отказаться за неимением достаточного времени для обучения. Эх, а нам идея с шутливым воплощением полицейского и самой «розовой пантерой» очень и очень понравилась. Ну да ладно, как-нибудь в другой раз развлечёмся!
Наши любимые наставники Борис и Полина предложили взамен классический вальс — танец по характеру совершенно другой. За нами осталось выбрать музыкальное сопровождение. В этом Никита полностью положился на меня, но я всё равно, ради приличия, предложила ему несколько композиций, хотя сердце лежало только к одной, из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь». К моей радости, любимый остановился на ней же, что лишний раз подтверждает единые вкусы.
Справедливости ради, надо сказать, у Никиты довольно большая фонотека с записями его юности, и мне она тоже понравилась. Особенно я люблю её слушать в машине, когда любимый за рулём, впрочем, как сейчас. Мы договорились заниматься танцами с утра, а то потом день закрутится-завертится, Никиту обязательно куда-нибудь сдёрнут, и пиши пропало. Знаем, проходили.
Облачившись в лосины и мини-юбку, чтобы лучше следить за ногами, я встала в заученном положении. Шаг, другой, поворот, фиксация корпуса, и мы закружились, правда, ненадолго. С первого раза не получилось, да мы и не надеялись. И если мне ещё движения давались легко, то у Никиты с этим были проблемы. Но, мало-помалу, с каждым последующим занятием вальсирование получалось всё лучше. Мы вставали в пару то друг с другом, то с наставниками, пока, наконец, не отточили все движения. Главное на самой свадьбе не опростоволоситься!
И вот настал «он», тот самый долгожданный день. Я давно перестала верить в приметы и всякие суеверия, но девчонки буквально заставили меня соблюдать «традиции», а то как же «жених увидит невесту до свадьбы», поэтому меня безоговорочно забрали накануне в дом Романа.
Мой старший друг и наставник теперь выполнял что-то вроде обязанностей отца невесты, а именно — ему поручена высокая честь «охранять» меня.
Глава 49
Итак, довольно просторная, но и не огромная обитель недавнего холостяка стала битком забита гостями, то бишь всеми Зеленцовыми и мной. Места для сна всем, разумеется, не хватило, и мы, не парясь и не заморачиваясь, улеглись прямо на полу на спальных мешках, собранных «с миру по нитке», то бишь у друзей.
Полночи мы с Таней болтали и хихикали, пока Серёжа не запустил в нас подушкой — наш великан охранял сладкий сон племянника. Так вот тот самый малец, выспавшись, забрался к нам в постель с утра пораньше и начал будить. А как будят маленькие дети? Правильно — долго и настойчиво: их надо и накормить, и поиграть, и мультики дать посмотреть.
— Всё, всё, Федюшка, встаём!
Мы с Таней нехотя вылезли из-под одеяла и отправились умываться. Наши старшие уже, видимо, давно встали: Марина, выкроив ради моей свадьбы «окно» в своём плотном графике, суетилась на кухне, а Роман, как всегда с иголочки, обувался в коридоре:
— О, спящие красавицы проснулись!
— Да, мы красавицы!
Хором ответили мы с подругой и, переглянувшись, прыснули: да уж, помятые, со взъерошенными волосами, можно смело претендовать на титул «Мисс Россия»! Вспомнив, что Роман должен был забрать свадебный букет к 9.00, мы поспешили в ванную наперегонки. Ну да, это днём я стану замужней матроной, а пока с юношеским задором первая заскочила под душ, показав язык Тане.
Когда я вышла бодрая и свежая, как весенний цветок, меня уже ждали — точнее ждал. Молодой высоченный мужчина в стильной рубашке и идеально сидящих брюках буквально схватил меня, усадил на крутящийся компьютерный стул и начал творить.
Мои волосы подверглись расчёсыванию, начёсыванию, кручению, распрямлению и «вопили» из последних сил, что ещё вот-вот, и им нечем будет держаться. Я злилась на девчонок, которые с испуганно-наигранным видом корчили рожицы, а я не могла взглянуть даже в отражение стеклянной двери — сюрприз, блин, ой, не буду дальше продолжать!..
Последние штрихи: подкрашивание ресниц, нанесение блеска для губ, и меня подвезли к зеркалу. Так вот ты какой, аленький цветочек!
Я была растрогана до слёз: волосы были уложены в высокую аккуратную причёску и обрамлены маленьким кокошником с камнями и бусинами, от которого спускалась длинная фата. Боже, я сама себе нравилась! Я встала и подошла ближе, лучше разглядывая себя новую, а мужчина в это время колдовал уже новый образ.
— Вика, ты бы перекусила чего — ничего же не ела! — беспокоилась Марина, предлагая йогурт.
— Спасибо, не хочу, всё равно в ресторане много всего будет — успею.
— Твоя правда. Фёдор! — девушка обратилась к сынишке, вытирая тому щёки. — Такой большой мальчик, а кушаешь, как хрюшка. Вот придёт папа!
— Это кто тут маму не слушается?
Вспомнишь солнце, вот и лучик. Я с умилением смотрела на отношения своих друзей, на их взаимопонимание и заботу.
Интересно, а каким отцом будет Никита? А какой матерью стану я? А как сложатся наши отношения, ведь сколько случаев бывает, что после свадьбы всё меняется?
Так, кыш из головы все тревожные мысли! Некогда и незачем. Всё у нас будет хорошо, мы постараемся!
Время неумолимо приближалось, а потому подруги помогли мне одеться и оставили в комнате Романа. Вскоре за входной дверью послышался стук, шум и смех. Началось — выкуп невесты!
Марина заглянула ко мне на минутку, в последний раз удостовериться, что всё в порядке. Я улыбнулась — всё хорошо. А сама от волнения не знала что делать — сначала сидела на кровати, потом стала прохаживаться взад-вперёд. Шум и гам нарастал, но Роман, уверена, держал свои позиции. Я как раз оборачивалась от окна, как вдруг за стеклом мелькнула тень…
Тень, правда, мелькнула, или мне это показалось? На мгновение я даже застыла.
Тук-тук.
Медленно обернулась и… засмеялась — за окном, держась за альпинистские тросы и с букетом в руках, раскачивался мой жених. Я тут же ринулась к окну и открыла его:
— С ума сошёл, а если бы свалился? — отчитала я его, как первоклашку, пока парень забирался в комнату.
— Не боись, десантуру так просто не спихнёшь!
Никита, такой красивый, аккуратно причёсанный, в светлом костюме и с цветочком в верхнем кармане, прямо в стиле моего платья (ах, Ирина-угодница), смотрел на меня как завороженный, не в силах оторвать глаз от меня: длинное белоснежное платье с вышитым корсетом и прозрачным кружевом на рукавах было покрыто фатой с тонкой окантовкой, накинутой вторым слоем на лицо, как символ самой невесты — неизведанной.
Ай, да ладно, мы уже целовались: крепкие объятия, жаркий поцелуй и приближающиеся
