ортодокс, как Молотов, уж точно будет клеймить Хрущева за «ересь». Серов, недолго думая, вымарал из числа адресатов письма имена Булганина и Молотова, чем, надо полагать, и обеспечил некоторый период спокойной жизни Хрущеву. Понятно, что он давно сделал выбор, кого поддерживать.
Выступившие в июне 1957 года против Хрущева члены Президиума ЦК КПСС, кроме прочего, требовали замены Серова на посту председателя КГБ Н.А. Булганиным. Они обвинили Хрущева в том, что он подчинил КГБ только себе, тогда как КГБ должен подчиняться Президиуму ЦК КПСС[1110]. На июньском (1957 года) пленуме ЦК КПСС Серов яростно защищал первого секретаря. Одно только могло смущать Хрущева — дружба Серова с Жуковым. Хотя благодаря Хрущеву в их отношениях появились недоверие и соперничество, Серов и Жуков продолжали держаться вместе. Незадолго до этого пленума Хрущев устроил прием по случаю свадьбы сына. Обстановка в Президиуме ЦК уже тогда накалилась, все предчувствовали близкую развязку. В гостях у Хрущева «Жуков все время о чем-то шептался с Серовым»[1111]. После того как Жукова в октябре 1957 года отправили в отставку со всех постов, тень подозрения, конечно, могла пасть и на Серова.
В то же время Серов, окрыленный поддержкой и вниманием Хрущева, особенно после поражения Молотова, Маленкова и Кагановича, очень напористо, хотя при этом и весьма неосторожно, пытался подчинить своим интересам некоторых новых выдвиженцев — секретарей ЦК КПСС. Эти шаги не остались без внимания Хрущева и вызвали его недовольство. Тем более что в самом Секретариате ЦК КПСС обстановка была сложной и наблюдались острое соперничество и борьба за лидерство.
Е.А. Фурцева. Фотограф Г. Вайль.
[Огонек. 1960]
Н.Г. Игнатов. Фотограф Г. Вайль.
[Огонек. 1961]
Ф.Р. Козлов. Фотограф Г. Вайль.
[Огонек. 1958]
А.И. Кириченко. Фотограф Г. Вайль.
[Огонек. 1958]
М.А. Суслов.
[Из открытых источников]
М.А. Суслов.
[Фотохроника ТАСС]
На декабрьском (1957 года) пленуме ЦК КПСС в состав Секретариата ЦК КПСС ввели новых людей: Н.Г. Игнатова и А.И. Кириченко. Хрущев объяснял это необходимостью «усиления работы Секретариата» и привлечения к работе «более молодых кадров, чтобы создать необходимую преемственность»[1112]. Соперничающие Кириченко и Игнатов сразу же стали враждовать друг с другом. Основную ставку Хрущев сделал на своего выдвиженца с Украины Кириченко[1113], поручив ему председательствовать на заседаниях Секретариата ЦК КПСС[1114]. Подчинив себе работу Секретариата, Кириченко, по сути, обрел статус «второго секретаря ЦК». Тогда же было решено перераспределить обязанности секретарей ЦК КПСС[1115]:
«Кириченко А.И. — вопросы руководства работой промышленности и наблюдения за работой отделов парторганов.
Игнатов Н.Г. — вопросы сельского хозяйства и руководство работой промышленности, перерабатывающей продукты сельскохозяйственного производства.
Мухитдинов Н.А. — кроме участия в Комиссии ЦК КПСС по вопросам идеологии, культуры и международных партийных связей[1116], преимущественно по странам Азии и Африки, возложить наблюдение за работой хлопководческой отрасли сельского хозяйства.
Фурцева Е.А. — наблюдение по вопросам науки, культуры и идеологической работы по союзным республикам.
Куусинен О.В. — вопросы международных партийных связей преимущественно по капиталистическим странам.
Поспелов П.Н. — наблюдение по вопросам науки, культуры и идеологической работы по РСФСР.
