услышал. То цветок, то радугу, то голубя. А сейчас ничего. Тишина. Акка не может думать ни о чем другом. Какое спасение города, помощь Лере, если противостоять Йомали может только его брат.
– И ведь не я одна так решила, – вдруг понимает богиня. Она пытается перенестись в прекрасный небесный замок Ена, но словно о бетонную стену бьется. Не нащупываются малейшие следы присутствия демиурга в городе.
Испуганная, как не подобает богине, Акка появляется рядом с Лерой, не подумав, где та. Во мраке комнаты на диване переплетены два тела. Словно плетение, вязание, захочешь – рука не поднимется распутать. Одно целое.
– Я испугался, знаешь?
– Как сильно?
– Очень.
Лера запрокидывает голову и стонет, тихо, сдерживается. Богиня краснеет и, оставшись незамеченной, появляется в гостиной. На кухне шумит вода. В поздний час кому-то явно не спится.
***
Кашель за спиной пугает, Кот дергается, роняя вилки и ложки, они бьются о металлическую раковину так громко, что наверняка весь дом слышит.
– Зачем так под… – Он не ожидает увидеть на своей кухне незнакомку. Да, красивую, но… – Вы кто?
– Акка. Лера про меня…
– Вы богиня, – с облегчением выдыхает Кот. – Не из Третьего отдела и ладненько, – и возвращается к недомытой посуде.
– Мне нужна помощь.
– Ну вряд ли вам нужна помощь недоделанного лапотника.
– Вас всех. Сейчас же.
– Сладкие голубки… Им сейчас не до этого, – хитро улыбается Кот и краем зрения замечает, как краснеют скулы Акка, но самоотверженно молчит, придерживая комментарии при себе. Все-таки богиня.
– О, я видела.
Дает голубкам время, неторопливо домывая посуду. И все же его стук в дверь явно прерывает. Не дожидаясь, что кто-то встанет и откроет, он громко говорит:
– Простите, извините, Валера, здесь твоя божественная покровительница. Нехорошо заставлять ждать.
Кот замирает, прислушивается в ожидании ответа и едва успевает отпрянуть от резко открывающейся двери и Леры. Если б не его реакция, точно снесла бы с ног, натягивая на себя футболку не по размеру.
Пять минут неловких ужимок, и они наконец-то собираются в гостиной.
– Моя богиня, скажи, что нашла способ…
– А так можно на «ты»? – хмыкает Кот.
– Если не найдем Ена, то можно на «никак», – качает головой Акка. – Я пыталась до него достучаться, попасть в его дворец. Небесные чертоги словно замурованы.
– Так он разве не обиженка? – Лера пихает Долгорукого в плечо и едва заметно качает головой, но тот бесстрашно продолжает: – Типа заперся дома, чтоб никто не трогал, все созданное вам в управление отдал и сидит, страдает… – в следующий миг он не может сказать ни слова, рта на лице больше не существует.
– Скажи «не справедливо», – хихикает Кот и подмигивает Долгорукому, тот пыхтит в попытках найти губы, но тщетно.
– Посиди пока так, – хмурится богиня, – нет, это не типично для него. Ну, последнюю тысячу лет точно.
– И только Ен способен нам помочь, – кивает Лера.
– Подумалось: не одна я такая догадливая. Йомали тоже об этом знает.
– Думаешь он что-то сделал со своим братом?
Акка кивает и тут же:
– Не убил. Это невозможно.
Кот себе не верит: сидят в гостиной Костика, в которой он столько времени прожил, и обсуждают разборки между богами. Так легко, будто это в Семье произошло.
– Тогда остается плен, так? – у Кота наконец-то включается режим «серьезно». – Знаете, я бы пленника держал под боком. Чтоб всегда знать, как он там. Держать бога под боком, а? А? Поняли?
Лера закатывает глаза:
– Как всегда, режим «серьезного Кота» не длится дольше минуты, – и, потушив возмущение в голосе, продолжает: – Все это резонно, но Питер большой. И если богиня не может найти его, то кристаллы нет смысла трогать.
– Поэтому я здесь, – кивает Акка.
– Впервые бог не отвечает на твои молитвы, а? – пристально смотрит на нее Кот.
Без издевки или желания задеть. Наверное, поэтому она просто коротко кивает. Тем более, Артем, будто в худших комедиях, машет руками, сигнализирует, привлекая внимание. Богиня просто моргает, и на его лице снова есть губы.
– Скажи что-нибудь полезное, чтобы я не пожалела о своем решении.
– В городе наверняка есть места, которые люди обходят стороной. Может быть, крупная заброшка, где-то в центре. Этот ваш Йомали явно в Мурино не суется.
– Вот уж где вся хтонь водится, – кивает Кот.
– Заброшки? В Питере? Да это ж местный бизнес. Спрятать за строительными лесами здание и ждать пока само рухнет. Не дождешься, градозащитники с потрохами съедят… – Лера задумчиво стучит пальцем по коленке. – Но может быть… Мы впервые столкнулись с этим убожеством на Воскресенской набережной, я помогала Косте со сфинксами. Тогда Йомали сказал, что у нас будут большие проблемы, и исчез, а у него за спиной… Это бред какой-то.
– Валера, – подначивает Кот.
– За его спиной я слышала плач младенца. Но при чем здесь Ен?
– Это он! Надо его найти! Надо освободить! Надо…
– Но Костя… – напоминает Кот.
– Мы спасем всех. Весь город, когда освободим… – богиня и слушать не желает, перебивает, лишь бы настоять на своем.
– Что? И мертвых воскресим? Может быть, и большуху? – бесстрашно выпаливает Кот.
***
Лера не верит ушам. Неконфликтный Кот, который всегда словно вода, всегда умел договориться. Дерзко смотрит в лицо богине и не сомневается в правильности решения. Лера прикрывает глаза, будто собирается прыгнуть с мостка в июньскую воду.
– Он прав. Если мы Костю не вытащим сегодня, он больше не выдержит. Камни все сложнее находят связь с ним.
– Один, взамен на весь город, – парирует богиня.
– Если таковы условия, то точно ли нам нужен этот город? – Лера знает, не вынесет потерять и друга. Достаточно тех похорон, на которых побывала за последние месяцы. Бабушкины – бриллиант в короне.
– Не хочу прерывать вашу драму, – Долгорукий выставляет руки, типа погодите, дайте сказать, я на минуточку, – но нам не обязательно единым организмом мчаться по одному адресу. Можно разделиться. Лера и Кот поедут вызволять Костю. Заодно время потянут. А мы с богиней, как бы это ни звучало, проведем быстренькие поиски спасителя и прибудем к вам, тогда и начнется самое интересное. Быстрое приключение.
