есть свои варианты.
Особенно в мире, где существует магия.
Рабский ошейник сам по себе стоит как пара крепких, но не имеющих ценных навыков или красоты, рабов. А ошейник продвинутый, работающий автономно, а не от пульта дистанционного управления, и вовсе — можно купить неплохой дом за те же деньги. Но у меня-то «купон» на бесплатного раба… Отец так и сказал — «бери лучшее, держи лицо клана».
«Бесплатный» в данном случае просто означает, что оплатит клан, но это уже не моя проблема.
Короче говоря, я могу выбрать лучшего раба, кого можно найти здесь в провинции, и с самым качественным ошейником, гарантирующим если не преданность, то по крайней мере надёжность.
В плане преданности тоже есть варианты.
— Каковы ваши требования к рабу, молодой господин? — с поклоном осведомился работорговец. «Купон» произвёл на местных работников сферы недобровольного трудоустройства достаточное впечатление, чтобы моим сопровождающим и консультантом стал управляющий этой конторки.
— Я бы сказал, «лучшее, что у вас есть», но вряд ли у вас такой уж качественный выбор — хмыкнул я. Теоретически наши статусы были равны, но на практике работорговля считалась не уважаемым, хоть и не порицаемым, занятием, в отличие от бизнеса моего клана. Да и обороты у этой компании были ниже, чем у нашей, хотя и не сказать, что намного. Но у нас ещё и есть связи с императорским двором, а вот рабов Поднебесный Дворец не покупает — выращивают своих. В итоге на практике я мог позволить себе держать себя с некоторым высокомерием, если не презрением.
Собственно, это как раз то самое «держать лицо», к которому приучают в клане.
— Но всё же, покажите, что у вас есть.
«Из лучшего» оказалось не произнесённым, но было очевидно.
— Я и не ожидал, что в провинциальном представительстве будут элитные рабы, но всё же смел надеяться, что найдётся кто-то более-менее подходящий. Но это… — Я взмахнул рукой, обводя двоих представленных моему вниманию кандидатов на продажу. — Мой отец не одобрит, если я приобрету кого-то из них в качестве персонального раба.
— Приношу свои извинения — торговец поклонился. — Вы же понимаете, здесь не то место, где есть смысл держать статусный товар. Здесь покупают в основном дешёвую рабочую силу, ну или девиц, от которых требуется только приятная внешность.
Я кивнул. Предъявлять претензии действительно не имело смысла, но было досадно.
— Я могу заправить ваш запрос, с нужными требованиями, в верхний эшелон — предложил торговец. — Уверяю, мы сможем удовлетворить любые запросы. Времени это должно занять немного.
— Может, и немного, но обслуга мне нужна уже сейчас — кисловато заметил я. — Статус обязывает.
И из-за него же было проблемно нанимать слуг с улицы. «Бизнес-шпионаж» тут явление вполне себе распространённое, да и убийства тоже случаются — особенно учитывая мою негодность в боевых искусствах. Даже банальное «нанялись, обокрали, слиняли» исключать нельзя, пусть это и крайне опасно — клан будет искать воров, и наверняка найдёт.
— Батюшка не одобрит отсутствие надёжных слуг, и то, что вы не смогли удовлетворить даже минимальный запрос — добавил я. Правда, вообще-то, но я всё же озвучил это не просто так. У этих купцов в любом мире обычно что-то припрятано «под полой», для своих или для особых клиентов.
И сейчас он меня не разочаровал.
Ну, наполовину.
— Ну, хорошо, молодой господин. Я хотел оставить на подарок брату, но не могу не войти в ваше положение, оказать уважение клану Цинь. Пойдёмте, я покажу вам…
— Вот! — торговец с преувеличенной гордостью махнул рукой в сторону уныло сидящей на тонком матрасике девушки. — Редкий товар. Дочка вождя племени Лунного волка. Не только она обладает красотой, но и, как вы наверняка знаете, Волчье племя от рождения имеет стадию Закалки Костей, так что она сможет вас защитить…
Я поднял руку, останавливая его.
— Какими боевыми искусствами она владеет?
Торговец чуть замялся, но лишь на секунду.
— Она не имеет официально подтверждённого мастерства, но её племя известно быстрым освоением боевых… искусств…
Под моим скептическим взглядом энтузиазм длинноусого толстячка подувял, но не исчез полностью.
Ну, это поправимо.
— А ещё, дочь вождя, говорите? То есть мне нужно будет опасаться, что её племя придёт её вызволять?
— М, нет, её честно продали. Неурожай, голод, — ну, понимаете. Наша торговая компания всегда рада предложить честную сделку.
Я кивнул.
— Понимаю. Дочь вождя. Других вариантов на продажу не нашлось. Видимо, она действительно «очень талантлива»…
Я не акцентировал сарказм, но и не пытался его скрыть.
— Но у неё действительно стадия Закалки костей! И разве она не хороша? Ну посмотрите!
…Ну, тут я был согласен. С девушкой определённо обращались неплохо, именно чтобы сохранить внешность и товарный вид. Не измотанная, не изголодавшаяся, просто тоскливая — и вполне приятная как лицом, так и фигурой, и хвостом с ушами. Роскошный хвост, скорее лисий, чем волчий, только что серый с серебром.
— Ну, допустим — не стал я спорить. — И что она умеет?
— … Танцевать? — это звучало скорее предположением, чем утверждением. Я глянул на девушку, положившую хвост себе на колени, на продавца, и вздохнул.
— Ладно. За неимением лучшего я возьму её, пока не выполнят основной заказ. Но я хочу скидку, и трёхзвёздный ошейник.
— … У нас есть только двухзвёздные — признался торговец.
— В таком случае, скидку увеличьте.
Я не собирался тратить купон на эту временную замену, — пусть отец оплатит действительно хорошего раба, или рабыню, тут не критично — но у меня имелось некоторое количество личных сбережений и подъёмных, так что, да ещё и с безжалостно выжатой двойной скидкой, я мог себе позволить такое приобретение.
К сожалению, двухзвёздный ошейник… Не даёт абсолютных гарантий. К счастью, у меня таки имелись свои планы по рабам.
Тоже не абсолютные, но шанс хороший.
Транспортного средства у меня не было — «Всем необходимым на месте обзаведись сам», семейно-клановая традиция — но городок небольшой, проблемы в этом не было. Да и физическую форму заставляли поддерживать всех — первый шаг к «культивации», в конце концов. В общем, в свой новый дом в новом месте с новым приобретением я шагал пешком. Некоторое время молча размышлял, поглядывая на волкодевушку, а затем, наконец, заговорил.
— Можешь сейчас не верить, возможность убедиться ещё будет, но моя неудача — твоя удача. У тебя будет возможность выкупить себя, хотя сможешь ли ей воспользоваться — зависит от тебя. Опуская тонкости, которые существенны, но о них потом — за работу тебе будет идти жалование, и когда накопишь тройное
