курю, потому что у меня нет сил бросить. Чтобы не мучиться когнитивным диссонансом, я вообще стараюсь об этом не думать». Стоики называли это безволием, а современная психология – стратегией избегания.
3. Самообман – самая широкая и, пожалуй, самая интересная форма. Человек осознает, что его убеждения больше не соответствуют реальности, но все равно продолжает жить так, будто ничего не изменилось. Причины разные: нежелание менять статус-кво, затраты энергии на перестройку модели мира, страх утраты привычных ориентиров. В конце 80-х – начале 90-х в СССР многие по инерции продолжали верить в коммунизм и социализм, хотя фактически уже было понятно, что система рушится.
Современные исследования
Недавний метаанализ, опубликованный в APA PsycNet, впервые обобщил исследования по умышленному самообману – сознательному отказу от важной информации. В анализ вошли данные 22 статей, 6531 участника и более 33 000 решений.
Вот краткие результаты этого обзора:
1. Умышленный самообман / отказ от полной важной информации: оказывает сильное влияние на усиление эгоистического поведения и ослабляет просоциальное, альтруистическое. 39,8 % участников избегают информации о том, как их решения влияют на других, что приводит к снижению альтруистического поведения на 15,6 процентных пунктов, даже когда информация легко доступна.
2. В непрозрачных условиях получения информации (когда можно уверенно сказать: «при принятии решения я не был поставлен в известность об всех известных аспектах события», хотя на самом деле этот человек сам отказался от полной информации) наблюдается устойчивое снижение альтруистического поведения и преобладание эгоистического. В ситуации, о которой человек имеет более полную информацию, он склонен принимать более альтруистичное просоциальное решение.
Оправдательная ценность незнания также подкрепляется результатами исследований, согласно которым участники считают эгоистичный выбор, сделанный при наличии полной информации, более морально проблематичным, чем эгоистичный выбор, сделанный в условиях (самонавязанного) незнания (не виноватая я, не знала, мне никто не сказал, я не слышал!).
То есть, когда мы сами себя обманываем, не желая знать, что и где происходит, мы прежде всего думаем не о других, а о себе. Потому, что знание рождает ответственность поступать в соответствии с этими знаниями, что порой для нас может быть сильно неудобно.
3. Те, кто активно выбирает информацию, более альтруистичны, чем те, кто пассивно получил информацию. Навык поиска и оценки противоречивой информации свидетельствует о высоких способностях конкретного индивида к менее эмоциональному анализу информации и при этом высокой активности лобных долей мозга, что сильно коррелирует с альтруистическим поведением.
4. Многократность имеет значение. Самообман и сознательный отказ от полной информации эгоистично подкрепляется. «Слезть» с такого способа принятия решений трудней, чем попасть в него. Поэтому сила и количество самообмана со временем нарастает.
5. Многие (до 40 %) готовы даже пойти на дополнительные жертвы и заплатить, чтобы сознательно не воспринимать диссонирующую информацию и остаться в неведении, сохранить картину мира и основные установки.
Итак, для профайлера и любого специалиста по поведению важно уметь отличать:
– где человек действительно не знает;
– а где он сознательно не хочет знать.
Самообман не только искажает личную картину мира, но и напрямую влияет на решения, повышая вероятность эгоистичного поведения и снижая просоциальное.
Часто самообман – не случайное явление, а системная стратегия защиты эго, которая укрепляется с каждым разом, когда мы сознательно отворачиваемся от фактов. Он делает человека более эгоистичным и снижает готовность действовать во благо других. Поэтому один из ключевых навыков осознанного развития – замечать собственные попытки «не знать» и намеренно включать в картину мира информацию, которая кажется неудобной.
Чем больше стресса, тем больше лжи?
Сегодня достаточно данных, чтобы рассматривать силу воли как своеобразную «мышцу». Если ее не тренировать, она ослабевает, и человек становится менее устойчивым перед соблазнами. При желании, дисциплине и правильном подходе силу воли можно «прокачать» – это требует времени и систематической практики, но вполне реально.
А как обстоит дело с обманом?
Неудивительно, что чем больше стресса испытывает человек, тем выше вероятность, что он начнет лгать. Конечно, все имеет предел: не каждый стресс ведет к нечестности. Но чем сильнее нагрузка и чем больше внешних проблем, тем выше соблазн «компенсировать» их сиюминутной выгодой, которую может дать обман. При этом стоит только начать лгать – и остановиться все труднее: формируется поведенческий паттерн. Обратное также верно: чем комфортнее среда и чем ниже уровень стресса, тем меньше склонность человека к обману.
Эксперименты Дэна Ариэли
Известный исследователь нечестности Дэн Ариэли, о котором мы тут уже упоминали, и его команда провели множество экспериментов, подтверждающих связь стресса и лжи.
Один из классических примеров: группе студентов сообщали, что всем предстоит решить одну и ту же задачу. На деле задачи различались по сложности: одним давали легкие, другим сложные. После выполнения тестов студентов проверяли на склонность к обману – через задания из теории игр (например, дилемму заключенного и ее модификации) или через предложение заработать деньги, решив дополнительные задачи, где можно было «схалтурить» и приписать себе лишний результат.
Результаты оказались показательными: студенты, которые получали более сложные задания и испытывали интеллектуальную нагрузку сверх ожиданий, значительно чаще обманывали, чем те, кто находился в более комфортных условиях.
Повседневные примеры
Тенденция проявляется и в обычной жизни. Допустим, вы решили отказаться от сладостей и фастфуда. Первое время это дается легко, даже если вкусности лежат на виду. Но по мере накопления усталости и стресса самоконтроль снижается, и через пару дней вы срываетесь – не только на «запрещенный» тортик, но и на другие привычки, от которых пытались отказаться: алкоголь, лишний сон, прокрастинацию.
То же происходит и с обманом: под стрессом снижается контроль, растет импульсивность и вероятность обмануть резко увеличивается.
Важный нюанс для профайлера: когда вы фиксируете признаки лжи, учитывайте состояние собеседника. Если он воспринимает общение как «войну» или угрозу, вероятность обмана возрастает. Как и на настоящей войне, где даже при наличии кодексов чести люди часто нарушают правила, под сильным стрессом собеседник может переступить границы честности.
Итак, несколько практических выводов:
1. Стресс снижает честность. Чем больше нагрузка (эмоциональная, интеллектуальная, социальная), тем выше вероятность, что человек начнет искажать информацию.
2. Ложь закрепляется как привычка. Один раз «схитрив» под стрессом, человек легче повторяет обман в будущем.
3. Комфортная среда снижает риск обмана. Спокойные условия и отсутствие давления делают поведение людей более честным.
4. Профайлинг требует контекста. Ловя ложь, всегда учитывайте уровень стресса собеседника – он может объяснять не только сам факт обмана, но и его форму (агрессия, уклончивость, резкость).
3. Лицо и эмоции
Какие лица способствуют формированию доверия?
Доказано, что первое впечатление о человеке
