коммунизма, был рассчитан на 20 лет. Со сроком они почти угадали. Ровно через 20 лет Брежнев скопытился и начался коммунизм.
Что они сделали? Они огромную часть прибавочной стоимости, полученной уже госкапиталистическими предприятиями СССР вложили в неэффективную капитализацию, в разорительные активы. В строительство новых объектов и заводов.
Почему они были разорительными? Во-первых, стали строить предприятия по производству средств производства в гигантской диспропорции по сравнению с предприятиями по производству продуктов потребления. И еще хвастались, что это опережение составляет почти 60%. Представляете себе?! М. Г. Маленков по этому поводу ругался страшно, и тогда они на него наклеветали, что он против принципа социалистической экономики, по которому производство группы А должно превалировать над группой В. Уже только эта дикая диспропорция утопила бы экономику.
Но этого было им мало. В стране к 1953 году безработицы уже не было, больше того, с рабочими руками была даже небольшая напряженка. Трудовых ресурсов в обрез хватало и на имеющиеся производственные мощности. Более того, далеко не все заводы и фабрики были загружены до конца, не все работали в три смены. А это значит, что простаивали производственные мощности.
Значит, наращивать мощности нужно было очень аккуратно, сообразуясь с наличием трудовых ресурсов, а основные вложения направлять на модернизацию, автоматизацию и механизацию. Это и было бы эффективной капитализацией. Привело бы к росту производительности труда.
Вместо этого понастроили тысячи новых заводов и загнали таким образом экономику в экстенсивный путь развития.
После Брежнева у руля поставили Юрика Андропова. Любитель виски и джаза, чтобы окончательно убедить советский народ, что социализм — это такой тупик, из которого не выбраться без рынка, бросил лозунг про интенсификацию и ускорение. Конечно, не для того, чтобы ускориться. А для того, чтобы люди поняли — при социализме ускориться нельзя. Там главной мыслью было — перейти к полной загрузке имеющихся мощностей в промышленности, к 2-х и даже 3-х сменной работе на заводах и фабриках.
Директора этих заводов и фабрик стали паниковать — рабочих уже не хватало и на одну смену! Трудовые ресурсы в стране были исчерпаны. Экстенсивная экономика их сожрала…
* * *
Плюс ко всем этому, наши партийные диктаторы, государственную капиталистическую собственность лишили охраны. Пока она не стала их собственностью в юридическом плане, пока требовалось ее банкротство для решения вопроса о приватизации, эта собственность должна была разоряться. От тех, кто ей наносит ущерб, ее оберегать не было смысла. 58-я статья УК была отменена, уголовная ответственность за нарушения трудовой дисциплины тоже была отменена. Гуляй, рванина!
Нет, уголовная ответственность за воровство и расхищение сохранилась. Но это смешные мелочи, эти преступления в разрезе всей экономики — почти незаметный пустяк.
Массовые прогулы, опоздания, пьянство на рабочем месте, брак, халатность на работе, невыполнение должностных обязанностей, неподчинение руководству, халатное отношение к своим обязанностям самого руководства — практически никакой ответственности не было. Нет безработицы, нет за это уголовной ответственности — всё, нет никакой ответственности. Лишения премий, 33-я статья КЗоТ — это ерунда. Почти никого не пугало.
Вот главное от чего нужно было охранять собственность, которую называли социалистической. Падение трудовой дисциплины нанесло ей, наверно, не менее большой урон, чем неэффективная капитализация и вывод прибыли.
Знаете, когда наступило банкротство экономики СССР? Если постараться вспомнить те времена, то можно определить дату. Не при Горбачеве. Ерунда это. И даже не при Андропове.
Вот как на 22-м съезде, в 1961 году, определили срок строительства коммунизма — 20 лет, так его через 20 лет и «построили». Год в год. По плану. Если вы считаете, что обанкротившееся предприятие — это такое предприятие, которое уже ничего не производит, и зарплату рабочим не платит, то вы немного ошибаетесь. Определений банкротства много. Самое верное — несостоятельность должника удовлетворить в полном объеме требования кредитора. В экономике СССР был кредитор — советский трудящийся. Он кредитовал экономику своим трудом. Но эта экономика перестала полностью удовлетворять требованиям советского трудящихся. Уже при Брежневе!
Вспомните те годы, уже при Брежневе люди стали возмущаться бесхозяйственностью в экономике. Дефицитом. Низкими зарплатами, особенно интеллигенция (она тоже работала. Это тоже трудящиеся). И, самое главное, руководители предприятий стали открыто говорить, что для лечения экономики нужна безработица.
Андропов с его программой ускорения, Горбачев с антиалкогольной и кооперацией — это они так предлагали народу попробовать методы излечения обанкротившейся экономики. Типа, они искали пути и опробовали разные способы. Пока не дошли до рыночных…
На сегодня пока всё. Завтра — не знаю точно, но послезавтра точно продолжим. Приведу примеры банкротства и коснусь общественных фондов потребления, напишу, что с ними делали.
* * *
Как и ожидалось — в личке письмо с утверждением, что интеллигенция была Брежневым недовольна, а вот рабочие — ого-го! Они счастливы были! Хочешь много зарабатывать — иди в рабочие!
Ну, хорошо. Клеймить, так клеймить! Вот большие заработки рабочих при Брежневе — это такая же абсолютная туфта, как и дефицит, начавшийся только при Горбачеве.
Не будем брать оборонные предприятия, предприятия, работавшие на экспорт (там отдельное государство было — потом может и поговорим про них) — большинство народа работало в обычном народном хозяйстве. А не на супер-пупер производствах.
У нас началось с брежневскими временами тоже самое, что и дореволюционными во время Перестройки. Тогда все нашли себе предков, которые при царе были как минимум купцами, а у самых скромных — кулаками. Все жили припеваючи, но тут большевики малину испоганили. Теперь все резко вспомнили, как они были «трудящимися-творцами» при Брежневе.
Сидим в позапрошлом году в компании, варим уху. Про политику заговорили. Мужики лет на 10–15 старше меня. Начали про Брежнева. На моё утверждение, что Брежнев — сука позорная, нашелся оппонент. Он при Брежневе на стройке работал специалистом на все руки, монтажником-каменщиком, по всем специальностям разряды у него высшие, по 400 рублей в месяц заколачивал.
Спрашиваю:
— Что, прямо каждый месяц? Даже не было простоев?
— Да по фигу на простои. Нет кирпича-раствора — сидим, курим, по среднему оплачивают.
— А вас часто на… посылали с оплатой по среднему за простои?
— Да пусть бы попробовали! Мы бы прораба в кладку замуровали.
Подошел к компании бывший начальник УР РОВД (все мужики с одного района), спросил, о чем спорим. Я сказал. Он стал смеяться:
— Чего ты этого п…ла слушаешь? Он ко мне в 79 году приходил проситься в милицию хоть рядовым, плакался, что в ПМК заработков ни хрена нет. Не было бы у него брата судимого — взяли бы.
Я уже давно
