и делал, что отсыпался и отъедался, немного подрос и заметно окреп. Теперь в холке он достигал размеров крупной лошади, а его черно-алая чешуя отливала твердостью кованой бронзы. Еще чуть-чуть и у него окончательно сформируются крылья, и он из ползуче-сухопутной боевой единицы превратится в аналог местного средневекового бомбардировщика. Последнее далеко не преувеличение, если учитывать его явно возросшие природные способности в магии огня. Тем не менее я планировал его использовать в крайнем случае и держать в рукаве до последнего. Дракончик — мой главный козырь, способный перевернуть исход всего сражения. Я это чувствовал.
Следующим немаловажным пунктом стала дипломатия. Я решил проверить мотивы «моего» троюродного брата, барона Товрина, и послать к нему человека с экстренным посланием. Не за военной помощью — вряд ли бы он согласился. Его владения тоже находились неподалеку от побережья, хоть и дальше моих, если смотреть по карте. Просто предупредить. Подробно, со всеми деталями.
Если вкратце, мои слова можно свести к тому, что если хорошо вооруженная банда морских головорезов безнаказанно разорит мои земли, их следующей логичной целью станут земли окружающих баронов, в том числе самого Товрина — ведь его земли богаче моих, а значит, для пиратов они еще лакомее. Я просил его усилить патрули на своих границах и, если возможно, оказать хоть какое-то дипломатическое давление на своего графа, ибо мой, судя по двум разграбленным баронствам, клал с высокой колокольни на то, что творится в де-юре принадлежащих ему землях.
Отправил гонца к Товрину и стал ждать. А заодно в очередной раз прокручивал в голове расклад сил в округе.
Граф, как и остальные влиятельные бароны, предпочитал отсиживаться за высокими стенами, выжидая и стремясь не терять подготовленных людей в низкородных стычках. Оно и понятно почему: после ослабления связей в агонизирующей империи, чем дальше от центра, тем большая вольница. Вольные города, когда-то бывшие столицами графств, о многом говорят. Отец Даллена, как и ближайшие бароны, лишь номинально подчинялся графу Бордияру, и уже как несколько лет не отчислял налоги в его казну, ибо нечем. Самим бы выжить. В то же время у самого графа силенок вернуть статус-кво, видимо, тоже нет. Сохранить бы что есть, не попасть под горячую руку равных себе, а что там происходит в сотне километров от столицы… Его мало интересовало. Надолго — не знаю, но сам привлекать его внимание я не собирался и уж тем более просить помощи, ибо, как известно, бесплатная помощь бывает только в сказках.
Дни летели в лихорадочной, но организованной работе. Орлейн превращался не столько в военный лагерь, а в единый оборонительный механизм. Но в глазах людей — крестьян, ремесленников, женщин, стариков и даже детей — я видел не панику, а сфокусированную решимость защитить свой возрожденный дом. Как они это уже сделали однажды. Они видели, как я, как эльфы, как дружинники работают не покладая рук, готовясь к битве плечом к плечу.
Новости о налетчиках пришли на шестнадцатый день нашей подготовки, ближе к вечеру. Вернулись разведчицы-эльфийки и доложили Асалии — и та немедленно заявилась ко мне. Ее лицо выглядело хмурым и сосредоточенным. Я в этот момент стоял на частоколе у новеньких ворот, глядя на заснеженные поля и стену темного леса на востоке.
— Даллен, они здесь. Отряды противника вышли к границам владений, остановились всего в каких-то десяти лигах. Врагов чуть больше сотни. Хорошо вооружены, в смешанных доспехах. Как ты и думал, пришли по старой тропе. Тащат за собой несколько телег. Разведчица не разглядела, но похоже, с таранами или частями для осадных лестниц. Если будут двигаться тем же темпом — к деревне подойдут на исходе следующего дня.
— Неужели они до сих пор думают, что идут грабить беззащитную спящую деревню… — тихо сказал я и прищурился. — Тогда наши старания по маскировке не прошли даром. Их будет ждать большой сюрприз.
В эти дни приходило несколько торговцев, но их разворачивали на подходе, ссылаясь на эпидемию в деревне, едва они пересекали границы владений. А парочку людей, захотевших вынюхать лесными тропами, остановили еще проще: недвусмысленно воткнувшимися стрелами в стволы деревьев прямо перед любопытным носом. Даже если кто и смог проникнуть на расстояние взгляда от деревни — он увидел лишь активное строительство и обеспокоенные лица жителей, не более. А пройти сначала эльфийские заслоны, а затем дежуривших тут и там группы мальчишек, знающих окружающую местность, как свои пять пальцев, и коим обещали солидную награду за каждого сообщенного незнакомца… Это я не знаю, кем надо быть. Особенно учитывая, что чутких эльфиек придется пройти аж два раза — туда и обратно. Как у Толкина: пролететь обратно на орлах не получится. Не слышал тут о таких летунах.
Подготовка растянулась еще на полтора суток. Чувство надвигающейся угрозы сжимало сердце легким мандражем и предвкушением, но работа кипела с утроенной силой. Под руководством Марко мы доделывали последние завалы, проверяли ловушки, стрелы в бочках и устанавливали котлы со смолой на стенах.
Вид завершенных массивных укреплений, а также невозмутимость на лицах руководителей деревни вселяли уверенность в сердца взволнованных жителей. Пожалуй, вид дружинников, спокойно и деловито выполняющих свою работу, действовал на остальных домочадцев лучше любых речей. Женщины, глядя на своих мужей и сыновей в доспехах, становились спокойнее. Старики, сидевшие на завалинках, одобрительно кивали, глядя, как ладно и слаженно движутся отряды. Даже самые трусливые дети перестали бояться и с интересом наблюдали за вечерними тренировками, играя в «войнушку» с палками вместо мечей.
Я сам несколько раз прошелся по деревне, перекинулся парой слов с рыбаками, похвалил плотников за новые калитки, заглянул в кузницу, где ковали без остановки. Люди видели, что лорд живет с ними одной жизнью, и это вселяло в них веру в завтрашний день. Страх перед пиратским нашествием постепенно сменялся уверенностью в своих силах и готовностью дать отпор любому врагу.
Ближе к ночи провел последний инструктаж лучников и копейщиков. Их тренировки не прошли даром, и теперь они в самом деле стали напоминать полноценные воинские формирования. Я обошел строй, вглядываясь в лица бойцов «Щита Дракона». Это уже были далеко не те напуганные мужики, которые когда-то дрожащими руками сжимали копья при нашествии гноллов. Они стояли ровно, плечом к плечу, держа оружие с уверенностью, приходящей только после нескольких смертельных сражений. Взгляды сосредоточены, в глазах горела решимость. Я проверил, как закреплены щиты, как наточены клинки, подергал ремни на доспехах — все было в порядке. Марко, стоявший чуть поодаль, отдавал последние распоряжения десятникам, рассказывая
