время. Если враги не доберутся до подстреленного, не утащат, то он очнется, как ни в чем не бывало.
Однако затяжной войны не получилось. Когда к двери подтянулись основные силы стражи, люди решили контратаковать. Девять сотен вошло в Задверь, и… бесследно там сгинуло. Уже три дня никто не возвращался. Чем закончилось контрнаступление, что творилось по ту сторону спирали, не знал никто. С каждым днем в Добрии становилось все тревожней.
Если Главец напомнил Максиму растревоженный улей, то военный лагерь, расположившийся в пяти километрах от города, походил на муравейник. Шатры, шатры, шатры – в глазах рябило от всевозможных княжеских гербов и штандартов. Самые большие и богато разукрашенные – для князей, поменьше и скромнее – для советников, обычные – для дружины. Большой Совет Добрии собрался в полном составе. И день за днем, почти непрерывно князья обсуждали: как быть? Вести войско в Задверь или строить оборонительные сооружения? Или ждать вестей от хранителей? Прежде всего, от Главного Хранителя За-двери, от Инженера. Большинство склонялось к третьему варианту. Потому войско томилось в ожидании и бездействии, проедало исправно подвозимый провиант. И с каждым днем все сильнее страшилось неизвестной опасности.
Отряд Огницы прибыл в лагерь последним, все остальные стражники, призванные в Главец, ушли в Задверь. И получилось, что Огница владела единственным в лагере глушил ом, а Максим был единственным толмачом. Совету доложили об этом раньше, чем они высадились из причалившей к пристани ладьи. И Совет немедленно затребовал их пред свои очи, так что ни умыться, ни потрапезничать они не успели. Чуть ли не бегом бежали от города до лагеря.
Совет заседал в просторном, кумачово-красном с черными разводами шатре. Снаружи тройным плотным кольцом стояли охранники, внутри дозволено было присутствовать только князьям. Огницу и Максима обыскали на входе, втолкнули в шатер.
После яркого изумрудного полдня багряный сумрак показался темнотой, ни многочисленные прорези-окна, ни светильники не помогали. Максиму пришлось щуриться, чтобы сообразить, кто именно из сидящих вокруг него людей говорит. А Огница так и вовсе стушевалась, оказавшись посреди такого знатного собрания. Сжалась, голову в плечи втянула, точно и ростом меньше сделалась. И вперед не лезла, против обыкновения. Оно и понятно, перед всем Советом ответ держать не то, что с отцом спорить.
– Юноша и девица? – с сомнением произнес сидящий напротив Максима бородатый мужчина в темном атласном камзоле с пухлыми, будто надутыми рукавами. – Как им доверить такое важное дело?
– Если у мальчика мозгач, то выбора у нас нет, – возразил ему человек с длинными, лежащими на плечах светлыми – или седыми? – волосами. – А вот девушку заменить мы можем.
Глаза начали привыкать к полутьме, теперь Максим различал лица и одежды людей. Меньше всего это собрание походило на княжеский совет, как он себе его представлял по картинкам в учебнике истории. Одежда собравшихся в шатре людей была самая разнообразная: жакеты и френчи, джемперы и безрукавки, рубахи и туники. Пожалуй, такое скорее ожидаешь увидеть на трибунах стадиона во время футбольного матча, но никак не на княжеском совете. Максиму стало смешно, и страх перед людьми, решающими его судьбу, улетучился.
– Да, я думаю, в лагере можно найти человека, обученного пользоваться оружием зеленых, – поддержал длинноволосого еще один князь, во френче, с вытянутым, похожим на лошадиную морду лицом.
– Зачем кого-то искать? – поторопился предложить свой вариант Максим. – Я умею пользоваться глушилом. Давайте я схожу в Задверь и все разведаю. – «А заодно расспрошу Инженера», – добавил себе мысленно.
По шатру пронесся легкий шум. Длинноволосый снисходительно ответил:
– Мальчик, это задание слишком ответственное, чтобы мы пустили тебя одного. Разумеется, тебя будут сопровождать прибывшие с тобой стражи, – мы надеемся, что хотя бы один из них сумеет вернуться. Вопрос в том, кому из них доверить оружие. Луки и арбалеты, к сожалению, не действенны против доспехов наших противников.
Спорить было глупо и бессмысленно, Максиму осталось лишь кивнуть, соглашаясь с такими доводами. Сопровождающие делали его задачу труднее. Но главное – попасть в Задверь. А там он от охранников сбежит! Он пропустил мимо ушей несколько фраз, которыми обменялись князья. Но тут вдруг заговорила Огница:
– Почему вы не доверяете мне? Я сумею защитить этого мальчика от зеленых.
Максим фыркнул: тоже мне защитница выискалась! Презрительно выпятил губу, обернулся к девушке. Но на его красноречивую гримасу внимания не обратили. Вновь заговорил князь с «надутыми» рукавами:
– Твоя самоотверженность похвальна, страж. Думаю, высокородный Совет не станет возражать, если я выскажусь откровенно? – Он обвел взглядом присутствующих. Не возразил никто. – Судя по всему, в Задвери сейчас очень опасно. Надежда, что ты вернешься оттуда, невелика. Нам не хотелось бы, чтобы князь Лестовиц потерял дочь, такую юную и красивую.
– Я офицер стражи! – Щеки Огницы зарделись. – И я поклялась, что ни один волос не упадет с головы этого мальчика.
Снова по шатру пронесся тихий гул. Князь кивнул:
– Хорошо, девица, мы слышали твое пожелание. Ждите наше решение снаружи.
Едва они вышли из шатра, Максим не удержался, схватил спутницу за локоть.
– Слушай, чего ты меня мальчиком обзывала? Сама говорила, что мы ровесники.
Девушка хмыкнула, высвободила локоть, смерила его взглядом:
– Я офицер стражи, а ты кто? Что ты умеешь?
Максиму захотелось напомнить, как он этого офицера стражи валял по земле. Не напомнил. Только пообещал:
– Скоро увидишь, что я умею.
Ждать решения Совета долго не пришлось – князья доверили им разведку в Задвери.
В третий раз Максим видел двери между мирами. Теперь это был не сумрачный подземный коридор, не огромный вибрирующий шар. Этот вход выглядел вполне благопристойно: небольшая выемка на склоне оврага, тянущегося по краю поля. За годы использования подходы к двери обустроили навесами для товаров, сторожками для караульных, выложили диким камнем дорогу до самого Главца. Но сама дверь была точно такой же – медленно вращающаяся прямо в воздухе спираль.
Нет, это сначала Максиму показалось, что дверь такая же, как в Вирии и в Отстойнике. Здесь было две спирали! Ближняя, лазоревая, вращалась по часовой стрелке, дальняя, пурпурная – против. Голубые и сиреневые рукава переплетались, складывались в узор. Да, именно узор! Спирали вращались, но искорки на пересечениях их рукавов оставались неподвижными. Они напоминали…
Максим так увлекся, рассматривая спирали, что даже вздрогнул, когда Огница подтолкнула его:
– Ты чего застрял? Идем!
Оказывается, ее подручные успели пройти в дверь, а Максим и не
