И счастье это растаяло, как яблоневый цвет.
– Я чувствую себя такой старой, – пробормотала Гэй с особенно юным и жалобным видом.
Глава 6
Однажды ночью в конце марта малыш Брайан Дарк остался один на кухонном чердаке, глядя на черный, уродливый пейзаж в это самое уродливое время года. Снежная белизна зимы уже ушла, оставив лишь голые кости мира. На западе, под угрюмыми тучами, нависшими над замерзшими полями, желтела холодная полоса неба. Казалось, деревья никогда больше не оживут.
Как обычно, Брайан был одинок, голоден и измучен. При свете он утешался разглядыванием роскошных изображений вкусной еды на рекламных страницах старых журналов под свесом крыши. Какие аппетитные волнистые полоски бекона… какие соблазнительные кексики… а какие пирожные с тающей во рту глазурью! Неужели кто-то в этом мире действительно ел такие волшебные блюда? Может, даже маленькие мальчики?
Лампа в гостиной Долларов погасла, но в комнатке наверху, обращенной к кухонному чердаку, горел свет. Брайан знал, что там спит Ленни Доллар; он всю зиму завидовал Ленни, потому что тот спал в такой теплой, уютной комнатке. Зимой он часто жалел, что не может тоже приютиться там. На чердаке всегда было холодно, но этой зимой стало еще холоднее, оттого что прошлой осенью Брайан случайно разбил окно и дядя Дункан и тетя Алетея так разозлились на его небрежность, что отказались ставить новое стекло. Брайан заткнул дыру старым свитером, но теплее от этого не стало.
И все же Брайан был уже не так одинок, как раньше. У него появился Сверчок. В бесплодной пустыне его нежеланного существования расцвел крохотный белый цветочек любви. Сверчок скоро придет. Прежде чем лечь, Брайан вытащил старый свитер, чтобы Сверчок мог попасть в комнату.
Он лежал и ждал, вслушиваясь в жутковатые звуки, которые издавали в темноте ели. Пора бы Сверчку появиться. Он обязательно придет. Конечно же, с ним все хорошо. Каждый день Брайана терзал ужас, что со Сверчком может что-то случиться.
Сверчок приходил каждый день уже три недели. Однажды ночью Брайан сидел у себя, как обычно одинокий и несчастный. Тетя Алетея рассердилась на него и отправила спать без ужина. Он смотрел в окно. На чистом, блистающем небе ярко сияли холодные звезды. Он так мал и совсем один в огромном, полном одиночества мире. Он молился своей покойной матери в раю, чтобы она послала ему еды и утешения. Бог, даже юный Бог, наверное, слишком занят более важными вещами, но у мамы найдется время. Теперь Брайан кое-что знал о маме. Однажды он встретил старого Лунного Человека, вечного скитальца, и тот остановился и поманил его. У Брайана дрожали колени, но он послушался. Не посмел ослушаться, хотя ужасно боялся Лунного Человека. Однако Лунный Человек посмотрел на него мягким, добрым взглядом.
– Малыш Брайан Дарк, отчего ты так боишься меня? – спросил он. – Тебе рассказывали обо мне страшные, лживые сказки?
Брайан кивнул. Он лишился дара речи, но теперь понял, что все это действительно ложь.
– Больше не верь им, – сказал Лунный Человек. – Я и мухи не обижу, а тем более ребенка. Сыночка Лоры Дарк. Я хорошо знал твою маму. Она была очень милой, и жизнь жестоко обошлась с ней. Жизнь жестока ко всем нам, но к ней – вдвойне. Она так любила тебя, Брайан.
Брайана переполняли чувства. Как замечательно! Он нередко задумывался, любила ли его мама. Боялся, что это невозможно, ведь он – ее позор.
– Она любила тебя, – мечтательно продолжал Лунный Человек. – Целовала твое личико, и лобик, и ножки, когда никто не видел – никто, кроме бедного старого безумца, Лунного Человека. И так хорошо о тебе заботилась. Ни об одном ребенке так не заботились, даже о малышах из богатых семей, что родились с серебряной ложкой во рту.
– Но я не имел права появляться на свет, – сказал Брайан – он так часто слышал эти слова.
Лунный Человек с любопытством взглянул на него.
– Как знать? Я считаю, Эджли Дарк не имел права появляться на свет, раз его мать ненавидела и презирала его отца. Но клан считает, это в порядке вещей. В странном мире мы живем, Брайан. Спокойной ночи. Я не могу задерживаться. У меня свидание. Вон она восходит за тем темным холмом, моя прекрасная королева Луна. Всем нам нужно что-то любить. Мне повезло больше всех – я люблю серебряную госпожу небес. Маргарет Пенхаллоу любит маленький серый домик в той стороне. Глупышка Маргарет, она выйдет замуж и откажется от мечты. Крис Пенхаллоу любит свою скрипку. Сейчас он отложил ее ради куска старой глины, но он к ней вернется. Еще глупее Роджер Дарк и Мюррей Дарк – они любят смертных женщин, презирая мудрость луны. Но они были бы и того глупее, если бы вообще ничего не любили. Что любишь ты, Брайан?
– Ничего. – К глазам Брайана подступили слезы.
Лунный Человек покачал головой.
– Плохо… очень плохо. Поскорее полюби что-нибудь, иначе попадешь в лапы дьявола.
– Мистер Конвэй говорит, дьявола не существует, – сказал Брайан.
– Дьявола Дарков и Пенхаллоу точно нет. Тебе не нужно бояться семейного дьявола, Брайан. Но найди что-то, что ты полюбишь, малыш, или… да поможет тебе Господь. Доброй ночи. Я рад, что встретил тебя.
Брайан тоже был рад, хотя не понял и половины сказанного Лунным Человеком. Он радовался не только тому, что у него стало на один страх меньше, но и тому, что узнал: мама любила его и хорошо о нем заботилась. Это казалось Брайану чудом. Он не помнил, чтобы о нем хоть кто-то заботился. Наверное, это очень приятно.
Посему он молился матери, надеясь, что она немного позаботится о нем, если узнает, как он в этом нуждается. Потом он лег на свою жалкую кроватку, забыв сунуть свитер обратно в окно. В этот момент на крыше веранды послышался тихий шорох, на подоконнике на фоне тусклого звездного неба застыли на миг темное тельце и два лунообразных глаза, затем – прыжок на пол, глухие шаги маленьких лапок, и мягкое пушистое существо устроилось возле него, шелковистый язык коснулся щеки, маленькое тело заурчало, словно маленький генератор. Сверчок пришел.
Брайан восторженно взял крохотное существо на руки. Он любил кошек, но тетя Алетея не потерпела бы их в доме. Теперь у него был собственный котенок – очаровательное создание с серыми полосками (он разглядел их, когда наступил рассвет), которое он очень любил. Котенок проводил с ним всю ночь, а чуть рассветало, исчезал. В первый раз Брайан с грустью подумал,
