скорее чтобы скрыть навернувшиеся слезы, нежели для чего-то еще. Боунс посмотрел на меня своим мудрым меланхоличным взглядом и, застучав по полу хвостом, потыкался мне в нос мордой. Мне даже не верилось, насколько это здорово – вновь чувствовать с собой рядом собаку!
– Старина Боунс – пес из резервации, – сказал Карл-Мартин. – Мы считаем, что больше всего в нем от лабрадора. Хотя и от пастушьей тоже что-то несомненно есть. Когда мы его нашли, у него вся морда была в дикобразьих иглах. Удивительно, что он от нас не сбежал после того, как мы их повыдергивали щипцами. Хотя больше уже такого не случалось. Он смышленый, быстро все усваивает. Хочешь посмотреть?
– Разумеется. – Если как-то и можно было отвлечь мои мысли от Симпатюни и от мальчиков, то разве что сосредоточив все внимание на собаке.
Лилли неодобрительно покачала головой. Она определенно это уже видела.
– Пойдем, Боунс, – велел Карл-Мартин. – Пора на улицу.
Стейнбах повел пса к сетчатой входной двери, выпроводил его на крыльцо и закрыл створку на крючок. Затем взял еще одну свиную котлету на косточке и положил рядом с дверью изнутри. Глаза у Мистера Боунса тут же расширились, и он стал тыкаться носом в дверь. Поняв, что створка не открывается, пес неуклюже соскочил с крыльца и поковылял вокруг дома к черному входу. Вскоре я услышал, как он стучит лапой и скребется в заднюю дверь, пытаясь войти оттуда. Однако Карл-Мартин успел запереть и задний вход.
Через считаные секунды Мистер Боунс снова появился у парадной двери и потолкал в нее опять. Створка подергалась, побренчала, но не открылась.
Пес вновь потыкался в нее носом. Дверь опять подергалась, но осталась запертой.
Тогда он принялся ритмично толкать ее носом снова и снова, пока не поймал нужный ритм и крюк не начал дергаться в проушине, подпрыгивая в ней все выше и выше. Услышав, что тот наконец выскочил из петли, Мистер Боунс снова налег на дверь, чтобы она чуточку приоткрылась и он смог просунуть туда морду. Он потянул лапой створку, сунул туда нос, раскрыл ее пошире и, зайдя наконец внутрь, схватил мясо.
Я не мог не рассмеяться.
– Симпатюня просто уселась бы с той стороны, глядя на меня с таким выражением, мол, зачем ты так со мною.
Улыбнувшись, Стейнбах погладил старого пса по спине.
– Ну, как я уже сказал, он вырос в резервации. Находчивый, задиристый, упрямый. Всегда добьется своего. Верно говорю, Боунс?
Мистер Боунс поглядел на него, виляя хвостом, и снова принялся жевать добытое мясо.
Стейнбах с женой многозначительно переглянулись, и он легонько кивнул.
– У нас к вам предложение, мистер Дэнтон, – заговорила Лилли. – Быть может, вам стоит взять его с собой?
Я остолбенел.
– Вы хотите сказать, взять Мистера Боунса с собой на поиски мальчиков?
– Он может оказаться очень кстати. Во многих отношениях он смышленее вас, – улыбнулась Лилли. – Да и будет кому за вами присмотреть.
– Она права, – кивнул Карл-Мартин. – У мальчиков установилась с Боунсом глубокая связь. Тебе доверять у индейских мальчишек нет никаких причин. Ты для них – всего лишь очередной белый, пытающийся их поймать. Особенно учитывая то, что ты явился в их дом вместе с Два-Пальца. Но вот если они увидят Мистера Боунса, это будет совсем другое дело. Да и тебе будет в пути какая-то компания. Мне показалось, ты к этому привык.
Мистер Боунс поднял на меня взгляд, словно выражая согласие.
– Наверное, идея хороша, – ответил я. – Но сами-то вы уверены, что это правильно?
– Возьми его с собою спать. Вот и посмотришь.
– Тогда пошли, Боунс, – позвал я, вставая с пола. – У нас впереди долгий трудный день. Пора ложиться баиньки.
Тихо проскулив в ответ, старый пес тоже поднялся и пошел за мной по лестнице к мальчишеской спальне. Всю ночь он сопел, присвистывал и ворочался в ногах моей постели. Вроде бы самые обычные собачьи звуки – но для меня они казались прекраснейшей музыкой.
Часть 4
Путешествие
Hásapa
Леви
Я очень надеялся, что не перетрушу. Никогда не видел, чтобы дедушка чего-либо боялся. Я хотел быть смелым. Хотел, чтобы у меня был настоящий wóohitike. Чтобы у меня это было в сердце, а не только виделось снаружи.
Рубен внимательно поглядывал на меня. По-моему, он понял, что мы заблудились.
– Давай-ка сойдем с дороги на это вот поле, – предложил я.
Заплечная сумка была тяжелой, и мне хотелось присесть отдохнуть.
Мы ушли подальше в поле. Вокруг нас со всех сторон высилась кукуруза, так что никто бы нас там не увидел. Рубен сел на землю, принявшись рисовать на ней палочкой кружки. Я решил, что надо рассеять его тревогу. Достал из сумки печенье. То, что дала нам в дорогу мисс Ида.
– На, держи. Она дала с собой печенье.
– Тетя с черепахой, – вспомнил Рубен. – Мне понравилась тетя с черепахой.
Он сунул руку в карман и вытащил оттуда khéya. Ту, что вылезала из-под корыта.
– Ты чего, ее спер?!
Дедушка воров не любит.
– Женщина велела мне взять khéya. Сказала, что отдала ей свой дух. И сказала, что я должен к ней прислушиваться.
Меня сразу отпустило. Врать Рубен не умеет.
Брат поднял khéya повыше. Животное сразу зашевелило лапами.
– Ты давай побережнее с khéya, – предупредил я. – А еще ей всегда требуется вода.
Он сделал кислую мину.
– Сам знаю.
Рубен придвинул лицо к khéya и сказал ей что-то на их языке. Животное тут же втянуло под панцирь голову и лапы.
Мы попили воды из термоса, что дал мне мистер Стейнбах. Давая Рубену воды из его фляги, я вновь почувствовал себя большим и важным. Когда что-то дарят тебе своей рукой, то вместе с этим предметом передается и сила дарителя.
Рубен выпил изрядно воды. Затем налил немного рядом с khéya, сделав в земле глинистую лужицу. Черепашка в нее тут же закопалась.
– Мне приятно делать khéya такой счастливой, – заулыбался Рубен. Он уткнулся головой мне в грудь и ласково потерся. – Так же, как ты делаешь меня счастливым. – И он улыбнулся мне аж до ушей.
Меня сразу переполнило большой любовью к брату. Но также и сильным страхом.
– Рубен, мне нужно с тобой поговорить. Серьезно поговорить.
Но он уже переключился на khéya.
– Рубен, послушай, что я скажу. Что-то мне не нравится в этом небе. Оно как будто злое.
Но Рубен и не думал меня слушать. Он пытался что-то сообщить khéya. Я почувствовал желание встряхнуть его покрепче, заставить внять моим словам. Брат