Суслов М.А. — кроме председательствования в Комиссии ЦК по вопросам идеологии, культуры и международных связей, наблюдение по вопросам международных партийных связей в целом.
Брежнев Л.И. — кроме выполнения работы в Бюро ЦК КПСС по РСФСР, наблюдение за работой административных отделов и отделов торгово-финансовых и плановых органов».
Получалось, что вопросами административных органов, к которым, конечно же, относился и КГБ, ведал Брежнев. Однако вскоре обязанности Брежнева изменились. В решении Президиума ЦК КПСС № П146/У1 от 29 марта 1958 года говорилось:
«В связи с необходимостью усиления контроля и дальнейшего улучшения работы оборонной промышленности поручить т. Брежневу Л.И. сосредоточить главное внимание на этой отрасли промышленности, а также на тяжелой промышленности и строительстве»[1117].
С этого момента за курирование КГБ взялся секретарь ЦК Кириченко, причем формального решения на этот счет не было.
По воспоминаниям А.И. Микояна, Серов почему-то сделал ставку на секретаря ЦК Игнатова: «Он искал опоры у Игнатова, секретаря ЦК, имевшего тогда влияние на Хрущева, да и Игнатов искал сближения с Серовым. Игнатов сам рвался к реальной власти, хотел Хрущева свести к положению английской королевы»[1118].
Но на пути у Игнатова стоял Кириченко. Причем Кириченко и его кураторство и опека органов КГБ вызвали явное неудовольствие Серова. Кириченко, по отзыву Серова, «производил впечатление безалаберного человека, болтающего языком, не отдавая отчета в своих словах»[1119]. Вдобавок стиль и методы секретаря ЦК не отличались тактичностью. Как вспоминал В.Е. Семичастный: «А.И. Кириченко — довольно энергичный, несколько экспансивный человек, бывший на Украине безраздельным хозяином, еще там усвоил этакий диктаторский тон, который порой переходил в грубовато-хамский, и с этими замашками приехал в Москву»[1120].
Столь же нелестно характеризовал Кириченко и маршал Жуков, который считал его «одесситом» в «худшем смысле этого слова» и заключал: «С точки зрения общей культуры Кириченко был примитивным»[1121].
Серов же признавал над собой только власть Хрущева и только от него был готов сносить грубости и терпеть диктат. Кириченко, по отзыву Серова, «лгун и провокатор, готовый на любую гадость», и притом «по-хохляцки глупо брешет и все тупит», а на любое возражение «он горлом берет, кричит, забивает и только»[1122]. Серов с изумлением о нем пишет: «Таких дураков на роли секретаря ЦК я еще ни разу не видел»[1123]. Так что нетрудно понять, почему именно Игнатову Серов отдал свое предпочтение. Однако он ввязался в борьбу на слишком высоком для него уровне, где ставки были чересчур высоки. Политическое чутье, безотказно срабатывавшее ранее, его явно подвело.
Серов доверительно делился своими мыслями с Н.Г. Игнатовым и Ф.Р. Козловым, но чаще слышал в ответ: «Иван, ты сам скажи Никите». Не жаловал Серов «хитрого» Брежнева, называя его «хамелеоном» и «стервецом». Брежнев наговаривал Серову «всякие гадости» на Аристова в расчете, что Серов донесет это до ушей Хрущева[1124]. Серов все глубже погружался в интриги секретарей ЦК друг против друга.
Хотя остальные секретари ЦК, объединившись, действовали «единым фронтом» и прилагали все усилия, чтобы лишить Кириченко лидерства в Секретариате ЦК, он оставался достаточно силен и до осени 1959 года пользовался расположением Хрущева. Таким образом, судьба Серова была решена. Осенью 1958 года Серов имел с Хрущевым один разговор, весьма охладивший их отношения. Он доложил Хрущеву, что американцы всерьез заинтересовались его высказываниями на беседе с дипломатами США на одном из приемов. И пояснил: «…Вы в выступлениях и беседах разглашали секретные
