Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 86
Рассудив, что девочка могла уйти к вокзалу Чаринг-Кросс — ее часто брали с собой провожать родственников — или по привычке свернуть к большим магазинам, я направилась к востоку. Дождь лил без устали, и даже зонтик меня бы не спас: утром я вышла без плаща и вымокла до нитки. По пути я заглянула на Сент-Джордж-роуд, но не увидела ничего подозрительного. На Сакихолл-стрит я всматривалась за изгороди и стены на территорию особняков: вдруг малышка проскользнула в ворота и забрела на аллею? Когда я дошла до здания мэрии, небеса разверзлись, обрушив на землю стену воды. Улицы немедленно опустели — прохожие прятались в кафе и под козырьками у дверей. Я безуспешно обследовала множество переулков и решила вернуться в Вудсайд в надежде, что девочка уже дома.
Дверь в подъезд дома номер одиннадцать по Стэнли-стрит была открыта, и внутри несколько женщин с детьми скрывались от дождя. В те времена — как и сейчас — толпиться в проулке считалось «вульгарным», а значит, о Роуз уже пошел слух; иначе почтенные матроны не задержались бы тут из опасений за свою репутацию. Когда я подошла, они что-то обсуждали, понизив голос. Среди них я узнала соседку Гиллеспи.
— Извините, миссис Колтроп, — сказала я, — малышку Роуз нашли?
Колтроп печально покачала головой.
— Ее ищет уже половина улицы.
Я задала еще несколько вопросов. Выяснилось, что моя квартирная хозяйка до сих пор дежурит в гостиной Гиллеспи. На минуту забегала Энни и, не обнаружив дочери, снова умчалась на поиски. Нед не возвращался. Никто не знал о Роуз ничего определенного, но поползли первые слухи. В половине второго одна соседка переходила Уэст-Принцес-стрит и вдалеке разглядела двух девочек, идущих за руки в направлении реки Кельвин. Чуть позже светловолосую малышку видели одну у старой шаровой мельницы. Другая соседка была в бакалейной лавке на Грей-Уэстерн-роуд примерно в четверть четвертого, когда в очередь встала девочка, внешне и по возрасту напоминающая Сибил. А юная Лили Александер разговаривала со служанкой, которая работала на Уэст-Принцес-стрит, в части Квинс-террас. Эта девушка по имени Марта по пути домой увидела мужчину, бегущего со свертком в руках. Неожиданно сверток заплакал голосом маленькой девочки. Мужчина пытался ее успокоить, а когда ему это не удалось, поспешил скрыться.
— Но вы же знаете служанок, — сказала Колтроп. — Наверняка она все это выдумала, чтобы привлечь внимание. Скорее всего, мужчина нес собственное дитя.
— Несомненно, — кивнула я, боясь допустить обратное.
Я собиралась подняться наверх и поговорить с миссис Александер, но подумала, что уже знаю все новости от Колтроп. Не желая сплетничать дальше, я поспешила, пока еще светло, заняться наиболее важным делом — поисками Роуз.
Для начала я забежала к себе переодеться и вернулась на улицу, вооружившись плащом и зонтом. Встревоженная рассказом Колтроп о двух девочках, идущих к реке, я решила отправиться в парк. Мы с Энни часто водили девочек гулять на берег Кельвина, и они вполне могли забрести туда. Кто знает, сказала ли Сибил правду? У реки безлюдно, извилистая тропа часто сворачивает к обрыву; местами река очень глубокая, с сильным течением на мелководье, и в дождливый день может быстро подняться. Не случилось ли там беды, о которой Сибил испугалась рассказать?
Проходя мимо строящихся высотных домов на Уэст-Принцес-стрит, я заглядывала за забор на площадки, но детей там не было. У реки я пошла на север, держась как можно ближе к воде, и в ближайшие несколько часов исследовала долину и небольшие рощицы. К счастью, дождь вскоре прекратился. У бумажной фабрики я повернула назад — все равно уже совсем стемнело. По дороге ко мне однажды пристала бродячая собака и дважды — какие-то типы, которые в сумерках приняли меня за женщину иного пошиба, но опомнились после моей резкой отповеди. Увы, пропавшей дочери Неда и Энни нигде не было.
На разбитых ноющих ногах я вернулась к дому номер одиннадцать на Стэнли-стрит примерно в половину десятого. В гостиной Гиллеспи горел тусклый свет, в окне мелькнула чья-то неясная тень — быть может, Энни. Когда я стала подниматься по ступенькам, тень скрылась за шторами. С наступлением темноты женщины с детьми, собравшиеся в подъезде, разошлись. Однако входная дверь, которую обычно запирали, была приоткрыта и подперта камнем (как я позднее узнала, по настоянию Неда — если Роуз вернется ночью). Сомневаясь, что в столь поздний час удобно заходить без приглашения, я не стала подниматься в квартиру, а дернула за ручку звонка. Вскоре послышались тяжелые шаги — на лестнице, а потом на плитах у входа. Шлепанье кожаной обуви сопровождалось загадочным хрустом. Наконец дверь распахнулась; за ней стоял высокий худой полисмен, судя по всему, — горец. По рыжим усам я узнала констебля Блэка, который патрулировал районы Клермонта и Вудсайда. От него пахло мятными леденцами — вот откуда исходил этот странный хрустящий звук.
