внимательно и заботливо Лорель укутывает Тайлера, чтобы он не замерз на улице.
– Пожалуйста, не отвлекай Джерарда. Он делает нам одолжение, заботится о нас, позволяет нам жить здесь. Веди себя хорошо.
Теперь она говорила с ним, только чтобы исправить его, отчитать, наругать… но не чтобы выразить свою любовь. Для этого не было места. И Дереку было грустно.
– Напиши мне, как доберетесь. – Джерард поцеловал ее в щеку.
Маленький принц опустил ледяные глаза на брата, который без остановки рисовал круги на руках.
Дерек наклонился к уху Тайлера и с отчаянной злостью прошептал:
– Ненавижу тебя, лучше б тебя никогда не было.
Тайлер замер на несколько мгновений. Он хорошо знал, почему ледяные глаза Дерека всегда смотрели на него с ненавистью. Но одно дело догадываться, а другое – услышать прямо. Тайлер содрогнулся.
Но он слишком боялся заговорить.
Слишком боялся сопротивляться.
Потому что в глубине души знал, что Дерек в одиночку сражается с демоном, от которого сам Тайлер трусливо убегает. Он чувствовал себя эгоистом по сравнению с братом, которого должен был защищать от этого демона; чувствовал себя беспомощным, способным только прятаться от монстра, пугающего их; он отдал ребенка с пустыми ледяными глазами демону в заложники.
Лорель взяла сына за руку, и, пока дверь еще не закрылась, Тайлер на короткое мгновение увидел страх на лице брата. Дерек сжал руки в кулаки, не смея издать ни единого звука. Не в силах избавиться от демона, который втайне пожирал их.
Демон, который обнимал их, когда они этого не хотели.
Демон, который шнырял рядом, когда они этого не хотели.
Демон, который смотрел на них, когда они этого не хотели.
Демон, который прикасался к ним, когда они этого не хотели.
Дерек
«Что ты совершил? За какое преступление небеса осудили ангела? Наказание за что ты отбываешь, Дерек?»
Я смотрю на рисунки Тайлера, которые он расшвырял в приступе ярости. Я сбился со счета, сколько раз его накачивали успокоительным, чтобы унять страх, который сжирает его заживо.
Медсестра пытается его успокоить.
– Тайлер, мы не причиним тебе вреда.
Три санитара удерживают его, чтобы врач смог ввести ему лекарство. Он расцарапал себе руки, и теперь у него течет кровь. Я поднимаю рисунки, упавшие на пол, и кладу их на стол.
Тайлер таким образом всегда просил о помощи, это его способ бороться с демоном, который медленно мучает его, который всегда наблюдает за ним, не давая свободно дышать.
– Сейчас ему станет лучше, Дерек. – Врач подходит ко мне, утешая дежурными фразами. Но по его глазам я вижу, что это неправда.
– Можете лгать Тайлеру и моей матери, но не мне. Я прекрасно понимаю ситуацию, если бы его можно было вылечить, то вы бы уже это сделали. Ему становится хуже: срывы становятся более жестокими, а царапины… не успевают зажить до того, как он наносит новые.
Он отводит взгляд, ему тяжело вынести тяжесть суровой правды. Я отхожу и сажусь в кресло рядом с кроватью Тайлера.
Комната опустела, остались только я и Тайлер, который теперь крепко спит, сжимая в руках карандаш, которым рисовал. Я осторожно забираю карандаш и кладу свою руку на его ладонь.
– Прости, – негромко шепчу я.
Я должен был противостоять ему, пока было еще не поздно тебя спасти.
– Прости.
Я должен был ненавидеть других, а не тебя.
– Прости.
Я должен был понять, что ты просто боялся, а бояться – это нормально.
Слеза скользит по щеке Тайлера и падает на простыню.
У меня начинает неметь спина, и тут же вспышка боли заставляет меня зажмурить глаза. Я прижимаю руку к груди, пытаясь хоть немного унять боль. Достаю из кармана куртки пачку таблеток, кладу одну в рот и жду, пока подействует. Становится все труднее скрывать свое состояние.
Руки дрожат, побочный эффект, который я не могу контролировать. Цена, которую я плачу, чтобы демон не объявился снова.
Тайлер рисует его в виде черного круга, наполненного тьмой, это просто его способ справляться с демоном.
А я усыпляю его все более сильными лекарствами и живу в притворстве и страхе того, что эта тонкая нить может неожиданно порваться.
Застрявший в воспоминании о кошмаре, который начался с закрытой двери и заканчивался солнечным светом, кошмар, от которого я спасался сном и дистанцированием от реальности.
Застрявший в мерзком грязном прикосновении демона, у которого я был в заложниках.
«Если стоять неподвижно, все закончится очень быстро».
Глава 23
Границы существуют, и их нельзя нарушать.
Искушение существует, и ему нельзя поддаваться.
Это то же, что и притяжение между светом и тьмой: они никогда не смешаются, потому что это противоестественно… и все же что-то продолжает подталкивать их друг к другу.
Между ними искрит напряжение, безумие.
Свет и тьма всегда узнают друг друга, потому что они вечные враги.
Свет очищает, а тьма становится чернее от грехов тех, кто оскверняет ее смертельного врага.
Отношения любви и ненависти.
Противопоставление, основанное предками.
Свет и тьма
Сиа
– Начинается финальный этап, поэтому задания станут сложнее. Все оборудование в этой аудитории – для вас, точно таким же пользуются наши постоянные сотрудники. Надеюсь, вы покажете себя во всей красе, – заявляет Фредерик.
Нас собрали в огромной аудитории. Судя по всему, с сегодняшнего дня мы будем получать все задания здесь. Оборудование, о котором говорил Фредерик, самое современное. Все наставники сидят перед нами за длинным столом, а с верхнего яруса на нас пристально смотрит белая ведьма.
Видимо, она все еще решает, кто из нас заслуживает остаться, а кого следует выгнать. Она смотрит на Дерека, потом замечает мой взгляд и самодовольно улыбается. Я раздраженно сжимаю зубы. Белая ведьма обычно не ладит с другими ведьмами, и Вирджиния, кажется, следует этому курсу. Она как будто распознала мою сущность.
– На этот раз вам нужно собрать информацию о покупке местной фирмы одним из самых известных концернов на континенте: как вы знаете, эта новость взбудоражила весь город. Сделка кажется обычной, будто бы выгодной для покупателей, но не все то золото, что блестит. Вы понимаете, о чем я… – слова Фредерика вызывают у меня улыбку.
Они хотят, чтобы мы обнаружили компромат, который поможет BWN привлечь внимание общественности. Ребята внимательно слушают, команда Татьяны тщательно записывает, а команда Геймлиха уже даже полезла в интернет.
Мы единственные сидим спокойно.
– Победившая команда сможет выйти в прямой эфир, я знаю, что вы все мечтаете об этом, и,
