посерьёзнел.
— Вернёмся к работе, — отчеканила она. — Значит эта девочка…
— Эта девочка, скорее всего, и есть Розарий Памяти… Розарий Памяти — Сенна, применяет занпакто Мирокумару, дающий ей власть над ветром. А за ней охотится группа из давно павшего клана, который скорее всего не очень-то и хочет, чтобы те, по вине которых их изгнали — жили в этом мире. Данное обстоятельство следует доложить Генрюсаю, — подвёл итог я.
— Согласна…
И, как всегда у нас в народе говорят: «инициатива имеет инициатора». Меня, и ещё группу из Хицугаи, Шаолинь, Мацумото, Хинамори, Абараи Ренджи, Рукии Кучики и Укитаке, прихватив с собой группу поддержки, отправили в Мир Живых, точнее — в Каракуру, дабы захватить Жемчужину Памяти, которая всё это время мило гуляла и веселилась в присутствии Временного Синигами Куросаки Ичиго. Ну и тупость, когда я узнал обо всех обстоятельствах — мне хотелось изрядно поматериться.
Ключ к целому измерению, Царь и Бог данного измерения — гуляет по Миру Живых. У меня тут же возникла в голове картинка, пусть я и ни разу не видел Короля Душ, но мог вообразить — невзрачного парня, которого все и именуют «Королём», что заходил в бордель в Сейретее… Вот же тупость. Сенкаймон привычно наложил на нас ограничитель, забрав у нас восемьдесят процентов силы в Мире Живых.
Мы появились посреди старого, торгового района. Несмотря на общую старость — здания не успели обветшать, а прилавки, где ещё недавно торговали были в более-менее привычном состоянии. Дерево, из которого были выстроены здания, ешё не успел сгнить. Солнце не нещадно палило, было тепло и свежо одновременно из-за лёгкого ветерка, гуляющего по кварталу.
— Изаму-сан? — спросил ошарашенный нашему прибытию Ичиго Куросаки, одетый в классические джинсы и кофту.
Так вот она какая, эта девочка Сенна. Сенна — девушка с большими янтарными глазами и фиолетовыми волосами, завязанными в хвост красной лентой. Одета она в белую блузку, светло-коричневый пиджак и коричневую юбку. Под воротником на манер галстука завязан в бабочку бордовый шнурок.
— Укитаке-сан? Ренджи? Рукия? Тоширо? — присмотрелся он к Хицугае.
— Для тебя Капитан Хицугая! — важно проговорил последний.
— Ты стал Капитаном? Поздравляю, — улыбнулся Куросаки.
Члены Второго отряда сзади и вовсе отыгрывали памятники, хотя я прекрасно знаю чего они ждут.
— Ичиго, — начала Рукия. — Мы провели расследование. И… Никого из Синигами с именем Сенна не было обнаружено не в одном отряде…
— Кроме того, — продолжила Сой-чан, — её занпакто, — она кивнула на девушку, — Мирокумару был утерян с Синигами, что возглавляла экспедицию в Долину Криков пятьсот лет назад! Эта девушка не Синигами, это — Розарий Памяти.
— ЧТО? — охренел Куросаки, как и Сенна, схватившись за голову.
— В связи с этим, — начал я. — Общество Душ берёт Розарий Памяти под стражу, схватите её живой, — отдал приказ я.
Все приготовились к бою… Куросаки «напряг» единственную извилину у себя в голове. И выдал перл, от которого я конкретно офигел…
— Постойте, — он слегка взглянул на девушку, которая на повышенных тонах начала перепалку с Ренджи. — Мне это не нравится, — он схватил девушку за плечо и отодвинул себе за спину.
— Ичиго? — спросила Рукия.
— Даже, если она и Жемчужина Памяти, он всё ещё испытывает гнев, счастье и боль… А вы хотите её просто запереть…
— Заткнись, — прервал его я. — Ты придурок или притворяешься? — спросил я. — Не важно что она способна на эмоции, я бы удивился — не будь она способна на них. Ведь она имеет память живших. Людей. Сейчас главнее — взять её под стражу и понять как предотвратить надвигающуюся катастрофу, а не рассуждать о том, что она эмоции имеет. Думай, пожалуйста, головой, Куросаки Ичиго, думай головой, пока тебе даётся такая возможность… В противном случае, — я достал меч. — Я за себя не отвечаю.
— Капитан! — начала было Рукия. — Но…
— Молчать… Стоп, что? Вы двое, в сторону! — обратился я к Ичиго с Сенной.
— Что? — на них что-то рухнуло. И нас тут же атаковали странные люди, в странной броне.
Шаолинь столкнулась с женщиной и тут же отправила ту в полёт, ударив ногой. Вокруг рядовых Второго отряда образовались Чистые души, без памяти, выглядящие, как я их себе представлял. Белые, с красным гребнем. Они попытались поглотить Синигами, но я их атаковал, развеяв. Кучики помогла мне, а Укитаке столкнулся с одним из странных людей… Эти и есть те самые изгнанники… и они пришли за девушкой.
— Я тоже буду сражаться! — воскликнула Сенна.
— СТОЙ! ДУРА! — прокричал я, исчезнув и появившись перед ней в то время, как она попыталась напасть на самого главного, походу.
Мой удар мужчина с белыми волосами заблокировал.
— Капитан Синигами! — сказал он. — Я не дам вам помешать нам…
Бьякурай… Молния пронзила их лидера и отшвырнула прочь.
— Интересно, как у тебя получится? — спросил я, начав использовать Шикай.
— ГХ! — схаркнул он кровь. — Ублюдок!
— Ганрю-сама! — меня атаковал мужчина, который атаковал Хицугаю, но я ушёл с линии атаки и его взрывающиеся копья ничего не смогли мне сделать.
— Для такого как ты — худший кошмар это ближний бой, — я появился за спиной мужчины и уже был готов его убить, как в меня чуть не прилетела стрела от женщины. Отбив стрелу точно в стрелявшую, тем не менее не попав, я ушёл в сторону. — Вы чем занимаетесь, остолопы? — спросил я, выйдя из Сору рядом с Укитаке.
— Наши силы ограничены, Капитан, — сказал Ренджи. — А они довольно сильны…
— Жалкие оправдания, но Жемчужину следует забрать в Сейретей, для её же безопасности, — сказал я. — Бакудо номер четыре, Хайнава, — я отправил канат в девушку, намереваясь захватить её, но неожиданно появившиеся Чистые натурально сожрали его. — Что? Тогда…
Но их лидер Ганрю трансформировал несколько Чистых в похожий канат и захватил девушку…
— Банкай! Тенса Зангецу! — прокричал Куросаки и атаковал было их лидера, но слил в чистую.
Чёрт, последствия уничтожения Розария Памяти непредсказуемы. В будущем я не вижу что произойдёт, но пятнадцать секунд — это мелочь, ведь уничтожение Бога Измерения, или кем она там является — последствия от такого могут идти целые столетия.
—
