будут рассказывать только одно плохое, преувеличивая его недостатки, смакуя ошибки, выдумывая пороки, сообщая сомнительные сведения как достоверные. О нем сложится самое скверное впечатление, даже если вы его знаете с самой лучшей стороны.
Великая балерина Галина Уланова незадолго до смерти призналась, что не подозревала, в каком ужасном обществе жила при Сталине. Другая великая балерина Майя Плисецкая утверждала, что её третировала советская власть, позабыв, что в 1959 году она стала народной артисткой СССР, а в 1985 году была удостоена звания Героя Социалистического Труда.
Кстати, лишь одну эту награду носил Сталин, которого выставляют маниакальным честолюбцем. Он возражал против присвоения ему титула генералиссимуса и звания Героя Советского Союза. Но разве не беспримерным подвигом в те годы было его руководство действующей армией, тылом, партизанским движением и разведкой, внешней и внутренней политикой страны?!
Хрущёв за десять лет своего правления успел обзавестись тремя звёздами Героя Социалистического Труда и одной Героя Советского Союза. Брежневу досталось и того больше.
За последние двадцать лет принадлежность к семье бывших узников ГУЛАГа или к «репрессированным народам» стала как бы печатью избранности. Но умалчивают, за что выслали представителей некоторых национальностей? И почему они не вымерли, как ныне вымирает русский народ, а увеличивались в числе? А разве в ГУЛАГе пребывали одни невинные? Я, например, был знаком с десятком «лагерников», и никто из них не был без вины виноватым. Безусловно, были исключения, но только не в массовых масштабах.
…Слишком легко, просто и комфортно быть гуманистом, борцом за права человека и критиком тоталитарного режима, выдавать себя за демократа, беспокоясь не о народе, а о собственной выгоде, угождая своим заказчикам или начальникам и ни за что не отвечая.
Напрочь отбрасывается исторический метод, предполагающий предельно точное воссоздание обстановки данного периода и стремление исходить из неё, ставя себя на место людей той эпохи.
Люди, превратно представляющие историю своей родины, превращаются в марионеток, не способных адекватно реагировать на происходящее. Об этом в 1915 году писал Максимилиан Волошин:
Ложь заволакивает мозг
Тягучей дрёмой хлороформа,
И зыбкой полуправды форма
Течёт и лепится, как воск.
И гнилостной пронизан дрожью,
Томлюсь и чувствую в тиши,
как, обезболенному ложью,
Мне вырезают часть души.
Можно возразить: а разве советская пропаганда не искажала историю? Да, искажала. Вопрос лишь в том, до какой степени и в каких целях.
Например, В. Кожинов справедливо возмущался словами Сталина, выступавшего в феврале 1931 года на первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности: «История старой России состояла, между прочим, в том, что её непрерывно били…» Тут Вадим Валерьянович сделал пропуск. Запомним это. И учтем, что Сталин высказал ещё более возмутительную мысль: «В прошлом у нас не было и не могло быть отечества».
Вот вам и русский великодержавный шовинист, вот вам и руководитель Великой России-СССР! Его послушать, так у русского народа до победы большевиков вся история состояла из битья, и не было никакого отечества.
Правда, надо учесть обстановку того времени, цель доклада и прочесть высказывание вождя без пропусков.
«Иногда спрашивают, — говорил Сталин, — нельзя ли несколько замедлить темпы, придержать движение. Нет, нельзя, товарища! Нельзя снижать темпы! Наоборот, по мере сил и возможностей их надо увеличивать. Этого требуют от нас наши обязательства перед рабочими и крестьянами СССР. Этого требуют от нас наши обязательства перед рабочим классом всего мира.
Задержать темпы — это значит отстать. А отсталых бьют. Но мы не хотим оказаться битыми. Нет, не хотим! История старой России состояла, между прочим, в том, что её непрерывно били. Били монгольские ханы. Били турецкие беки. Били шведские феодалы. Били польско-литовские паны. Били англо-французские капиталисты. Били японские бароны. Били все — за отсталость. За отсталость военную, за отсталость культурную, за отсталость государственную, за отсталость промышленную, за отсталость сельскохозяйственную. Били потому, что это было доходно и сходило безнаказанно».
Общий посыл: необходимо мобилизовать все ресурсы для индустриализации страны. Использованы не только риторические, но и демагогические приемы. Не упомянуто, например, что русские били монгольских ханов, турецких беев, шведских феодалов, польско-литовских панов… Правда, поражения в Крымской и Японской войнах остались безответными. Казалось бы, только о них бы и следовало говорить.
Сталин сделал оговорку: «между прочим». Можно это понять как намёк на то, что о наших победах не будет сказано. Он ведь не сослался на разгром французской армии в Отечественной войне 1812 года.
И всё-таки оговорка не может затушевать несправедливое — «непрерывно били». Зачем это сделано? Ради унижения старой России? Да. Но с тем, чтобы подчеркнуть, пусть и в утрированном виде, её отсталость. Это, по его мнению, вдохновит слушателей на строительство новой России.
Он продолжил: «Помните слова дореволюционного поэта: «Ты и убогая, ты и обильная, ты и могучая, ты и бессильная, матушка Русь». Эти слова старого поэта хорошо заучили эти господа. Они били и приговаривали: «ты обильная» — стало быть, можно на твой счет поживиться. Они били и приговаривали: «ты убогая, бессильная», стало быть, можно бить и грабить тебя безнаказанно. Таков уже закон эксплуататоров — бить отсталых и слабых. Волчий закон капитализма. Ты отстал, ты слаб — значит, ты неправ, стало быть, тебя можно бить и порабощать. Ты могуч — значит, ты прав, стало быть, тебя надо остерегаться.
Вот почему нельзя нам больше отставать».
Как видим, он даже отчасти неправдами стремился доказать главную мысль своего доклада. Его может оправдать то, что он делал не научный доклад, а политический, и позволяет себе ложь или, точней, не всю правду ради укрепления СССР, новой Великой России.
С той же целью он высказал сомнительную мысль о том, что «у нас не было и не могло быть отечества». Если понимать отечество в значении «родина», «место рождения», то получается нелепость. Родина есть у каждого, кто рожден, и отрицать это глупо.
Значит, он имел в виду другой смысл этого слова: «государство, в отношении к подданным своим» (так пояснено в «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И. Даля). И пояснил: «Но теперь, когда мы свергли капитализм, а власть у нас рабочая, — у нас есть отечество и мы будем отстаивать его независимость. Хотите ли, чтобы наше социалистическое отечество было побито и чтобы оно утеряло свою независимость?..
Мы отстали от передовых стран на 50—100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут».
Прав Сталин? Да, прав. Через десять лет началась Великая Отечественная война. Успели мы до нее провести индустриализацию? Да, почти успели. И только поэтому победили в войне, где решали всё