— Да? — Он наклонился, разглядывая меня и обдавая ледяным мятным дыханием, от которого щипало глаза. — В чем дело?
— Я к Гиллеспи. Роуз нашли?
— Еще нет, мисс. Да не бойтесь, найдется она.
— Ах, я так на это надеюсь.
Я медлила, гадая, пустит ли он меня в дом.
— А сами вы кто? — спросил констебль. — Они же спросят, кто заходил.
— Гарриет, мисс Бакстер. Я уже навещала сегодня Энни, а последние несколько часов искала Роуз. Я друг семьи. Им нужна помощь? Я с радостью сделаю чаю или еще что-нибудь.
— Не, не надо. Мать мистера Гиллеспи возится с чайником.
— Элспет? Элспет Гиллеспи? Вы уверены?
— Да, миссис Гиллеспи, точно говорю. Поит доктора чаем.
— Доктора? Что случилось? Кто-нибудь заболел?
— Эта малявка — вроде Сибил зовут? — с ней случился небольшой припадок. Ей уже полегчало, но в квартиру набежала толпа народу. Пусть передохнут. Заходите лучше завтра.
— Да-да, конечно.
Он отступил за дверь, осторожно прикрыл ее, оставив камень, и снова тяжело затопал к лестнице.
Я вернулась на Квинс-Кресент, изнемогая от усталости. Сквер в середине квартала был тих и спокоен под покровом темноты. Я ненадолго задержалась на ступеньках. В парках и садах пустынно. Где же малышка Роуз? Не случилось ли с ней беды?
Миссис Александер еще не легла спать и сообщила мне новые подробности. Она сидела в гостиной Гиллеспи довольно долго. После шести вечера пришел Нед — в смятении, узнав от женщин в подъезде, что его дочь ищут уже три часа. Он попросил мою хозяйку остаться у них на случай, если кто-нибудь вернется, а сам, крайне взволнованный, отправился в полицию на Кренстон-стрит.
Вскоре по лестнице взбежала Сибил, за ней шла мать Неда, которая, по обыкновению, навещала заключенных в тюрьме и узнала о пропаже Роуз от горничной. Элспет была близка к истерике, и миссис Александер изо всех сил старалась ее успокоить, опасаясь (не без причины), что ее паника плохо отразится на Сибил.
Затем снова появился Нед. В полиции ему велели идти домой и ждать детектива, который среди прочих хотел допросить его жену. Миссис Александер отправила дочерей за Энни, но та как раз появилась в дверях в сопровождении младшего инспектора Стерлинга и рыжего полисмена, с которым они столкнулись на улице. Следом пыталась прорваться толпа соседей и зевак, и констеблю Блэку пришлось закрыть дверь на лестничную площадку, чтобы восстановить порядок. Из всех соседей полиция разрешила остаться только Колтроп и миссис Александер.
— Мать Неда тоже осталась? — спросила я и, когда хозяйка кивнула, добавила: — Представляю, как рассердилась Энни.
Миссис Александер грустно покачала головой.
— Сомневаюсь, что Энни кого-нибудь видела. Она в ужасном состоянии, бедняжка.
Полиция проводила допросы в столовой, начав с Энни. Через некоторое время она вышла, и туда пригласили Сибил. Благодаря отсутствию родственников и ловкости детектива Стерлинга девочка призналась, что в тот день оставила сестру без присмотра в парке, но лишь на несколько минут.
Они с Роуз играли в разных уголках сквера: Сибил рассматривала мертвого птенца, найденного под деревом, а ее сестра ковыряла палочкой землю на лужайке. В какой-то момент Сибил заметила, что за оградой на Уэст-Принцес-стрит стоит женщина и смотрит в ее сторону. Девочка уверяла, что никогда раньше не встречала эту женщину. Незнакомка была в блестящем синем платье и черной шляпке с короткой вуалью, закрывающей лицо до носа. Когда Сибил снова подняла голову, женщина уже ушла, но вскоре показалась на Квинс-Кресент, у входа в сквер. Заметив Сибил, она улыбнулась и поманила ее к себе пальцем. Старшая девочка оставила Роуз и подошла к воротам. Незнакомка объяснила, что недавно поселилась поблизости, и попросила ее сбегать в лавку Доби за сахаром, поскольку сама она ждет грузчиков и не может пойти. Лавка находилась за углом, в минуте ходьбы от сквера. Сибил много раз там была с Энни и другими взрослыми. Женщина указала на Роуз, которая продолжала играть под деревьями.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 86
