хотела ругаться из-за девиц или из-за того, что он задержался внутри. А потому что под всем этим стояло главное. Дахор и рядом с Дашей. И Сеичи не удивился достаточно сильно. Вика снова посмотрела на него, уже без театральной злости.
— Ты знал, что он может появиться?
Сеичи молчал, её сердце неприятно стукнуло.
— Не знал, — сказал он наконец. — Но допускал.
— Почему?
Он провёл рукой по волосам, и впервые за весь вечер его спокойствие дало трещину. Небольшую.
— Не молчи загадками. Я беременная, злая и плохо переношу поэтическую хрень.
Сеичи посмотрел на неё.
— После Лондона, после того, что было с Итоем… я не верил, что связь закрылась окончательно.
Вика сглотнула.
— Ты мне этого не говорил.
— Потому что доказательств не было.
— А теперь?
— Теперь Дахор здесь.
Тишина стала плотной. Вика вдруг очень ясно услышала шум воды из крана. Слишком долго включённого. Бессмысленного. Она повернулась, закрыла воду и снова посмотрела на их отражение. Теперь они выглядели уже не как пара в красивой ванной.
А как люди, которых прошлое снова нашло по неправильному адресу.
— Он пришёл за ней? — спросила она.
Сеичи не ответил сразу и ей это не понравится.
— Возможно.
Внутри всё оборвалось холодным, злым комком.
— Даша даже не знает, кто он.
— Я знаю.
— Она думает, что он айдол.
— Я заметил. — увидев ее говорящее лицо, добавил — Я не позволю ему забрать её.
Фраза прозвучала спокойно, без пафоса. Но именно от этого у Вики по коже прошёл холодок. Она слишком хорошо знала этот тон. Так Сеичи говорил, когда решение уже было принято, а обсуждению подлежали только детали.
— А если он не спрашивать пришёл? — тихо сказала она.
Сеичи посмотрел на неё через зеркало.
— Тогда ему придётся вспомнить, что этот мир не Элтаэ.
— Думаешь, его это остановит?
— Нет.
— Отлично. Прекрасно. Очень успокаивает.
— Но это усложнит ему задачу.
Вика нервно усмехнулась.
— Ты говоришь так, будто мы обсуждаем плохую доставку еды, а не императора, который однажды может решить, что законы физики — это рекомендация.
— Я не недооцениваю его.
— А он тебя?
Сеичи чуть задержал взгляд.
— Возможно.
Вика тихо выругалась. Потом сделала шаг ближе и снова ткнула его пальцем в грудь.
— Слушай меня внимательно, дорамный мужик.
— Слушаю.
— Если ты ещё раз решишь, что можешь защищать меня от правды, я тебя сама сдам Дахору. Пусть он с тобой поговорит о доверии, хвостах, судьбе и прочей вашей мужской катастрофе.
— У меня сейчас нет хвоста.
— Не придирайся к деталям.
— Хорошо.
— И не смей вот так стоять и делать вид, что ты железобетонный. Я знаю, когда ты врёшь спокойствием.
Сеичи чуть мягче посмотрел на неё.
— Я не железобетонный.
— Правда? А то я уже начала переживать, что родила ребёнка от архитектурного объекта.
На этот раз он действительно улыбнулся. Вика хотела разозлиться ещё сильнее, но не получилось.
Потому что в его взгляде было всё то, от чего она каждый раз сбивалась: нежность, усталость, вина и такая упрямая готовность стоять между ней и любой бедой, что хотелось одновременно ударить его и уткнуться лбом в грудь.
Она выбрала первое. Слегка стукнула кулаком.
— Ненавижу, когда ты так смотришь.
— Как?
— Как будто уже решил умереть красиво, но сначала уточнишь, удобно ли мне.
Он поймал её руку.
— Я не собираюсь умирать.
Он притянул её ближе. Вика успела только возмущённо вдохнуть:
— Сеичи, не смей уходить от разгово—
Он закрыл ей рот поцелуем. Таким точным, что все слова у неё действительно рассыпались. Вика упёрлась ладонью ему в грудь — скорее по инерции, чем всерьёз. Секунду сопротивлялась. Вторую. На третьей пальцы сами сжались на ткани его футболки.
Предательские пальцы. Сеичи обнял её осторожно, без давления, помня о животе, но достаточно крепко, чтобы Вика почувствовала: он здесь. Не где-то в своих тайнах, не в будущей драке, не в тревоге, не в просчётах.
Здесь. С ней. Она ненавидела, как хорошо он это умел. Когда он отстранился, она ещё пару секунд молчала.
Потом сузила глаза.
— Это не считается ответом. И разговор не закончен. И нагоняй за Уфу тоже.
— Знаю. — покивал он головой.
— И за кореянок с телефонами.
— Они были безобидные.
— Сеичи.
— Понял.
Она фыркнула и всё-таки позволила ему снова обнять себя. На этот раз сама. Ненадолго. Просто на пару секунд. Потому что за стеной спала Даша, в городе появился Дахор, а прошлое, судя по всему, снова решило, что у него есть право входить без стука.
Вика закрыла глаза, прислушиваясь к ровному дыханию Сеичи рядом с ухом.
— Он не должен к ней подойти, — сказала она тихо.
— Не должен.
— И ты мне всё расскажешь.
— Да.
Она открыла глаза и встретилась с ним взглядом в зеркале.
— Всё, Сеичи.
Он выдержал этот взгляд.
— Всё.
Вика очень хотела поверить. Очень. Но где-то глубоко внутри уже знала: если Дахор действительно пришёл за Дашей, одним разговором это не закончится.
ГЛАВА 5. КОШМАР И ЗМЕИ
Я опять была не собой. Это стало понятно не сразу. Сначала была темнота. Плотная, вязкая, такая, что её хотелось отодрать от лица руками. Потом — запах сырого камня, пыли и чего-то горячего, металлического. Крови.
Я стояла в подземелье. Меня шатало на чужих ногах. Тело слушалось не так, будто кто-то снял с меня мою кожу и натянул другую — тонкую, бледную, неправильную. Я подняла руку к лицу и увидела длинные пальцы. Не мои. Красивые. Чужие. Мужские.
Господи.
Я снова была в нём. В каком-то эльфе. Это осозание всплыло само как заноза под ногтем. И сразу же за ним пришёл страх — такой старый и липкий, будто всё это уже происходило, будто я уже однажды пыталась выбраться из этой темноты и не смогла.
Где-то впереди шевельнулась тень. Сначала я решила, что это просто обвалившийся камень сдвинулся в неверном свете. Потом тень поднялась выше. Медленно. Гладко. Огромная.
И я увидела хвост. Чешуя кровавого цвета скользнула по полу с сухим, мерзким шорохом. Камень под ней будто сам уступал дорогу. Хвост был слишком большим и слишком близко. Я попыталась отступить. Чужие ноги
