факт, не больше. Ни намёка на сочувствие, ни намёка на тревогу. Только безупречная выдержка и ледяной тон. Но стоило его глазам задержаться на Лидии, как маска начинала трескаться…
Из всех собравшихся он смотрел только на неё. В этом взгляде не было жалости, зато было что-то более глубокое… необъяснимое.
Верховный сам открыл дверь машины, запуская первокровную в салон.
– Вам интересно, какие отношения их связывают? – Юрий подкрался сзади и уставился в сторону отъезжающего автомобиля.
– Не настолько, чтобы выслушивать вашу версию.
В ответ на мою резкость Берроуз улыбнулся, что в текущих условиях выглядело до омерзения нелепо. Калеб как раз закончил говорить с матерью и подошёл ко мне, обвивая за талию и притягивая к себе, показывая этим жестом, что он рядом.
– Где Лидия?
– Уехала с Риэлем, сказала отвезти Венеру к ней.
В ответ на услышанное, Калеб нахмурился, но быстро взял себя в руки и кивнул. Нужно будет узнать у него про отношения этих двоих.
– Поехали…
– Наши люди займутся поиском Зои. От вас жду данные с камер видеонаблюдения, – отозвался Юрий, а я замерла.
– Зои?!
– Это не её труп. Зои не погибла, – только и сказал Калеб, подталкивая меня к машине. – Записи будут сразу, как только мы убедимся в нашей теории…
– Какой теории?!
Голова шла кругом. Одни события перекрывали другие, но накал эмоции не снижался. Происходящее совершенно мне не нравилось, вызывая липкую тревогу где-то в желудке.
– Я расскажу тебе всё по дороге, Каяна. Поехали.
Машину Демиана пришлось оставить и отправиться в квартиру Лидии на её синем джипе. Я села спереди, Калеб за руль, а Венера сзади. Я не обмолвилась с матерью семейства ни словом, но вряд ли мои слова сожаления помогут ей. Уже в салоне, я мельком взглянула на неё, опёршуюся о боковое стекло.
– На трупах нет запаха Зои. Она не погибла, – наконец сказал зеленоглазый, крепче сжав руль.
Сообразить, что это значит, всё равно не получилось, поэтому я продолжила глазеть на Калеба, ожидая.
– Венера подумала, что она сгорела, потому что видела, как та убегает вглубь дома и не возвращается. Весь персонал собрался отдельно, кроме трёх погибших, которых сразу опознали.
– Кому тогда принадлежит третье тело?
– Новой сотруднице… она недавно пришла к нам по рекомендации Зои, буквально неделю назад, и только проходила стажировку, – сдавленным голосом ответила Венера.
Мы с Калебом переглянулись. Мысль о том, что всё это не простое совпадение, полоснула сознание.
– Мы думаем, она заранее наняла девушку на стажировку. Та появилась с её подачи, без особых проверок. Зои работала у нас довольно долго, поэтому ей все доверяли… – Калеб говорил спокойно, но в голосе проскальзывало раздражение. – Похоже, она использовала её как жертву, чтобы создать иллюзию собственной гибели.
– И что, просто сожгла её как ненужный предмет? – мой голос сорвался, потому что даже мысль об этом казалась чудовищной.
– Если это правда, – ответила Венера, тихо, почти безжизненно, – она предала всех нас. Семью, работу, Дом.
Я обернулась. Глаза женщины оставались закрытыми, но по щеке скользнула одинокая слеза. Мне показалось – нет, я была уверена, – что ей больно не только от разрушенного дома. Больнее всего было признание, что тот, кому доверяли, мог сделать подобное.
– Сейчас это лишь теория, – напомнил Калеб. – Но слишком много совпадений. Мы запросили доступ к камерам с серверов. Если Зои действительно причастна, мы найдём её.
– А Орин? – спросила я, вспоминая ещё одну фигуру в этом клубке.
– Остаётся надеяться, что Дем сможет отыскать его.
– Ты думаешь… это Сиам и Седрик? – скривившись, спросила я, опасаясь, что они могли так далеко зайти. – Они могли быть заодно с Зои или, может, они как-то шантажировали её, чтобы она сделала это?
– Я не думаю, что они причастны к поджогу и убийству Астории. Они всего лишь чьи-то пешки. Но точно могу сказать, что есть те, кто остро нуждается в препарате…
– Берроуз?
– Юрий никогда не скрывал своего интереса, но вряд ли бы он пошёл на такое.
– Я ему не доверяю, – сложив руки на груди, заявила я.
Руководитель ИКВИ врал мне всё это время ради препарата. Кто знает, на что он способен ради своих целей.
– Понимаю, я тоже. Но Берроуз мечтает очистить улицы от актиров. Какими бы он методами ни руководствовался, он делает это открыто. Во всяком случае, мы всегда знали, что им движет. В отличие от Верховных, которые сами себе на уме. Мы не зря так долго не можем поймать тех, кто продаёт людей на чёрном рынке. Их покрывает кто-то весьма могущественный.
Как нельзя кстати на ум пришёл Доминик… Он единственный из всех служителей казался мне самым мерзким. Но реально ли он замешан во всём происходящем или это просто догадки воспалённого разума?
31
Венера вела себя очень тихо и отстранённо. Когда мы приехали в квартиру Лидии, она села на диван, попросила налить ей вина и уставилась в стену.
– Нужно дать ей немного времени прийти в себя, – отведя меня в сторону, сказал Калеб.
– Она останется здесь? – Я спросила только потому, что понимала, что сейчас матери семейства нельзя оставаться в одиночестве.
– Думаю, да. Пока мы не разберёмся, что делать дальше. На разбор завалов уйдёт какое-то время, плюс строительство нового дома.
– Ты думаешь, хорошая идея строить новый дом на месте старого?
– Это наша резиденция, которой уже много лет. Уверен, Венера даже не рассмотрит другой вариант.
Я ещё раз взглянула на женщину, которая, казалось, держала в руке бокал, чтобы не развалиться. Пальцы обхватывали ножку, словно это был не хрупкий предмет, а единственное, за что можно держаться.
Что делать дальше, я не понимала. Не потому, что не было плана… его не было с самого начала, а потому что реальность перестала подчиняться логике.
Калеб подошёл ближе. Его пальцы осторожно коснулись моего подбородка, заставляя поднять голову. Я встретилась с зелёными глазами и поняла, что он собирается что-то сказать. Но, прежде чем он начал, в кармане его пиджака завибрировал телефон. Не отрываясь от меня, он медленно потянулся и достал мобильник.
– Это Дем, – оповестил Калеб, и я кивнула, чтобы
