привели к резкому обострению политического кризиса. Именно в 260–261 гг. он достиг своего апогея. Галлиен, став после пленения отца единственным августом, оказался в отчаянном положении. Поражение римлян вдохновило их врагов. К внешним нападениям варваров прибавилось возобновление гражданской войны, толчком к которой стало известие о поражении и, главное, позорном пленении римского императора. В этой тяжелейшей ситуации сразу же появилось несколько претендентов на трон.
Первым выступил М. Кассианий Латаний Постум, командовавший войсками на Рейне. Отъезд Галлиена, а также соперничество Постума и другого командира, Сильвана, явно ослаблявшее римские силы, использовали франки. Они прорвались через рейнскую границу, практически не встречая сопротивления, прошли через Галлию и Испанию до Тарракона, на захваченных там кораблях переправились затем в Африку, после чего благополучно и явно с добычей вернулись в Европу. Однако на обратном пути франкское войско (или один из его отрядов) было встречено армией Постума и разбито, и римляне сумели вернуть захваченную франками добычу.
Победа над франками совпала, вероятно, с известием о пленении Валериана, создавшим сложную ситуацию. Один август оказался в плену у варваров-персов, другой с трудом отбивался от варваров-аламанов. На Рейне оставался цезарь, но он был еще юношей, а может быть, даже ребенком, во всяком случае, он не мог организовать оборону Галлии. Между тем, хотя над франками частично была одержана победа, она была далеко не решающей, и их недавний рейд вплоть до Африки показывал, что они обладали еще значительной силой. В этих условиях, не имея никаких надежд на помощь центрального правительства, войска, стоявшие в Галлии, провозгласили императором Постума. Он захватил Колонию Агриппину, Сильван и Сапонин были убиты. Галлиен не смог даже предпринять решительные шаги для подавления этого выступления. Причиной такого его поведения явилось положение, сложившееся на Балканах и дунайском фронте.
Там поднял мятеж наместник Паннонии Ингенуй, которого поддержали не только паннонские легионы, но и другие войска в этом регионе. Такая мощная концентрация войск в руках Ингенуя делала его мятеж более опасным для Галлиена, чем узурпация Постума. Конечно, убийство сына не могло не задеть чувств августа, но реальные соображения взяли верх. С другой стороны, опасность вторжения варваров в Италию была еще столь велика, что лично выступить против узурпатора Галлиен не мог. Он направил против него одного из своих лучших генералов — Авреола, причем некоторые воинские части были вызваны даже из Британии. Тот сумел довольно быстро справиться с мятежом, разгромив войска Ингенуя около Мурсы. Сам узурпатор то ли был убит, то ли покончил с собой. Однако сразу же императором провозгласил себя Регалиан, к нему присоединились и уцелевшие сторонники Ингенуя. Воспользовавшись сложившимся положением, через Дунай прорвались роксоланы. Оказавшись между двух огней, воины Регалиана предпочли купить себе прощение Галлиена убийством мятежника.
Чрезвычайно серьезная ситуация возникла в этот период на Востоке. Там остатки римских войск сумел собрать Фульвий Макриан. Во время последней кампании Валериана он отвечал за продовольственное и финансовое снабжение армии и после гибели или пленения всего валериановского генералитета остался единственным высшим должностным лицом. Укрепившись в Самосате на верхнем Евфрате, где, возможно, находилась походная казна восточной армии, Макриан использовал имевшиеся в его распоряжении ресурсы. Он признал Галлиена императором и стал выпускать деньги от его имени, а не от имени попавшего в плен Валериана. Объединившись с пальмирским правителем Оденатом, Макриан сумел нанести поражение персам, возвращавшимся после грабежей в Малой Азии. Эта победа, разумеется, придала его фигуре определенный авторитет: он смог совершить то, чего не сумел сделать император. Может быть, Макриан надеялся, что Галлиен, занятый западными и балканскими делами, сделает его как успешного командира фактическим правителем восточной части Империи. Однако его надежды рухнули. Вскоре после получения известия о пленении отца Галлиен резко изменил отношение к христианам и прекратил гонения. Это не могло не вызвать негативной реакции Макриана: во-первых, он лично был тесно связан с преследованием христиан, а во-вторых, этот рескрипт, направленный в обход его непосредственно даже не местным чиновникам, а христианским епископам, показывал, что император считал себя и только себя реальным правителем и этой части Империи. Может быть, в ответ на это Макриан демонстративно обратился к древним египетским богам и объявил себя главой, скорее всего, египетских жрецов.[21]
Макриан решил Галлиеном пренебречь. Его поддержал Баллиста (или Каллист), занимавший должность префекта конницы. Императорами были объявлены сыновья Макриана Макриан-младший и Квиет. Это произошло между 2 и 16 сентября 260 г. Макриан и, может быть, Баллиста явно рассчитывали править за их спинами. Власть сыновей Макриана признали Египет и все азиатские провинции Империи. Столицей возникшего государства стала, видимо, Эмеса. Во всяком случае, именно там выпускали монеты с именами Макриана и Квиета. В правившем на Востоке тандеме (или квартете) решающую роль, как кажется, играл Макриан-старший. Именно он направил Пизона на Балканы против проконсула Ахайи Валента. Это показывает, что теперь Макриан не собирался ограничиваться только Востоком, а стал претендовать на власть во всей Империи. Поход Пизона оказался неудачным. Он был вытеснен в Фессалию, а Валент, захватив Македонию, сам провозгласил себя императором. То же самое сделал, несмотря на поражение, Пизон. Но и тот и другой продержались недолго и были убиты собственными воинами. После этого Макриан решил взять руководство операцией в свои руки. На Востоке под опекой Баллисты был оставлен Квиет, а сам он вместе со старшим сыном во главе армии то ли из 30, то ли из 45 тыс. солдат двинулся в Европу. Против него выступил Авреол, только недавно разгромивший Ингенуя. В сражении в Иллирике или на границе с Фракией армия Макриана была разбита, и сам он, и его сын погибли. Узнав о таком повороте дела, против Баллисты и Квиета выступил Оденат, прервавший свой победоносный поход против персов. Баллиста предал Квиета, и тот был убит Оденатом. В ноябре 261 г. власть римского императора на Востоке официально была восстановлена. Но фактически Галлиен, не имея сил установить свой реальный контроль над всей восточной частью Империи, предоставил власть Оде-нату, который к тому времени и успешно сражался с персами, и доказал свою преданность Галлиену.
Однако относительное спокойствие вернулось на Восток только после подавления очередного мятежа. На этот раз его инициатором стал префект Египта Г. Муссий Эмилиан. Недавно он активно поддержал Макриана и в качестве префекта успешно сражался с блеммиями и мероитами, приобретя этими победами значительный авторитет. Теперь, не добившись прощения за поддержку Макриана, он сам провозгласил себя императором. Узурпация Эмилиана была особенно опасна тем, что Египет являлся, как уже говорилось, важнейшим источником хлеба для Рима и Италии, и
