они встречаются уже год. Хага, ты ведь в курсе?
– Ну так, в целом… – замялся Хага, – но про свадьбу слышу впервые. Когда церемония?
– Этим летом. Макото сказала, что вернется на Обон, так что подумываем устроить праздник в кругу семьи. Заранее приглашаем тебя!
После полуденного перерыва работа продолжилась. Сбор урожая занял всю вторую половину дня и закончился ко времени, когда с запада по небу начал ползти алый закат. Собранные ветви мимозы погрузили на трехколесный скутер, который заботливо оставила госпожа Мари.
– Я пойду первым. Помнишь дорогу, Хага?
– Само собой.
Получив ответ, господин Масаюки уехал на скутере. Хага, Марита и Кикуко пошли до главного здания пешком.
– Ну, как ты, Кику? Устала? – обратилась к ней Марита, пока они спускались по пологому склону.
– Ужасно. Но теперь, когда мы закончили, чувствую себя легче. А как вы себя чувствуете, госпожа Марита? Вы ведь поедете на цветочный рынок завтра, да? Вам придется рано вставать. Давайте на обратном пути снова поведу я, а вы поспите.
– Что думаете, госпожа Марита? – поинтересовался Хага. – Как говорится, состаришься – следуй за молодыми.
– Поосторожней с выражениями! Я еще не старая.
– Но в прошлом году вы так вымотались, что не смогли поехать на рынок на следующий день, – убедительным тоном сказал Хага. – Конечно, на продажи в магазине это никак не повлияло, только нам не хватило позиций для заказа Мабути сэнсэя, – а это уже неприятность.
Такое и правда было?
– Все, хватит! Я вас услышала, – закатив глаза, Марита наконец согласилась. – Тогда, Кику, если тебе не трудно, сядь за руль на обратном пути. Но если вдруг устанешь, обязательно скажи. Поменяемся. Ой. Кику? Ты чего?
Когда Марита вдруг заметила, что Кикуко нет рядом, она обернулась.
– Простите. Засмотрелась… – Очарованная видом желтых полей мимозы на фоне растянувшегося по небу заката, Кикуко сама не заметила, как остановилась. Рука инстинктивно потянулась к телефону, чтобы запечатлеть этот момент: – Подождите секундочку, я хочу сделать фото.
– Запостишь потом в наших соцсетях?
– Обязательно!
Когда Кикуко наконец посмотрела в сторону Мариты, за ее плечом она увидела знакомый силуэт. Ведя рядом с собой старый велосипед, по полю мимозы шла девушка. Это была Мидори с неизменным рюкзаком за спиной. Проследив за взглядом Кикуко, Марита и Хага тоже посмотрели в том направлении.
– Мидори? Что-то случилось?
Услышав голос Хаги, она заметно вздрогнула. Видимо, не сразу заметила, что идет не одна.
– Не подходи! – прикрикнула девушка, когда Хага двинулся в ее сторону.
– Что?
– Ненавижу вас. И Макото, и тебя тоже! Ненавижу!
Внезапно она отпустила руль и бросилась бежать вниз по склону.
– Подожди, Мидори!
Хага погнался за ней.
Все произошло так внезапно, что на долю секунды Кикуко застыла от удивления.
– Кику, на тебе велосипед.
Прежде чем Кикуко успела ответить, Марита рванула следом за ними вниз по холму. Недолго думая, Кикуко подбежала к велосипеду: слетевшая цепь сразу бросилась в глаза, да и сам велосипед выглядел потрепанным, будто за ним давно не ухаживали.
Снизу по склону раздался визг. Примерно в ста метрах от места, где все произошло, Мидори упала лицом вниз.
– Ты в порядке? Мидори!
Девушка попыталась встать, но, снова потеряв равновесие, присела на землю. Отмахнувшись от Хаги и Мариты, которые прибежали на помощь, она прижала колени к груди и спрятала лицо.
Когда Кикуко скатила сломанный велосипед вниз, ее взору предстала свернувшая в комочек, глотающая слезы Мидори и беспомощно нависающие над ней Хага с Маритой. Тихим голосом девушка пробормотала что-то себе под нос.
– Ну что-о такое? – мягко спросила Марита. Шмыгнув носом, девушка повторила громче:
– С каких пор вы с моей сестрой в таких отношениях?
– Ты посмотрела фото с Исигаки?
– Я тебя спрашиваю!
– С тех пор, как я пошел в универ, – хрипло ответил Хага.
– И вы все еще…?
– Мы давно не общаемся. После того как Макото уехала в Америку, наши отношения стали натянутыми и в итоге сошли на нет.
– И что, ты до сих пор любишь ее?
Хага горько посмотрел на нее в ответ. Было видно, что его загнали в угол и он никак не мог уйти от разговора.
– Ну? Отвечай!
– Да. Сколько ее знаю, я испытывал к ней чувства. Но у Макото все по-другому. Она ответила на мои чувства и какое-то время мы встречались, за что я до сих пор ей благодарен.
Когда Хага закончил говорить, Мидори встала и, стряхнув землю с одежды, подняла заплаканное лицо. Только потом она заметила присутствие Кикуко. Удивленно посмотрев на нее и немного помедлив, Мидори все же забрала велосипед, буркнув короткое «Спасибо».
– Вы не могли бы пойти без меня? Я хочу побыть одна.
Ее слова не оставляли другого выбора. Никто не стал возражать. Марита развернулась первой.
– У меня есть для тебя просьба, Мидори. Можно? – спросил напоследок Хага.
– Что?
– Не знаю, много ли у тебя фото с Исигаки, но сожги их все, пожалуйста. Макото скоро выходит замуж. Ей это не нужно.
Мидори злобно зыркнула в ответ. И все же кив– нула:
– Извини за все. И спасибо тебе.
С этими словами Хага низко поклонился.
Заходящее солнце окрасило поля мимозы в неземной алый цвет, рисуя великолепный пейзаж. Жаль, что момент не позволял сделать фотографию. Все, что оставалось – навсегда сохранить этот образ в своей памяти.
– Извини, Кимина, – сидя на заднем сиденье, подал голос Хага. – Ты не могла бы на следующем светофоре повернуть направо и остановиться у станции Татэяма?
Прошло уже двадцать минут, как минивэн «Каварадзаки» выехал с территории «Сада Фукасаку». Солнце село, и дорога погрузилась в темноту.
– Тебе в туалет? Я могу встать у круглосуточного неподалеку.
– Нет. Мне нужно немного подумать в одиночестве. До дома доберусь на электричке.
– Ладно, – ответила вместо Кикуко Марита. – Принесешь потом чек за поездку, я оплачу.
– Хорошо. И, пожалуйста, не рассказывайте никому о нашем разговоре с Мидори.
– Конечно. Никому.
Кикуко одним ухом слушала беседу, погруженная в свои мысли.
Все-таки Мидори была влюблена в Хагу.
Неудивительно, что отношения сестры с Хагой шокировали ее. Но, наверное, еще большим ударом стало то, что она никогда не сможет быть с любимым, как бы сильно ей того ни хотелось. Но что было бы, если бы Хага догадался о чувствах Мидори раньше?
Нет, хватит. Додумывать, «что было бы», – даже хуже, чем распускать слухи. Эта мысль, наверное, была навеяна цветами мимозы, в окружении которых Кикуко провела весь день. Повернув руль, она выехала к вокзалу.
