эти игры. Мне нечего ей предложить, кроме поездки по тарифу «Комфорт». А быть для неё просто «понимающим таксистом» я не хотел. Гордость не позволяла.
Я смахнул уведомление. Не сегодня.
Выбрался из машины, вдохнул морозный воздух.
В сто третьей меня ждал Барон — моя лохматая психотерапия. Прогулка с ним очистит голову от лишнего шума. Потом ужин — проклятая, но полезная каша. И сон. Завтра новый раунд.
Я зашагал к подъезду.
Глава 10
Утро началось с кофе и привычного уже комплекса упражнений, от которого тело ныло приятной, рабочей болью и продолжилось охотой.
Моим лесом был интернет, ружьем — старенький, но бодрый «ThinkPad», а дичью — объявления в разделе «Автозапчасти» на «Авито». Я сидел на кухне, подперев щеку кулаком, и скроллил ленту. На экране мелькали бамперы, фары, коробки передач и кузовщина после ДТП. Мусор. Девяносто процентов — откровенный хлам по цене золота или разборки, где знают реальную стоимость каждой гайки.
Мне нужна была ошибка. Человеческая ошибка в оценке, спешка или банальное незнание рынка.
Глаз зацепился за смазанное фото. «Стартер Тойота. Родной».
Я кликнул. Подольск. Описание скудное: «Лежит в гараже, машину продал, запчасти остались. Вроде рабочий, перебирал сам». Цена — восемь тысяч рублей.
В голове Макса Викторова мгновенно развернулась эксель-таблица. Оригинальный стартер на «Камри» 2.4 — штука востребованная. Китайский аналог стоит десятку и умирает через год. Восстановленный оригинал на профильных разборках уходит за четырнадцать, а если придать ему товарный вид и дать «гарантию на установку» — можно смело просить восемнадцать.
Разница в шесть-десять тысяч. Маржа больше ста процентов.
В животе возникло приятное щекочущее чувство. В прошлой жизни я получал его от закрытия сделок по слиянию холдингов. Сейчас триггером стал кусок железа в Подольске, но биохимия мозга плевать хотела на масштаб. Дофамин есть дофамин.
Внутренний скептик тут же подал голос: а если он мертвый? Если там сгорела обмотка или втягивающее реле приказало долго жить?
Я посмотрел на свои руки. Руки Гены знали правду. Им не нужен был диагностический стенд за полмиллиона.
Я знал, что нужно смотреть. Состояние коллектора — если ламели протерты или имеют цвета побежалости, значит, узел грелся. Щетки — сколько графита осталось. Свободный ход бендикса — должен вращаться в одну сторону и стопориться в другую, без хруста и заеданий. Гена помнил эти движения на уровне рефлексов.
Я набрал номер.
— Алло? — голос на том конце был хриплым, заспанным. Мужик явно не ждал звонков в девять утра субботы.
— Добрый день, — я понизил тембр, добавив в него деловой уверенности. — По стартеру на «Камри» звоню. Восемь тысяч стоит.
— Ну, стоит, — буркнул продавец. — И че?
— Снимали сами? — я перешел в наступление, не давая ему опомниться. — Какой пробег был на момент снятия? Втулки меняли или только щетки?
Вопросы подействовали. Мужик на том конце проснулся. Он привык к звонкам от перекупов, которые сразу начинают ныть «заберу за три», или от «чайников», спрашивающих «а он точно подойдет?». Профессиональный интерес вызвал уважение.
— Сам снимал, — голос продавца стал бодрее. — Пробег сто двадцать был. Там бендикс проскакивал иногда на морозе, я его поменял на новый, фирмы «Krauf», почистил все, смазал. Щетки еще живые были, не менял. А машину продал через месяц, новому владельцу не стал отдавать.
— Фото коллектора есть? Или хотя бы со стороны шестерни крупным планом?
— Сейчас скину в мессенджер.
Через минуту телефон пискнул. Фото были так себе, но главное я увидел. Ламели ровные, без выработки. Зубья на шестерне целые, не сбитые.
— Адрес диктуйте, — сказал я. — Через час выезжаю.
Я захлопнул крышку ноутбука. Охота началась.
Но ехать в Подольск порожняком — это преступление против таксовки. Пятьдесят километров в одну сторону. Бензин, амортизация. Макс Викторов не тратит деньги, если их можно не тратить.
Я подъехал к вокзалу. Встал в ряд с местными бомбилами, но чуть поодаль, чтобы не провоцировать конфликт за «рыбное место». Вышел из машины и негромко, но четко произнес в сторону стайки людей, ожидающих междугородний автобус:
— Подольск. По цене автобуса. Выезжаю сейчас.
Эффект был мгновенным. Люди не любят ждать, мерзнуть и толкаться в душном салоне «ПАЗа». Через пару минут у меня в салоне сидели трое: двое студентов и женщина с сумками. По триста рублей с носа. Девятьсот рублей.
Бензин отбит с запасом. Я даже заработал на кофе и шаурму.
Подольск встретил нас серым небом и традиционной пробкой на въезде. Я высадил пассажиров у станции, пожелав им удачи (женщина даже попыталась сунуть лишнюю сотню за комфорт, но я жестом остановил ее — договор есть договор), и рванул в гаражный кооператив на окраине.
Продавец, мужик лет пятидесяти в растянутых трениках, курил у открытых ворот кирпичного гаража. Гараж был забит хламом под завязку: старые лыжи, банки с краской, какие-то доски.
— Ну показывай, — я вышел из машины, заглушив мотор.
Он вынес стартер, завернутый в промасленную тряпку.
Я взял деталь в руки. Увесистая. «Denso», Япония. Корпус целый, без трещин. Покрутил шестерню пальцем. Упругое сопротивление, четкий стопор. Никакого люфта на валу.
Гена внутри меня довольно хрюкнул. Живой. Этот стартер еще сто тысяч проходит легко.
— И вот еще, глянь, — мужик вдруг нырнул вглубь гаража и вытащил коробку. — Генератор. Тоже с нее. Подшипники шумели, я поменял. Хотел себе оставить, да гараж продаю, девать некуда.
Я осмотрел генератор. Оригинал. Обмотка на вид целая, диодный мост не паяный. Прокрутил шкив — тишина, вращается мягко, как по маслу.
— И почем? — спросил я, стараясь не выдать блеска в глазах.
— Ну… тоже восемь.
— Семь за стартер, — отрезал я, доставая наличные. — И семь за генератор. Итого четырнадцать за опт. Забираю оба прямо сейчас.
Вид наличных денег действует на людей гипнотически. Никаких переводов, никаких «потом занесу». Вот они, бумажки, здесь и сейчас.
Мужик почесал затылок, посмотрел на свой заваленный хламом гараж, который ему нужно освободить в связи с продажей.
— Ладно, — махнул он рукой. — Забирай. Хоть место освободится.
Я отсчитал деньги. Закинул оба агрегата в багажник. Сделка века состоялась за три минуты.
На обратном пути я не поехал домой. В моих планах была еще одна точка. Город Чехов.
Вчера вечером я наткнулся на странное объявление. «Ликвидация гаража. Запчасти. Много». Без списка, без фото, просто крик души.
Гараж находился в старом кооперативе «Жигули». Хозяин, молодой парень, явно получивший это добро в наследство или купивший гараж вместе с содержимым, выглядел растерянным.
— Вот, — он обвел рукой горы коробок вдоль стен. — Отец занимался ремонтом. Тут всего
