перекрывая шум нашего веселья, послышался громкий и сердитый разговор в соседней комнате; и пока мы прислушивались, этот высокопоставленный чиновник выбежал оттуда и направился к входной двери, а Ева выстрелила в него – Бах! Бах! Бах! Девушки завизжали, а мужчины с воплями бросились бежать в разные стороны. Слишком многие ринулись в дверной проем, перекрыв его, так что беглец от гнева Евы вылетел через переднее окно, вместе со створкой и всем остальным. Тогда Ева отступила и закрыла от нас дверь, а матрос с «Чёрных Холмов» сказал:
– Ну, вот такие дела. Мы выпьем за Еву, потому что она рассталась с ним. Где она, эта негритянка-официантка?
Как раз в этот момент мы услышали через незашторенное окно, как по улице бегут и кричат люди. Один из наших людей, высунувшись наружу, поинтересовался причиной этого, затем повернулся и крикнул нам:
– Здание суда горит! Им нужна помощь! Пошли!
Поискав наощупь в полутемном холле свою шляпу, Кипп надел первую попавшуюся под руку – женскую шляпу с широкими полями и цветами, и побежал; мы все, мужчины и девушки, как могли, поспевали за ним.
Здание суда пылало. Из нескольких задних окон здания вырывались красные языки пламени, когда мы присоединились к толпе перед ним. Подбежала группа людей, тащивших пожарную телегу, другая бригада тащила тележку со шлангами. Том Тодд, пожарный в шляпе, стоял на ней, выкрикивая приказы. Один конец шланга был подсоединен к насосу; всасывающий конец вставлялся в какое-то отверстие для воды. Когда шланг с насадкой был протянут к зданию, дюжина мужчин ухватилась за длинные рукоятки насоса, и он заработал – клик, клик, клик. Вверх и вниз, щелк-щелк, щелк-щелк, и на огонь полилась струя воды, по размеру и силе не уступающая струе из обычного садового шланга. Том Каммингс и Джон Ренн, державшие латунный наконечник шланга, крикнул задним, что им нужна струя помощнеё, и Том Тодд, всё ещё стоявший на тележке, крикнул насосчикам:
– Сильнее! Быстрее, ребята! Давайте! Пошли!
Но это была напряженная, утомительная работа – качать насос, и вскоре их место заняли другие – один из них, Кипп, всё ещё был в женской шляпке; и как же смеялась толпа, глядя, как эта штуковина с красными цветами раскачивается, когда он качает насос. Особенно, как я заметил, на это указывали Чарли Конрад и Джон Пауэр, и чуть не расхохотался. А потом, когда полураздетая хозяйка шляпы подскочила и сорвала её с его головы, вся толпа взревела.
Вскоре все поняли, что здание суда обречено, что наши усилия не смогут его спасти, и поэтому мы разошлись, оставив его гореть. Мы с Киппом и двумя нашими друзьями отправились в салун Кено Билла, чтобы утолить жажду. Один из них сказал, когда мы выстроились в очередь перед стойкой:
– Странно, что здание суда загорелось. Наверняка в эти жаркие дни в нём не топят печи.
– Угу. В этом нет ничего странного, – ответил Билл. – Некоторые записи в нем, естественно, пришлось уничтожить, чтобы уберечь некоторых парней, которых я знаю, от кучи неприятностей.
– Вот так, Апикуни, вот и всё. – сказал мне Кипп. Мы отлично провели время сегодня вечером. Я думаю, нам лучше пойти посмотреть, как там наши женщины. Мы же не хотим, чтобы они беспокоились о нас, сам понимаешь.
Часть II
Рассказы об их приключениях, поведанные Апикуни его индейскими друзьями
Глава двенадцатая
Похищение священного чехла для лука из шкуры белой выдры
(Рассказ Вождя-Птицы – Джеймса Бёрда)
Лето 1846 года уже заканчивалось, когда наш небольшой военный отряд возвращался с юга, из страны вечного лета, с большим табуном лошадей, угнанных нами у мексиканцев. Мой шурин, Безумный Волк, принёс священный чехол для лука из шкуры белой выдры, который принадлежал его убитому брату, Медвежьей Голове. Я никогда не смогу забыть тот день нашего возвращения, наш триумфальный вход в большой лагерь пикуни, потому что, видя, что Безумный Волк вернул священный чехол для лука, люди были вне себя от радости – ведь они верили в то, что Солнце ценит белую выдру больше любого другого священного животного, даже белого бизона, и будет особенно благосклонно к владельцу священного чехла и заодно ко всему племени.
Вкратце история этого священного чехла была такая: Голова Медведя и шаман племени кри по имени Шапка Из Скунса однажды обнаружили белую выдру, самого редкого из всех животных- альбиносов, одновременно выстрелили в неё, и Голова Медведя её убил. Но Шапка Из Скунса стал утверждать, что убил выдру именно он, и всеми способами пытался ею завладеть. Голова Медведя хорошо выделал эту шкуру, сделал из неё красивый чехол для лука и поклялся всем, что в назначенное время пожертвует его Солнцу, повесив на столб в центре священной хижины, которую каждым летом в месяце спелых ягод строило племя в честь великого бога неба.
Немного времени спустя после того, как Медвежья Голова принес эту клятву, он сам, его брат Безумный Волк и Шапка Из Скунса присоединились к военному отряду, собравшемуся пойти далеко на юг, чтобы совершить набег на табуны мексиканцев. Во время сражения, которое произошло там с племенем Много Браслетов (навахами) Медвежья Голова был смертельно ранен. Прежде, чем он умер, его охваченный горем брат обещал ему, что похоронит его со всем его имуществом и следующим летом вернется, чтобы забрать священный чехол и принести его в жертву Солнцу ради блага племени. Так скончался несчастный Медвежья Голова, и его отряд с некоторыми трудностями отвез его тело в дом древнего исчезнувшего народа Обитателей Утёсов и вернулся домой с лошадьми, угнанными у мексиканцев. Вскоре после этого Шапка Из Скунса ушел от пикуни, и мы не знали, куда.
Снова наступила весна, весна 1846 года, и от нескольких посетивших наш лагерь друзей из племен гро-вантров мы узнали, что Шапка Из Скунса перезимовал с ними и недавно ушел к Перерезающим Горло (ассинибойнам), чтобы собрать военный отряд и совершить набег на мексиканцев. Гро-вантры так далеко идти не хотели.
Услышав это, Безумный Волк воскликнул:
– Ха! Этот трус Шапка Из Скунса хочет сделать набег на мексиканцев. Нет! Он хочет пойти на юг, чтобы забрать у моего брата священный чехол из шкуры белой выдры. Мы должны немедленно пойти туда, чтобы первыми оказаться там, пока он этого не сделал.
И он попросил нашего шамана и мудрого воина Пинакума собрать отряд, который пойдет на юг, чтобы предотвратить похищение. К этому отряду я с удовольствием присоединился, потому что
