с ним.
– Кто-кто его ищет?
– Злые трансформеры, ба! Как будто он знает, где Оптимус. Важная информация. Представь.
– Может, лучше пусть лучше ЖЭК его ищет? Он знает, как они мухлюют с начислением воды. Это тоже важная информация.
– Нет. Десептиконы! И ты знаешь, что если они найдут деда – будут его жестоко пытать. Только ты знаешь, где искать деда!
– Что его искать-то… Он постоянно у телевизора. В другой комнате.
– Ба, ну представь! И вот Мегатрон спрашивает у тебя: «ГДЕ ДЕД?» Ты соврешь?
– Прям пытать будут?
– О да! Жестоко. У них мозгов-то нет. Железяки одни.
– Жалко деда… Конечно, совру! Скажу, что на дачу уехал.
– Ба, но ты же сказала, что врать плохо!
– Хм… плохо… но это ложь во спасение. Это другое.
– Ну какое другое. Что за новые правила…
– Да, я соврала. Но я спасла деда. Тут другое. Понимаешь?! У меня благая цель.
– Получается, если мама меня спросит: «Кто разбил вазу?», и я совру и скажу, что она сама упала… То это ложь во спасение.
– И кого же ты спасаешь?
– Свою попу от ремня.
– Нет, милый, это плохо!
– Как понять, когда можно врать, а когда нет?!
– Еще раз, милый, ложь – это плохо! Старайся никогда не врать. Люди не любят врунов. С ними никто никогда не хочет иметь дел. Вот представь, ты договорился с Петей погулять в шесть часов вечера, а его нет. Ты его на следующий день спрашиваешь, почему не пришел? А он – мы не договаривались. Соврал тебе.
– Да я его после таких слов…
– Вот. Врунов не любят. Но иногда…
– Что иногда?
– Иногда, Сашенька, бывают исключения из правил. Вот, представь, летит самолет с большим количеством людей.
– В Турцию?
– Пускай в Турцию. Пилоты понимают, что у них в самолете что-то сломалось. Не серьезное, но сломалось.
– Левый фюзеляж?
– Что это?
– Не знаю. Звучит красиво.
– Пускай левый фюзеляж. По идее, они должны всем пассажирам сказать, что в самолете поломка. Самолет долетит, но поломка есть. Чуть-чуть трясет, но это нормально. Представь, что будет в салоне.
– Я бы умер от страха, ба!
– Вот! А предположим, у кого-то сердце слабое.
– Не хотел бы я там оказаться.
– Поэтому пилоты говорят: «Самолет попал в небольшую зону турбулентности…»
– Они врут!
– Да, это ложь. Но она из благих побуждений.
– Кажется, понял. А как называется ложь, когда папа меня на улице накормил мороженым, а маме он сказал, что горло у меня опухло из-за сквозняка?
– Сашенька, это называется родительская безответственность!
– Понял. Спасибо, ба! Так ему и передам.
– Передай, милый. Главное, запомни: врать – плохо!
– Запомнил. И последний вопрос.
– Спрашивай…
– Дед Мороз существует?
Ремарка автора
«Сентиментальное»
2008 год. Моей старшей дочке три года. Мы с женой полетели в Китай! Мы с Женей решили отдохнуть от… всего. Прежде всего от усталости, связанной с рождением ребенка.
Мы были достаточно активной молодой парой. Яркая общественная жизнь, ночные задушевные разговоры с друзьями, путешествия с одним рюкзаком, потому что RHCP приезжают!!! RHCP!!! Потом появилась Лика, и этого всего вдруг не стало. Появились бессонные ночи, раздражение, недовольство. Двадцать четыре на семь мы должны были обслуживать одного маленького орущего человечка. Мы были молодыми родителями, и нам казалось, что у нас украли нашу юность. Нет, мы не жаловались. Мы копили злобу. Каждый внутри себя.
Чтобы не лопнуть от этой злости, мы решили, что нам нужна перезагрузка. Мы договорились с моей мамой, что они с папой побудут с Ликой, пока мы путешествуем.
Настал день отъезда. Пришла мама. Мы с женой судорожно собирали чемодан, а маленькая Лика стала догадываться, что происходит что-то не то. Моя мама, понимая, что вот-вот наступит скандал, предложила:
– Мы пойдем с Ликусей на улице погуляем.
Они быстро собрались и ушли. Мы стали ждать такси, которое повезет нас в аэропорт. Такси почему-то долго ехало, и случилось так, что мы у нашего подъезда столкнулись с Ликой и моей мамой. Как только Лика увидела, что мы садимся в такси с чемоданом, – она стала плакать. Потом орать. Она орала так, что из окон начали выглядывать все соседки. Женя пыталась с ней договориться. Бесполезно. Мама сказала, чтобы мы быстро уезжали.
Мы сели в такси и поехали. Лика продолжала орать.
Женя сказала в слезах:
– Я так не могу. Давай я останусь!
– Нет! Так будет лучше! – жестко сказал я, тоже еле сдерживаясь.
Мы улетели в Китай.
И было действительно лучше. Лика классно провела время с моими родителями. Моя мама вела с ней задушевные разговоры, дед научил ее играть в шахматы. Мы с Женей начали снова смеяться. Злоба куда-то улетучилась. Из Китая мы привезли… второго ребенка.
2024 год. У Лики сегодня заканчиваются зимние каникулы. Сегодня у нее самолет в Москву. Завтра начинаются занятия в ее вузе. Эти две недели с нами жил какой-то другой, взрослый и серьезный человек. Да, за эти полгода она повзрослела. Мы так классно проводили эти дни. Что-то обсуждали, во что-то играли, смотрели сериалы. Мы постоянно ржали. Она смеялась над каждой моей тупой шуткой…
Я подвез ее в аэропорт. Достал из багажника ее маленький черный чемодан, в который она уместила всю свою жизнь. Обнялись. Она тихо сказала:
– Пока, папа. Увидимся летом.
Она ушла в стеклянную дверь аэропорта. Я ощутил себя маленькой Ликой. Как тогда. Глаза увлажнились, и мне хотелось орать и плакать. В голове было столько мыслей, мне хотелось остановить ее. Зачем вообще нужно учиться в другом городе?! А что, если перевестись?! Сзади кто-то настойчиво посигналил моей машине. Я пробормотал:
– Пока, Лика. Так будет лучше…
Сел в машину и уехал.
P. S. 10 июля 2016 года мы с Ликой были на концерте RHCP. Вдвоем!
Телефон
– Алло, бабушка, это Саша! Папа не дает мне свой смартфон поиграть!
– Привет, милый! Прям не дает?
– Да! Говорит, рано мне еще! Что делать?
– Хм… А ты скажи маме, что папа постоянно проводит время в телефоне, ждет чего-то, с кем-то важным переписывается.
– Сработает?
– Я хорошо знаю твою маму…
* * *
– Наташа, привет! Что-то мне Саша перестал звонить. Он не заболел?
– Привет, мам! В телефоне сидит постоянно! У отца забирает и залипает часами!
– И Сергей отдает?
– Я ему не отдам!
– Ну ты скажи, что бабушка звонит.
