вернулась и взяла с кухонного стола пустой баллончик. Прищурилась, читая надпись.
– «Использовать, чтобы остановить атакующих животных», – прочитала она. – И что, нас атаковали?
– Он был прямо около нас.
Элена читала дальше.
– «На расстоянии до двадцати пяти метров». Серьезно, Сэмми?
У той горело все тело.
– Ты хоть прочитала инструкцию, прежде чем пользоваться этой штукой?
– Я не ребенок, – обиделась Сэм. – Не надо так со мной разговаривать.
Элена поставила баллончик обратно на стол.
– Забавно, а ведешь себя именно как ребенок.
Сэм втянула воздух. Он словно кристаллами льда колол изнутри обожженные щеки.
– Я? Это я-то ребенок? Когда ты сама… Элена, ты ходишь и кормишь медведей ростбифом! Я пытаюсь помочь нам…
– О, спасибо тебе большое, – притворно-сладким голосом протянула Элена. Глаза у нее покраснели.
– Ты совершенно… ты забыла, что нам нужно делать. Ты гуляешь по лесу и делаешь вид, будто ты дух природы Сан – Хуана. Но ты не дух, понимаешь? Не дух. Извини, что напоминаю.
Элена сжала губы.
Сэм не сдавалась. У нее по-прежнему все горело. Она сама не вполне осознавала, что говорит, но знала точно: ей нужно, чтобы поведение сестры снова стало понятным.
– Я понимаю, ты умоталась, и медведь стал для тебя… способом отключиться, испытать приятное волнение или что-то в таком роде, но хватит уже, нам надо…
Элена снова взяла баллончик.
– Сколько он стоит?
Сэм осеклась.
– Мне его дала Мадлен.
– Кто?
– Инспектор из Отдела защиты дикой природы. Сегодня принесла.
Элена повернулась к ней спиной, опустила плечи. Сэм смотрела на ее длинную бледную шею с выступающими хрупкими позвонками. Баллончик сестра держала перед собой, так что Сэм его не видела. Ее ошеломило одиночество, исходящее от этого повернутого прочь от нее тела.
– Где ключи от машины? – спросила Элена. Когда Сэм поинтересовалась, зачем они ей понадобились, сестра заявила, что уходит ночевать к Кристине.
– Так нельзя, – возразила Сэм. – Маме плохо, ты ей нужна.
Элена сказала, что через несколько часов вернется, но сейчас все равно уйдет. Она поставила баллончик на кухонный стол, звякнув металлическим ободком дна о деревянную поверхность. Глухой вышел звук. Сэм последовала за ней в коридор. Элена выудила ключи от машины из сестриной сумки, и они зазвенели у нее на ладони. Сэм прекрасно понимала, как чувствует себя сестра: как перец щиплет кожу, лижет глаза и ноздри, жжет волосяные фолликулы. Она понимала, откуда берется желание сбежать, ей самой этого все время хотелось. Останься, сказала она Элене. Не ходи туда. Останься. Но сестра ушла.
26
Тем вечером Сэм ужинала в одиночку. Пока еда грелась, она зарыла использованный спрей в мусор. Черные стенки, красная крышка: невыносимо было на него смотреть. Из-за этой штуки Элена бродит где-то одна. Мать в своей спальне забылась тревожным сном, но то и дело просыпалась. Мышцы щек у Сэм напряглись от боли. Она вымыла тарелку и вилку и уставилась в окно.
Шли часы. Вечерело. Сэм написала Элене, но ответа не получила. Заметив наконец, что кто-то идет по дороге, она натянула кроссовки и вышла. Там оказался всего лишь Дэнни Ларсен, который гулял с собакой, но хоть кто-то живой.
Дэнни наблюдал, как она идет по дорожке. Улыбка, его постоянная маска, выглядела осторожной. Нежной. Можно было подумать, что он беспокоится за Сэм.
– Как дела? – крикнул он.
– Ты его сегодня видел? – спросила Сэм.
Дэнни помедлил.
– Кого – его?
– Медведь был прямо на нашей дороге. Несколько часов назад. Ты не видел? – Сэм махнула рукой вдоль дороги.
Сосед повернулся в ту сторону, куда она показывала. Собака прыгала у его ног. Сэм все еще не привыкла быть так близко к нему: раньше они разве что сталкивались в аптеке или проходили мимо друг друга по пути на занятия. Рослый и мускулистый Дэнни со временем стал выглядеть мягче, особенно когда отрастил бороду. Стоя рядом, Сэм видела, как кожа у него погрубела от ландшафтной работы.
– Что, правда? Прямо тут?
– Ты его не видел? – Сэм опустила руку. – Неужели… он не заходит на ваш участок? – Значит, зверь и правда преследует только ее семью?
– Мы не замечали. Но у нас собака. – Тут Дэнни как раз наклонился почесать светлую шерсть, зарылся в нее пальцами. Собака подняла голову, вытянула длинную шею и ухмыльнулась. Губы у нее были черные, а зубы белые и чистые. – Она лает на все, что движется за окном. Дикая природа держится от нас подальше.
– Хорошо вам. – Сэм знала, что в ее голосе больше агрессии, чем стоило бы.
Дэнни не сбился на раздражение, просто сильнее нахмурил брови.
– Хочешь взять ее ненадолго пожить у вас?
– Ой… – выдохнула Сэм, потом автоматически отказалась: – Нет-нет.
– Она дружелюбная.
– Нет, – покачала головой Сэм, – просто… Нет, спасибо. Думаю, маме лай будет мешать. – Кажется, она покраснела. То ли дело в вечной любезности Дэнни, то ли в остатках перечного спрея.
– Как дела у мамы?
– Нормально.
Дэнни изучал ее. Будто безмолвно предлагал продолжить. И, к собственному удивлению, она продолжила:
– На самом деле не очень. Последние пару дней было тяжело.
– Мне очень жаль.
Сэм снова покачала головой. Вопреки здравому смыслу ей нравилось сочувствие соседа – нравилось хоть с кем-то разговаривать после нескольких часов, проведенных дома в одиночестве. Нравилось, как он мягок с ней. Щеки у нее по-прежнему пылали.
– Насчет собаки я серьезно, скажи, если передумаешь. И если что-то еще понадобится, буду рад помочь.
– Разве что ремонтные работы.
– Не вопрос, – отозвался Дэнни. – У меня всегда молоток наготове.
Сэм невольно усмехнулась.
– Ну что ж, спасибо, – поблагодарила она. – Если у нас заклинит окно, буду знать, к кому обращаться.
– Не стесняйся. Я серьезно. – Сосед посмотрел на нее спокойным взглядом прозрачных голубых глаз. Как море в штиль. – У тебя есть мой номер?
Сэм начала отвечать, что нет, но запнулась. Откуда у нее взялся бы его номер? Дэнни даже не моргнул. Подождал, пока она достанет телефон, продиктовал свой номер, подождал, пока она его вобьет и сохранит, и теперь Дэнни Ларсен значился у нее в списке контактов.
– Пришли мне сообщение, чтобы и у меня твой номер был, – попросил он, и она послушалась.
Никаких новых уведомлений у нее на экране не было. Элена не писала, и Сэм снова убрала телефон в карман. Собака свернулась у ног хозяина, высунув язык.
– Как ты поступил бы, если бы увидел медведя? – спросила Сэм.
– Не знаю. Сделал снимок? Такое же редко случается, правда?
Огромные мощные лапы, на которых играли мускулы, когда зверь шагнул вперед, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Чудовищная тень за спиной
