Ваш вклад признан решающим! Вы получили 50.000 ОЗ! (220.344)
Не так много за освобождение целой Внешней Зоны, но, с другой стороны, я уже получил свою награду за захват Сердца, так что грех жаловаться. Тут скорее нужно удивляться тому, что Система вообще засчитала победу, несмотря на огромное количество врагов на оспариваемой территории. И я не стал гадать, обратившись к чату командной сети.
Василий: твоих рук дело?
Грых: верно, мой статус позволяет влиять на подобные решения.
Василий: тогда почему Ламашту не сделала того же самого?
Грых: для того, чтобы в чём-то убедить Систему, нужно не только быть хранителем, но и самому верить в победу. Малейшее сомнение — и ничего не получится.
Василий: а если ты ошибёшься?
Грых: в таком случае за ошибку придётся заплатить. И чем значительнее будет эта ошибка, тем выше будет взятая плата. Вплоть до лишения статуса и последующей казни…
Сурово, но справедливо — без «массовых расстрелов» коррупцию не победить. С ними, впрочем, тоже, но то уже другой вопрос.
Василий: и что дальше?
Грых: пусть здесь мы победили, но битва в самом разгаре и нам не хватает элитных войск. Так что твоя помощь была бы не лишней…
Внимание! Вам предложена личная миссия Поддержка!
Ранг: вариативен
Описание: битва за внешние территории продолжается, и многие ваши союзники отчаянно нуждаются в помощи.
Конечно, у вассальных богов тоже имелись свои чемпионы, но их были в лучшем случае тысячи, а население внешних территорий исчислялось десятками миллионов. И хотя наша армия была вряд ли меньше, но её переброска ещё не была завершена, а точечные удары могли если не решить исход битвы, то как минимум снизить потери.
В общем, покой нам только снится — и то не каждый день. С текущими параметрами сражаться я мог сутками, так что передышка мне не особенно и требовалась. Правда, и уйти, никого не предупредив, тоже было нельзя.
Василий: мне нужно отдать несколько приказов.
Грых: конечно.
Спустя мгновение я почувствовал, что направленное на меня внимание исчезло, переключаясь на другую проблему. Несмотря на то, что боги умели делить своё сознание на потоки, контролируя ситуацию сразу в сотне мест, управление битвой такого масштаба было делом непростым…
* * *
Для того, чтобы удалённо вернуть в книгу всех рабов, мне потребовалось бы пять тысяч очков. Тратить столько было бы глупо, так что я дал рабам около получаса, приказав собраться на центральной площади, а затем отозвал без лишних затрат. Не всех, местные практики оставались в городе, как и часть экипажа Небесного Зверя. А вот сам корабль я решил забрать с собой — никогда не знаешь заранее, с чем придётся столкнуться. Впрочем, выделенное время я потратил с пользой и ждал не только рабов.
Шаг сквозь тень!
Я перенёсся во дворец и несколькими пространственными прыжками добрался до тронного зала, в котором уже находилась большая часть ключевых союзников, задействованных при захвате осколка.
— Сюда, господин! — вскочил Малкир Кашалот. — Мы ждём только вашего прибытия!
Я мысленно хмыкнул, оценив монструозное кресло, явно предназначенное для куда более массивной задницы, а затем занял место во главе стола. И старейшина тут же опустился в подобное кресло, только слегка попроще, явно притащенное слугами специально для него. Для бывшего владыки города, перешедшего на нашу сторону, пока мало что изменилось, и он продолжал заниматься тем же, чем и привык: отдавал приказы и что-то жрал. Даже сейчас, хотя стол был практически пуст, если не считать кувшинов с вином, кубков и чаш с мелкими закусками. И, словно этого было мало, откуда-то из-за стены доносилась незатейливая, но приятная слуху мелодия.
Активировать Передачу Голоса!
— Это ещё что такое?
— Я приказал слугам приготовить печенья, господин. — отозвался старейшина. — Во славу Тьмы!
— Отравленные?
— Нет, господин. — он тут же сожрал сразу горсть. — Попробуйте!
Я взял одну и, убедившись, что всё в порядке, съел кусочек — и печенька оказалась на удивление пресной. Сахара для изготовления этих кондитерских изделий явно пожалели, ограничившись какими-то сушёными ягодами. Неудивительно, что толстяк предпочитает мясо — его плохо приготовить гораздо сложнее.
— Ну, как
