оставшись прямо в том, в чём встречалась с демоном.
Демоном…
Мечты о том, что всё случившееся дурной сон, рассыпались о реальность. Моей удачливости и идеальности пришёл конец, и я даже не драматизировала.
Драме предстояло случиться чуть позже, когда я заявлю, что свадьбы не будет. Уверена, что меня ждёт нечто невыносимое. Один только голос Ольги с её возмущением чего стоит.
Приводя себя в порядок, я прокручивала в голове слова, которые скажу Эндрю. Вряд ли хоть что-то сказанное способно сгладить градус накала, ожидающий впереди, но я всё равно пыталась подобрать речь.
Закончив утренние процедуры, я вышла в гостиную, но, к моему сожалению, Эндрю уже ушёл. На столе лежала записка и банковская карточка.
«Не стал тебя будить. Ольга приедет в двенадцать, проведите день продуктивно. Целую, Э.»
Испуганно взглянув на часы, я облегчённо выдохнула. До приезда матери Эндрю оставалось сорок минут. Встречаться с ней и, тем более, ездить за покупками я не собиралась.
Уверена, что компания Ольги сильно подпортит мои планы. Она потащит меня мерить свадебные платья, а это, в свою очередь, заставит чувство вины завыть внутри. Я собиралась разорвать помолвку без лишних свидетелей.
Начиркав с обратной стороны записки короткое послание о том, что нам с Эндрю нужно поговорить, я поспешила покинуть апартаменты. В шкафах осталось достаточно вещей, которые я успела привезти, но с этим разберусь позже.
Может, попрошу Эндрю упаковать всё в коробки и доставить в дом родителей. Надеюсь, моя семья не устроит скандал из-за принятого мной решения. В конце концов, папа всегда спрашивал, действительно ли я хочу замуж в таком раннем возрасте.
Я быстро собралась и вышла на шумную улицу города, попутно ловя такси. Карточку бывшего жениха брать я не стала. Доберусь до дома, а там у меня есть немного наличных в другой сумке.
Моя жизнь встала с ног на голову за считанные дни. Идеальная Адель Блоссом самолично уничтожает всё, к чему стремилась. Что делать дальше, я не имела понятия. Наверняка отец предложит работу. И после всех глупостей, которые я натворила, это будет правильное решение.
Попросив водителя подождать пару минут, я кинулась в дом, где совершенно не ожидала застать обоих родителей сразу. Мама сидела на диване, закрыв лицо ладонями, и… плакала. А папа расхаживал из стороны в сторону, держа в руках бокал.
– Что случилось? – замерев, спросила я, предчувствуя что-то недоброе.
– Адель! – отец поставил стакан, который чудом не соскользнул со столика. – Где ты, чёрт возьми, была?!
– У Эндрю… А что случилось вообще?
– Она ещё спрашивает, Мейсон! – мама театрально всплеснула руками и отвернулась, будто не желая смотреть на меня.
Я действительно не понимала, что происходит. Время замерло, и в комнате стало так тихо, что я слышала, как бешено стучит моё сердце. Всё внутри сжалось от тревожного предчувствия.
Отец, медленно выпрямившись, молча потянулся к газете, лежащей на спинке дивана. Его лицо оставалось бесстрастным, но этот холодный, напряжённый взгляд говорил громче любых слов.
Он протянул мне газету так спокойно, что у меня по спине пробежал ледяной холод. Я машинально взяла её, но взгляд тут же зацепился за кричащий заголовок, сверкающий жирными чёрными буквами на первой полосе.
«Невеста Эндрю Кристоффа нашла себе утешение на одну ночь…»
И прямо под заголовком фотография. Чёткая, яркая, в мельчайших деталях. Это был тот самый момент. Тот самый номер отеля. Тот самый демон. Я стояла в нижнем белье, прижатая к стене, а он нависал надо мной так близко, что казалось, будто мы вот-вот поцелуемся.
Фотограф поймал идеальный угол, создающий иллюзию, от которой невозможно было отвести взгляд. В этом кадре было всё: страсть, тайна и откровение. Снимавший, очевидно, умудрился сделать кадр сквозь окно. Мне казалось, что я задвинула занавески, но, смотря на фото, я уже не была в этом уверена.
Я резко подняла глаза на отца, но он молчал. Молчал так тяжело, что тишина давила на уши. Сжав губы в тонкую линию, он отвернулся, словно я была ему отвратительна.
Мама сидела рядом, бледная, как мел, с видом человека, готового упасть в обморок. Я почувствовала, как уходит последняя капля сил.
– Это… – преодолевая комок в горле, я попыталась найти слова оправдания.
– Это позор, Адель! Ты понимаешь, во что ты ввязалась?! – рявкнула мама.
Нет, я поняла, во что вляпалась, ещё в тот момент, когда назначила встречу шарлатану, надеясь откупиться. Вот только последствия оказались куда серьёзнее, чем я предполагала. Я собиралась решить всё сама, без помощи и свидетелей, а в итоге…
Родители смотрят на меня так, будто я позор семьи.
– Я попробую связаться с редактором, пригрожу судом, – надавив на переносицу, сообщил отец.
– Это ничего не изменит, Мейсон! Наша дочь опозорила всех нас! Как я буду смотреть в глаза коллегам? Что будут говорить твои клиенты за спиной?! Ты можешь запугать газетчиков, но история не останется незамеченной!
Мама была права. Интернет помнит всё, особенно промахи и неудачи других. Обречённо осев на диван, я заплакала. Впервые за всё время искренне.
Я собиралась сделать всё правильно: разорвать помолвку и попробовать жить иначе. Вот только теперь неважно, что я хотела сделать. Для общества я останусь грязной изменницей, предавшей жениха.
В дверь позвонили, и я вздрогнула. Ну вот, грязная сплетня просочилась в общество, и теперь у нашего дома будут толпиться голодные до информации журналисты.
Не будь я дочерью знаменитости, не собирайся сыграть свадьбу с сыном крупных бизнесменов, всем было бы наплевать.
– Прогони их, пригрози полицией!
Отец послушно пошёл к двери, но на пороге обнаружились не газетчики, а таксист, про которого я забыла.
– Мне нужно заплатить, – подскочив, объяснила я, но отец достал бумажник из внутреннего кармана пиджака и рассчитался без лишних слов.
Захлопнув входную дверь, Мейсон хмуро посмотрел на меня.
– Я разберусь с этим, попробую всё уладить. А ты, будь добра, не вляпайся в неприятности. Сиди дома и не высовывайся.
Будто у меня были другие мысли. Я и так достаточно натворила, чтобы возражать.
Даже смешно, что с таким количеством глупостей я собиралась выходить замуж.
– Пап… у меня телефон разбился…
– Воспользуйся старым! – недовольно возмутилась мама, поднимаясь с дивана и проходя в коридор вслед за отцом. – Ты так разочаровала нас, Адель, – с горечью добавила она и направилась в гараж.
