ИОСИФ ЛЕВИЦКИЙ
СЛУШАЕТСЯ ДЕЛО
СУДЕБНЫЕ ОЧЕРКИ
Издание второе, дополненное
ПРЕДИСЛОВИЕ
Много славных свершений на счету советских людей. В каждодневных трудовых успехах проявляется тот огромный творческий накал, тот могучий энтузиазм, который органически присущ нашему народу-созидателю.
Но при общности и единстве судьбы всего советского народа еще нет-нет да и отдастся болью в сердце, взорвет справедливое негодование общественности чей-либо поступок, грубо противоречащий самим основам нашей морали. Нет-нет да и поднимется чья-то нечистая рука на социалистическую собственность, на права и интересы граждан, а то и на жизнь человека. Да, оно живучее, племя тунеядцев, жуликов, хулиганов — всех тех, кого еще на заре Советской власти В. И. Ленин относил в разряд главных врагов социализма, требовал взять под особый надзор населения.
Совершающий противозаконное деяние не приходит откуда-то извне. Наоборот, является членом производственного или какого-либо иного коллектива, дышит одним с нами воздухом. Но где же и когда появляется в душе такого человека зияющая брешь, совокупность каких факторов толкает его на преступный путь и в конечном итоге ставит перед лицом правосудия?
В значительной степени ответ на эти вопросы дает предлагаемая читателю книга судебных очерков Иосифа Левицкого «Слушается дело». Главная мысль, к которой последовательно подводит она читателя, такова: правонарушения происходят там, где запущена воспитательная работа с людьми, низка трудовая дисциплина, мало внимания уделяется устройству быта, где плохо решается проблема разумного использования свободного времени, имеются серьезные пробелы в деятельности административных органов. Автор подчеркивает гуманизм советского суда, который в своей деятельности руководствуется указанием партии о том, что решающая роль в укреплении правопорядка и социалистической законности принадлежит убеждению, воспитанию, предупреждению правонарушений.
С победой социализма в нашей стране ликвидированы социальные причины преступности, такие как эксплуатация человека человеком, нищета и обездоленность масс, человеконенавистническая буржуазная идеология, исповедующая звериную мораль «человек человеку — волк».
Но остается целый ряд других причин и условий, с которыми нельзя не считаться, которые нужно предупреждать, своевременно устранять, нейтрализовать. Ведь при социализме преступление не является формой социального протеста против существующих условий жизни. Оно прежде всего результат нравственной деформации, интеллектуальной отсталости и низкой культуры личности, по тем или иным причинам вышедшей из-под постоянного общественного контроля.
Укрепление законности — это задача не только государственного аппарата, — подчеркивал Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Л. И. Брежнев. — Партийные организации, профсоюзы, комсомол обязаны делать все, чтобы обеспечить строжайшее соблюдение законов, улучшить правовое воспитание трудящихся. Уважение к праву, к закону должно стать личным убеждением каждого человека.
Воспитание уважения к праву, решительная борьба с правонарушениями — дело всенародное. Под руководством партийных организаций ее ведут и коллективы трудящихся, и общественные организации, и административные органы, и широкие слои населения.
Автор книги «Слушается дело» Иосиф Левицкий уже четверть века на судебной работе. Сначала он — народный судья, позже — член областного суда. Настоящий сборник, как и предыдущие его книги «Товарищи», «Судьбы и судьи», «Порука», вобрал личный судейский опыт, собственные выводы и наблюдения. В нем нашли свое отражение действительные случаи из судебной практики, фамилии же действующих лиц и место действия — изменены.
Автор касается важных вопросов укрепления социалистической законности, охраны правопорядка и законных прав граждан, подчеркивая мысль, что борьба за построение коммунизма неотделима от всестороннего развития социалистической демократии, укрепления Советского государства, сочетания интересов общества, коллектива с интересами каждого трудящегося.
В. ЯРОСЛАВСКИЙ,
член Верховного суда УССР
СИНЯЯ МЕТКА
На пляже стало свежо. И хотя солнце только что село, отдыхающих уже не было. Коссе, не спеша, оделся и хотел уходить, как вдруг услышал слабый крик, доносившийся с моря. Юноша прислушался и уловил слово «тону!» Медлить было нельзя ни минуты, и он бросился к лодочной пристани. Подбежав, увидел, что сторож закрывает сарай.
— Давайте весла! — крикнул Коссе. — Нужно немедленно в море!
— Закрыто, — равнодушно ответил сторож и положил ключи в карман.
— Человек тонет!
— Знаем мы ваши хвокусы. Шагай подальше отсюда…
Сторож был высоким грузным стариком. От него несло винным перегаром. Коссе понял, что любое промедление может привести к трагедии в море, и цепко схватил сторожа за борта пиджака:
— Ключи!
Сторож изловчился и ударил его в челюсть. Коссе не на шутку рассердился, толкнул старика в грудь. Взмахнув руками, тот опрокинулся на спину. Коссе выхватил у него из кармана связку ключей, торопливо отомкнул сарай и схватил первые попавшиеся два весла. Через минуту он уже был в море и греб изо всех сил в ту сторону, откуда услышал крик о помощи. Некоторое время было тихо, потом крик повторился, но уже совсем близко и отчетливо:
— Спасите!..
На темной воде Коссе с трудом различил бледное пятно — лицо человека — и, подойдя на лодке почти вплотную к тонувшему, схватил его за волосы. Лодка заплясала на волнах и опасно накренилась, но потерпевший уже был на борту. Им оказался молодой человек лет двадцати трех.
— Заплыл далековато, — говорил он, — и сил не рассчитал, а тут еще судорога схватила… Если бы не вы, не добраться бы мне до берега.
Незнакомец лег в носовой части лодки, и Коссе старательно массировал ему икроножную мышцу. Парню было очень больно, и он сквозь зубы шептал:
— О, черт!..
Наконец судорога отпустила. Коссе сел за весла.
— Ты на дальний мысок давай, — попросил незнакомец, назвавшийся Олегом, — там ребята ждут.
Он рассказал, что приехал из Горловки с друзьями на субботу и воскресенье покупаться и позагорать. Однако погода подвела. Знал, конечно, что рискованно далеко заплывать, но ведь кончается лето, и ему хотелось попрощаться с морем.
На берегу Олега ждали товарищи. Коссе не стал выходить из лодки, он тоже спешил возвратиться на пристань.
— Как звать-то моего спасителя? — спохватился Олег, крепко пожимая руку Коссе.
— Иваном.
Коссе приналег на весла. Порывистый ветер дул с суши и относил лодку в море. И если бы не огни маяка, можно было легко потерять ориентировку. Коссе думал о человеке, которого только что спас. Не подоспей вовремя помощь, и его уже не было бы в живых. Море любит отчаянных, но не прощает ни единого промаха.
Пристань приближалась. Около стоянки лодок двигались какие-то огоньки. «Кто бы это мог быть? — подумал Коссе. — В такое время, кроме сторожа, там ни
