экономического поведения вообще и поведения хозяйствующих субъектов в частности происходит между двумя ведущими направлениями мировой экономической мысли: классическим и неоклассическим, с одной стороны, и институциональным и неоинституциональным, с другой стороны. В первом случае экономическое поведение рассматривается как вполне рациональное, осуществляющееся в условиях полноты данных о состоянии рынка и нацеленное на увеличение прибыли. Во втором случае экономическое поведение субъектов рассматривается как ограниченно рациональное, существенным образом зависящее от внешних норм и институтов[43]. По существу, различия между подходами указанных направлений к экономическому поведению заключаются в том, считать ли рациональное проявлением сознания и конкретной позиции субъектов, или же признавать его как производное от способа организации внешней среды, то есть от системного свойства, проявляющегося в экономике.
Несколько отличается от позиции институционального направления функциональный подход к экономическому поведению, предложенный Г. Саймоном. С точки зрения указанного автора, экономическое поведение функционально в том случае, если оно способствует достижению конкретных целей – будь то получение удовольствия, удовлетворение индивида, или обеспечение пищи и крова для членов общества. В этом случае функциональное поведение оказывается рациональным. Вместе с тем, оно проявляется не чисто субъективно – как позиция самих субъектов, но оказывается тесно связанным с тем, как функционируют основные социальные механизмы, обеспечивая интеграцию или адаптационные изменения более крупной системы, в которую включены субъекты функционального поведения[44].
Понимание рациональности как интеграции внутреннего (сознание и поведение) и внешнего (институты, организации) в сфере экономической жизни позволяет более глубоко раскрыть особенности связей системы и субъектов, и тем самым рассматривать саму экономическую жизнь общества с точки зрения единого подхода – принципа целостности. На этой основе конкретизируется само представление о рациональности, в содержание которой входят субъективные позиции агентов экономических отношений, их собственные пространство и время, а также пространство и время системы экономики, соотношение прошлого, современного и будущего, уточняется взаимодействие рационального и иррационального и др. Такое представление о рациональности прямо связано с исследованием внутренней сбалансированности процесса производства, уточнения роли и функций объектной и субъектной сторон, что проясняет особенности онтологического саморегулирования системы производства.
Данный ракурс рассмотрения позволяет выявлять экономические дисфункции, например, резкий рост прошлого, овеществленного труда за счет опустошения труда живого. Это, в свою очередь, дает возможность выявить перекосы во времени – например, доминирование прошлого над настоящим и будущим, которое тормозит своевременное осуществление инноваций в различных секторах экономической сферы. Стремление преодолеть дисфункции становится основой радикального ускорения и роста информационной среды, которая расширяет техническую и технологическую стороны производства, формируя невиданные темпы разрастания искусственной, рационально технически организованной среды, и, вместе с тем, обусловливает отставание ее субъектного, человеческого освоения. В итоге указанного отставания производство становится безлюдным, усиливается его отчуждение от человека.
Обобщим приведенные выше положения. Понятие рациональности означает меру включенности субъектов в саму ткань экономической жизнедеятельности. Такая включенность становится все более разносторонней, изменяя и гуманизируя само представление о рациональности, усиливая в нем культурно-экзистенциальные черты. Тем самым экономике удается справляться с растущей динамикой общественного развития, разрастанием его иррациональности и неустойчивости.
В современных представлениях рациональность имеет не только предметно-технический, но и культурно-ценностный смысл. Он позволяет усилить воздействие в экономической среде субъектно-человеческого начала и тем самым найти продуктивные способы связи двух разных сторон – технически (институционально) организованных условий экономической, производственной деятельности, с одной стороны, и субъективного мира человека, с другой стороны. С учетом указанного обстоятельства, для повышения уровня своей обоснованности современная экономическая теория должна опираться на универсальное понимание смысла рациональности, в котором найдут свое место и рост свободы человека, и общая гуманизация общества, и новые свойства информационной среды.
Определяя особенности этого изменения представлений о рациональности, Н. Автономова отмечает, что здесь заметно ослабление позитивистской установки, что выражается в ограничении или даже отрицании функций разума, на которых была сосредоточена позитивистски ориентированная наука, и наоборот, в акцентировании внимания к спонтанности эстетического, этического, политического, религиозного и прочего действия. Данный подход представлен в чистом виде в персоналистском мышлении, а в менее чистых формах – в современных работах по философии субъективности[45].
Как и прежде, философия прокладывает новые пути развития для экономической теории. Достигнутое философией синтетическое понимание рациональности открывает для экономической теории новые перспективы, так как выводит на более конкретное рассмотрение самой экономической реальности, и с позиций современности выявляет характеристики экономических субъектов, особенности их взаимодействия с институтами и самой экономической рыночной системой. Представление о рациональности внешней среды и сознания субъектов ставит вопрос о нахождении такого уровня их исследования, в котором может быть раскрыта сущность экономического современного развития – обеспечение устойчивости экономической системы в условиях глубоких и динамичных преобразований. Искомому уровню соответствует принцип целостности, предполагающий максимально широкий концептуальный охват всего поля экономики, включая прояснение тех взаимодействий, которые открываются между обеспечением целостности и обеспечением рациональности.
Принцип целостности в современной экономической теории обеспечивает формирование общего взгляда на различные экономические явления и выявить основания их необходимой интеграции. Это выявляет и сохраняет в системных представлениях основные компоненты и процессы общественно-хозяйственной жизни, позволяя моделировать их и создавать на основе их фактического многообразия некоторое целое, в котором восстанавливаются и получают свой реальный статус явления, которые, по разным причинам, оказываются для ряда исследователей и практиков как бы на втором плане: например, требования и принципы хозяйственной деятельности, которая по отношению к современным экономическим целям и задачам почему-то оказывается не актуальной.
Позиция принципа целостности в экономическом исследовании такова, что он опосредствует связи между экономической реальностью и ее теоретической моделью, позволяя перевести характеристики такой реальности в содержание формируемой теории, обеспечивая связи между ее компонентами, а также их адекватное понимание исследователями.
С учетом указанного обстоятельства особое значение обретает анализ связи между принципом рациональности, в его современной расширенной трактовке, и целостной экономической средой, в которой должен быть восстановлен высокий статус инвестиционно-экономической деятельности как основы развития пространства самой экономической системы. Современная трактовка рациональности выводит ее за рамки капиталистической экономики, ориентированной на максимальную прибыль, и вновь актуализирует изначальную воспроизводственную ориентацию на человека, то есть на формирование его социальных черт, востребованных конкретной эпохой, включая не только производственные навыки и умения, но и духовно-культурные, нравственно-этические характеристики. В данном отношении правомерно утверждать, что конкретно-исторический тип личности создается культурой, социальными отношениями и соответствующей организацией производства. Сторонники современной философии хозяйства специально подчеркивают указанное обстоятельство, настаивая на том, что хозяйство – это способ воспроизводства требуемых качеств социальной сферы, и достижение этих целей осуществляется через хозяйственную культуру, которая становится основой хозяйственной деятельности и предполагает опору на духовно-нравственные ценности субъектов. Налицо явный отход от экономической рациональности, который в результате лишает экономику статуса
