для всех представления и понятия, без которых нельзя сформировать какие-либо идеи, теории, концепции или научные системы. Особое значение в данном контексте имеет обязательность этих категорий, которая вовсе не означает, что общество целенаправленно вынуждает каких-то людей следовать этим категориальным формам, предлагая им познавать окружающий мир и строить ход своих мыслей исключительно таким образом. Напротив, речь идет о спонтанном,
неосознанном использовании этих категориальных форм в познании и столь же
неосознанном их применении для проектирования и осуществления изменений в общественной практике. Суть дела в том, что эти категории запечатлены в языке, а также в других знаковых системах, в том числе знаковых системах изобразительного, музыкального и театрального искусства, науки, религии и др., поэтому мыслить о существующей реальности и изменять ее, не пользуясь такими категориями, просто невозможно[87].
Мировоззренческие системы – философская, научная, религиозная, культурная, политическая, экономическая и др., формируются как развивающиеся системы категорий, составляющих исходную для данного общества модель мира. Конечно, экономическое пространство как категория, тесно связанная с философией, определяется не только в рамках системы экономических категорий, но и по отношению к системе философских категорий, то есть в рамках категориальной картины мира, представляющей собой глубинную структуру мировоззрения. В эту картину входят такие категории, как пространство и время, число и знак, явление и судьба, отношение между чувственной и сверхчувственной реальностью, движение и развитие, часть и целое и др. Составляя в своей совокупности основу мировоззрения целой эпохи, эти категории обеспечивают восприятие и осмысление субъектами собственных действий и общественных отношений, в которых они участвуют, хотя сама категориальная основа этих процессов остается вне рационального отношения. Историческое изменение общества как изменение его сознания и мировоззрения представляет собой преобразование прежней категориальной модели мира, в которой возникают новые категории и становятся невостребованными прежние, меняются представления о пространстве, времени, человеке, институтах и т. п. В ходе эволюции структура социально-культурной реальности, в которой живут и действуют люди, исторически меняется, но всякий раз понимается как «образ современности».
Концепция картины мира определяет ее как особое видение мироздания, характерное для того или иного народа, представление членов национального сообщества о самих себе и своих действиях, собственной активности в мире. Понятие «картина мира» отличается от таких категорий, как «этос культуры», «способ мышления», «национальный характер». Если концепция национального характера касается, прежде всего, взгляда на культуру со стороны внешнего наблюдателя, то картина мира, напротив, представляет взгляд члена культуры на внешний мир. Необходимо видеть явления изнутри, и только при этом условии можно прийти к их внешнему пониманию в определенном культурном контексте. Требование видеть изнутри означает глубокое знакомство с культурой народа и ее конкретными носителями, необходимость знать психологию которых исследователь должен так, словно он входит в их сообщество. Ведь участник национального сообщества преломляет практически все явления материального и нематериального миров через призму культуры своего народа, что приводит его к оценкам и выводам, которые покажутся стороннему наблюдателю совершенно неожиданными. Не приняв точки зрения носителя национальной культуры, мы ошибемся в трактовке и отдельных элементов жизни народа, и его культурной системы как целостности.
Правомерно утверждать, что не существует единой общенациональной картины мира. Более того, в одной национальной культуре присутствует несколько культурных традиций. Соответственно, и картины мира различных ветвей или общин одного народа различны. В соответствии с определением, данным К. Гиртцем, картина мира представляет собой присущую носителю данной культуры картину того, как существуют вещи, какова концепция природы, самого себя и своего сообщества[88]. В настоящее время существует классическая систематизация народных картин мира:
• научная картина мира, состоящая из вкладов различных отраслей знания;
• философская картина мира, сформированная в соответствии с философскими взглядами народа;
• религиозная картина мира, детерминированная принадлежностью к определенной религиозной конфессии (в данном отношении у одного народа, разделенного на части по конфессиональному признаку, могут сосуществовать несколько религиозных картин мира).
В последние годы активно развивается концептуальное представление о так называемой «гуманитарной картине мира», которая в противовес естественнонаучной выстроена с участием представителей гуманитарных наук и является результатом синтеза их представлений. Вероятно, возможно также построить индивидуальную картину мира конкретной личности, которая является продуктом синтеза знаний, размышлений, верований, убеждений отдельного человека[89]. Возможно построить и групповую или коллективную картину мира, все дело в их ценности для окружающих. Отметим, что все индивидуальные и коллективные картины мира по своей сущности, а также по способу своего построения принадлежат к числу гуманитарных, потому что они строятся и понимаются в гуманитарной информационно-знаковой, то есть символической форме, а также по законам человеческого мышления[90].
Рассматривая экономическое пространство как категорию, которая выражает форму существования экономических явлений и процессов, важно учитывать, что по своему статусу указанная категория входит в состав наиболее фундаментальной категориальной системы, в которой экономика представлена как сфера бытия общества. На этом уровне объективная экономика и экономическая теория приобретают свои формы отражения, в которых запечатлены их взаимосвязь и результаты взаимодействия с другими сферами бытия общественной системы. Для познания и осмысления этот уровень может быть обозначен как категориальная модель экономической системы, входящей в систему общества. Мировоззренческим проявлением этой экономической модели является экономическая картина мира.
В данном контексте вполне логично предположить, что категория «экономическая картина мира» сохраняет основные свойства категориальной «модели мира» и, в первую очередь, объективность для всех субъектов. Являясь частью общенаучной картины мира, экономическая картина мира раскрывает наиболее общий «срез» экономической жизнедеятельности, позволяя видеть ее глубинные и «несущие» тенденции, ее общую направленность. Поэтому не случайно, что в настоящее время усиливается стремление исследователей рассмотреть сис тему экономики сквозь экономическую картину мира, выявить особенности указанной системы.
В данном отношении накоплен значительный и весьма противоречивый опыт. Г. Ефремов полагает, что особенностью социально-экономической картины мира является сосуществование в ней двух моделей – реального экономического устройства общества и его идеального экономического устройства[91]. Полагаем, что в данном случае в абстрактной форме воспроизводится противоречие системной и субъектно-деятельностной сторон экономического пространства. Но само по себе указание на «сосуществование» двух моделей в рамках социально-экономической картины мира в методологическом плане является недостаточным для исследования экономического пространства.
Прежде всего, необходимо раскрыть связь экономического пространства и социально-экономической картины мира. Акцент на ценностное содержание, которое указанный автор считает центральным понятием социально-экономической картины мира, не позволяет решить указанную выше задачу. Сводя содержание ценности к полезности, Г. Ефремов полезность понимает как удовлетворение, которое приносит потребителю какое-то благо. Поэтому, определяя для себя степень полезности блага, потребитель оценивает размер пользы, которую принесет ему его потребление[92]. В этом конечном результате рассуждений автора исходное понятие «экономическая картина мира»
