Что теперь? Как вести себя после того, как все барьеры рухнули?
Он, казалось, читал ее мысли. Его пальцы мягко провели по ее боку.
— Вы... не сожалеете? — спросил он, и в его голосе прозвучала неуверенность, которую она слышала впервые.
Алиса посмотрела на него, и ее губы тронула улыбка.
— А вы? — парировала она, возвращаясь к своей привычной тактике отвечать вопросом на вопрос.
— Я задал вопрос первым, — он не отступал, его взгляд был пристальным.
Она вздохнула, откидывая прядь волос со лба.
— Если бы я сожалела, я бы уже была в своем номере, — сказала она просто. — Или, по крайней мере, попыталась бы незаметно улизнуть на цыпочках.
Его лицо наконец расслабилось, и он улыбнулся — медленно, по-настоящему.
— Значит, я могу считать, что вы примете мое... предложение о постоянной должности девушки? — в его глазах заплясали чертики.
Алиса приподняла бровь.
— Это зависит от условий контракта. Зарплата, соцпакет, график работы... — она сделала паузу, наслаждаясь моментом. — И главное — отношение начальства к острому языку подчиненных.
Он рассмеялся и потянул ее к себе. Их тела соприкоснулись, и Алиса почувствовала, как снова загорается знакомое пламя.
— Начальство, — прошептал он, целуя ее плечо, — обожает острый язык своей девушки. Считает его главной привилегией. — он улыбнулся, назвав ее своей девушкой. Сладкая истома разлилась по его телу.
— Привилегией? — она притворно возмутилась. — А я считала его только своим главным профессиональным качеством!
— Им оно и является, — он перевернул ее на спину, нависая над ней. Его глаза были серьезны. — Алиса... Вчерашняя ночь... Это было не просто...
Он искал слова, и она видела, как это ему непривычно.
— Я знаю, — тихо сказала она, кладя ладонь на его щеку. — Для меня тоже.
Они смотрели друг на друга в тишине утра, и в этом взгляде было все, что они не решались сказать вслух.
Внезапно его телефон на тумбочке завибрировал, нарушив момент. Марк замер, явно разрываясь между долгом и желанием.
— Не смотри, — прошептала Алиса, притягивая его к себе. — Милан может подождать.
Он сдался с глухим стоном, и его губы снова нашли ее. Утро растянулось в ленивую, наполненную прикосновениями и смехом паузу. Они заказали завтрак в номер, и Алиса с наслаждением отметила, что даже за едой он не отпускал ее руку.
— Сегодня наш последний день, — сказал он, когда они допивали кофе. — Наш рейс вечером.
Слова повисли в воздухе, напоминая о реальности, которая ждала за стенами отеля.
— Да, — просто сказала Алиса.
— Я хочу провести этот день с тобой. Не как бизнесмен с переводчиком. Как мужчина с женщиной, которая... — он запнулся.
— Которая свела его с ума? — закончила за него Алиса с улыбкой.
— Именно, — он улыбнулся в ответ. — Итак, что выберем? Музеи? Шоппинг? Или просто будем бродить без цели?
Алиса задумалась.
— Давайте просто будем бродить. Без планов. Без расписания. Посмотрим, куда нас заведет Милан.
— Как же я люблю, когда ты говоришь такие вещи, — он поцеловал ее пальцы. — Хотя они совершенно противоречат всему, во что я верил последние пятнадцать лет.
— Что же, — Алиса встала, протягивая ему руку, — пора начать перевоспитывать своего начальника. Начнем с того, что сегодня вы принадлежите только мне. И Милану.
Он взял ее руку, и его глаза сияли таким светом, который она видела впервые.
— Слушаюсь и повинуюсь, мисс Алиса.
Глава 20. Последний день в Милане
Улицы Милана встретили их ласковым утренним солнцем. Воздух был наполнен ароматами свежей выпечки, кофе и далеких цветов. Алиса шла рядом с Марком, и их пальцы были переплетены — естественно, как будто так и должно было быть. На ней было легкое летнее платье, купленное накануне в одной из миланских лавочек, на нем простые темные джинсы и рубашка с закатанными рукавами. Без костюма и галстука он казался другим человеком — более молодым и доступным.
— Куда же мы идем? — спросил Марк, поглядывая на нее с улыбкой.
— Куда глаза глядят, — ответила Алиса, пожимая его руку. — Разве не это мы договорились? Без планов, без карт, без целей.
— Для человека, который последние пятнадцать лет жил по расписанию, это звучит как кошмар, — заметил он, но в его глазах не было беспокойства, только любопытство.
— А для человека, который последние пятнадцать лет переводил инструкции к кофемашинам, это звучит как отпуск.
Они свернули в узкий переулок, где стены домов были покрыты яркими граффити, а из открытых окон доносилась итальянская речь. Алиса остановилась у небольшого антикварного магазинчика, в витрине которого были разложены старинные книги.
— Смотри, — прошептала она, указывая на потрепанный том в кожаном переплете. — Петрарка. Издание начала прошлого века.
Марк смотрел не на книгу, а на ее лицо — на то, как загорелись ее глаза, как тронулись уголки ее губ.
— Входи, — мягко сказал он, открывая перед ней дверь магазина.
Внутри пахло старыми страницами, кожей и временем. Пожилой итальянец с седыми усами поднял на них глаза из-за стойки, но, увидев их заинтересованные лица, лишь кивнул и снова погрузился в чтение.
Алиса осторожно перебирала книги на полках, ее пальцы с благоговением касались корешков. Марк наблюдал за ней, и в его груди шевельнулось что-то теплое и незнакомое. Он привык дарить дорогие подарки — украшения, часы, автомобили. Но выражение на ее лице, когда она держала в руках потрепанную книгу стоил больше, чем все его предыдущие подарки вместе взятые.
— Знаешь, — тихо сказала она, не отрываясь от полки, — моя бабушка говорила, что книги — это мосты между мирами. И между людьми.
Он подошел ближе, стоя так близко, что чувствовал тепло ее тела.
— И между нами? — так же тихо спросил он.
Она повернулась к нему, и в ее глазах играли голубые искры.
— Разве мы уже не построили свой мост? — улыбнулась она.
Они вышли из магазина с двумя книгами — томом Петрарки для нее и старым путеводителем по Милану для него.
— Зачем тебе путеводитель, если у нас нет плана? — удивилась Алиса.
— На память, — просто ответил он. — О дне, когда я впервые позволил себе заблудиться.
Они бродили по городу, и Милан раскрывался перед ними не как деловой центр, а как живой, дышащий организм. Они зашли в маленькую церковь, где тишина была такой густой, что казалось, ее можно потрогать. Сидели на ступеньках фонтана, наблюдая за игрой детей. Зашли в кафе, где Алиса заказала мороженое, а Марк с удивлением обнаружил, что наблюдать за тем, как она ест пломбир, — самое увлекательное занятие в мире.
— Я не помню, когда в последний раз просто... жил, — признался он, отпивая эспрессо. — Без
