна. Отлично. Проооссстооо великолепно. Я не могу справиться с ещё одной вещью, не говоря уже о полуголом Шейне. Я люблю Шейна. Я влюблена в него. Я до смерти боялась рассказать ему о Клиффе и Джоан. Я никогда никому не рассказывала всей истории, но его вера в меня, его поддержка и тот факт, что он всё ещё здесь, заставляют моё сердце болеть. Я так сильно люблю его, и я понятия не имею, что с этим делать. Я так сильно забочусь о нем, и это просто перешло на совершенно новый уровень. Всего этого слишком много.
Я всхлипываю, и он переводит взгляд в мою сторону.
— Привет, прости. Я думал, ты спишь.
— Неееет, — хнычу я. — Я не могу пошевелиться. Всё так сильно болит, даже волосы, и я не могу отключить свой мозг, — он поворачивается, чтобы прислониться спиной к изголовью кровати, вытягивая ноги, а затем протягивает руку, чтобы убрать прядь волос с моего лица. — Я не уверена, что смогу это сделать, — тихо признаюсь я.
Он наклоняется вперед, и его большая рука снимает лёд с моей лодыжки, чтобы посмотреть на неё. Его пальцы пробегают по ней, заставляя меня вздрогнуть, а затем он снова прикладывает пакет со льдом.
Он ложится, устраиваясь рядом со мной.
— Как прошло утро?
— Прекрасно. Нам просто нужно подождать и посмотреть, сработает ли это. Бен собирается пригрозить возобновить расследование того, откуда взялись наркотики и у кого они были получены. Он надеется, что это напугает их и они всё бросят. Они просто такие… манипулятивные. Я волнуюсь, что это ничего не изменит, особенно если они замели свои следы.
Шейн кивает и сжимает мою руку. Я больше не могу думать об этом, и мне нужно сменить тему.
— Сегодня была потрясающая игра. Ребята хорошо справились, а Коул сделал так, что все выглядело легко. Я написала ему сообщение, и он сейчас не в своём уме.
— Да. Они все немного перебрали на обратном пути. Они
