холодно спросила Лене.
– Ваше сердце, мадам. Вы слишком добры. Но этим вы не сделаете мальчику одолжение. Поймите, он ведь китаец. На плантациях все устроено так же, как и везде, где цивилизация вынуждена бороться с варварством. Управляющие играют в крикет, живут в больших домах, ведут светскую жизнь. А туземцы работают. И где найдется место для китайца?
– Я уверена, что Чжиху и цивилизация найдут общий язык.
– У меня есть предложение, которое устроит всех. – Капитан жестом дал понять ботаникам, чтобы они не вмешивались. – Чайный комитет позволит ему работать на плантации мистера Стерлинга в качестве помощника. Но большего, миссис Воскамп, вы не добьетесь. Особенно теперь, когда Китай и Британия на грани войны.
Лене взяла следующий лист. Это было больше того, на что она могла надеяться для Чжиху.
– Пятнадцать ящиков. Семь с прессованным пуэром, восемь – с рассыпным улуном. Доставка через Лондон в Эмден. С моей остановкой в… – она взяла перо и добавила слово: – …в Сингапуре.
Они с Анной богаты.
– Мы ведь не собирались туда, – сказал Валлич, нахмурив брови.
– А вот я собираюсь. У меня там есть незавершенные дела. К тому же это по пути, если мы пройдем через Малаккский пролив.
Теперь ей пригодилось знание морских карт, выученных за время бесконечного плавания на «Виктории».
Мерривезер недовольно пробурчал что-то и почесал затылок.
– Это мне должен оплатить комитет.
Он посмотрел на Гордона, который промокал лоб салфеткой, забытой на столе.
– Ладно, ради всего святого. Один день. Но не больше! Это всего лишь несколько фунтов чайных семян, мисс Воскамп, а не целые грузовые партии.
– Все впереди, – ответила Лене и, очаровательно улыбнувшись, передала перо мистеру Валличу.
– Я ассистент-мастер?
Чжиху распахнул глаза так широко, что в полумраке каюты белки показались почти пугающими. Он сидел в гамаке, который делил с одним из юнг. Спали они по очереди, в зависимости от того, кто был на вахте.
– Да, – сказала Лене, устраиваясь поудобнее. Фрэнсис отвел ее вниз, но долго ее присутствие здесь не потерпят. Взгляды моряков, направленные на нее и на необычный наряд, в который она вынуждена была облачиться, выражали все – от похотливых намеков до явного осуждения. – Ты пойдешь к мистеру Гордону. Он знает многих чайных мастеров, и у них ты будешь учиться. Однажды ты будешь работать на плантации Роберта.
– Не с Лини?
Она покачала головой.
– Калькутта и так сделает твою жизнь нелегкой. А на моей родине она станет невозможной. Не говоря уже о зиме. Ты когда-нибудь видел снег?
Мальчик печально покачал головой.
– На севере большие горы. Там есть снег. Я хочу увидеть снег. Пожалуйста, Лини-тайтай, не уходи. Нет семьи, ничего.
– Я знаю. – Она хотела погладить его по голове, но он быстро отпрянул. – Ты должен научиться читать и писать. Тогда сможешь получать от меня письма и отвечать.
Мальчик мужественно кивнул.
– А где Роберт-шифу?
– В Кантоне.
– Он вернется?
– Не знаю. – Лене встала и протянула ему хлеб, который взяла за ужином. – Ты, вероятно, увидишь его раньше, чем я.
Лене казалось, что она снова делает Чжиху сиротой. Вместо того чтобы сказать какие-то утешительные слова, она встала и пошла обратно в свою каюту.
Фрэнсис оставил у кровати свечу и коробку спичек. Она зажгла первую, но слишком долго смотрела на пламя и обожгла пальцы. Со второй попытки ей удалось зажечь свечу. Теплый свет затанцевал по деревянным стенам, фитиль зашипел и выпустил искры в самое сердце огня. Сколько раз она уже смотрела на этот танец… Какой бы мрачной ни казалась ее ситуация, горевшие свечи всегда несли одну мысль: «Когда есть свет в темноте, ты в безопасности». Хотя бы на короткий миг.
* * *
И тут все началось. Лене резко подняла голову, чувствуя, как волосы на руках встали дыбом.
Это было похоже на гул далекой грозы, но первый раскат грома еще не стих, как за ним последовал второй, а потом третий. На борту «Водяной ведьмы» поднялся хаос. Она услышала крики и быстрые шаги на палубе, затем голоса и топот ног, бегущих по узкому коридору. Лене мгновенно задула свечу, вскочила, отодвинула засов и распахнула дверь.
– Что случилось?
Ее внезапное появление так испугало одного из матросов, что он на мгновение замер.
– Лорд Нейпир стреляет по Кантону! – тяжело дыша, выкрикнул он. – Отсюда видно!
Оттолкнув ее в сторону, он бросился к лестнице в конце коридора. Грохот канонады эхом разносился в воздухе, становясь еще более угрожающим. Лене принялась проталкиваться сквозь толпу мужчин, чьи лица выражали жажду битвы. Наверху уже ревел Мерривезер, раздавая приказы так, чтобы избежать крена и удержать груз. Все стремились оказаться в первом ряду, и крики тех, кто чувствовал себя обделенным, стихли лишь после удара кнута.
– Тишина! По местам! Встать в строй! «Боже, храни нашего милостивого короля! / Да здравствует наш благородный король! / Боже, храни короля…» – запел он.
Все тут же подхватили. С ближайших кораблей тоже доносилось пение – видимо, и там были британцы. Голландцы и португальцы просто кричали: «Хип-хип, ура!»
Лене заметила Гордона и Валлича у перил на мостике и пробралась к ним. Гордон, воодушевленный, громко распевал гимн своей родины с такой силой, словно надеялся, что его голос сможет обрушить стены Иерихона – или стены Кантона. Валлич, датчанин, старался не слишком выделяться на фоне этого взрыва британского патриотизма. Лене встала рядом с ними и посмотрела в темноту. Время от времени слабый отблеск пушечного огня освещал силуэт гористого берега. Хотя фрегаты Нейпира скрывались за изгибом реки, было ясно, что противостоять такому огню почти невозможно.
– Где же китайский флот?
Дойдя до строчек «О Господи, Боже наш, восстань / Рассей врагов своих», Гордон прервался, чтобы перевести дух.
– В милях отсюда. В милях! Лорд Нейпир, этот отчаянный герой! Это их проучит… «Да здравствует его царствование!..» – продолжил он.
Лене прикусила губу, чтобы не закричать от тревоги среди всеобщего ликования. Роберт сейчас там, в городе, по которому палят британские пушки!
– А как же фактории? Хонги в Тауне?
Гордон раздраженно повернулся к ней и фыркнул:
– С ними ничего не случится.
Валлич сложил руки за спиной, наблюдая за ликованием, как за представлением, устроенным специально для его развлечения.
– Не беспокойтесь, – сказал он. – Мистер Стерлинг вернулся на борт несколько минут назад, цел и невредим.
– Что? – переспросила Лене. – Что вы сказали?
– Он хотел еще раз взглянуть на контракт, прежде чем отправиться в экспедицию. Но, между нами говоря, думаю, его истинный интерес в другом месте.
Он бросил взгляд на ее декольте, не позволяя себе большего.
