Эсхил - Античная драма

Прочь! Берегись! Беги скорей, покуда цел!
Как бешеный, он гонится!

Да что с тобой?

Бегите!

Что такое?

Закидал меня землей, камнями.
Горе мне!

Постой!

Ужель
Отстал он, бешеный?

Ну да.

Ах, так!

О чем ты говоришь?

Молю тебя, бежим!

Куда?

Куда угодно, только бы подалее
От этой двери. То ли черножелчием
Страдает он, несчастный, то ли бес какой
Попутал человека, в дом которого
Я, как назло, был послан. На ногах ссадил
Себе все пальцы, спотыкаясь.

Видимо,
Набедокурил в доме он.

Сомненья нет. Отъявленный болван.

Увы.

Погибнуть мне,
Сострат, на месте, если я хоть что-нибудь…
Ох, отдышаться дай сперва, чтоб связную
Речь повести… Так вот, я постучался в дверь,
Хозяина спросил. Карга какая-то
Выходит и отсюда, где сейчас стою,
Указывает вон на тот пригорочек.
Гляжу туда: согнувшись в три погибели,
Он груши собирает.

То-то злой такой!

И что же дальше, милый? Я во двор вхожу,
Иду к нему и этак скромно, вежливо,
Ну, как нельзя учтивей и приветливей,
Речь завожу издалека и говорю:
«Отец, по делу, что тебя касается,
К тебе пришел я». В крик он сразу: «Ах, злодей,
Да как же ты, такой-сякой, осмелился
Ступить на мой участок?» И без промаха
Комком земли в лицо мне изо всех-то сил!

Вот незадача!

Не успел я вымолвить:
«Чтоб Посейдон тебя», — он жердь предлинную
Схватил и ну лупить меня. «У нас с тобой
Какие могут быть дела? Забудь, кричит,
Ко мне дорогу!»

Видно, окончательно
Рехнулся земледелец.

Он бежал за мной
Ну добрых полтора десятка стадиев,
Сперва вокруг пригорка, после — рощею,
И если под рукой другого не было,
То землю, камни, груши мне вослед кидал.

Какая дикость! Он злодей поистине,
Старик твой.

Умоляю, уходите.

Трус!

Нет, вы его не знаете. Он мокрое
От вас оставит место.

Очень может быть,
Что нынче он не в духе. А поэтому,
Пожалуй, встречу лучше отложить, Сострат,
Любое дело надо делать, выбравши
Срок подходящий.

Верно!

Доброты не жди
От земледельца бедного.
И наш старик —
Не исключенье.
Завтра я чуть свет к нему
Схожу один, поговорю, тем более
Что дом теперь я знаю. А пока ступай
Домой, Сострат, и жди. Все образуется.

Последуем совету!

Ишь как поводу
Он рад уйти. Ведь сразу было ясно: шел
Со мной он без охоты и намерений
Моих не одобрял.

Ты негодяй, подлец,
И пусть пошлют тебе все боги правые
Собачью смерть.

Но в чем, Сострат, вина моя?

Наверно, кто-то что-то со двора унес.

О чем ты? Я не крал.

Избили, стало быть,
Тебя без основанья.

Без малейшего.

Да вот и он.

Уйди.

Поговори с ним ты!

Нет, не смогу! И так-то в красноречии
Я не силен. А тут не нахожу и слов.

Вид у него не очень-то приветливый,
Свидетель Зевс. И как спешит! Нет, лучше я
Посторонюсь от двери. Феб, он сам с собой
Вслух на ходу беседует. Мне кажется,
Он не в своем уме. Сказать по совести,
Я вне себя от страха. Что греха таить?

Ну, разве не был счастлив, и вдвойне притом, Персей?
Во-первых, обладая крыльями,
Он ото всех, кто землю топчет, скрыться мог.
А во-вторых, любого, кто в докуку был,
Мог в камень обратить. Вот если б мне теперь
Такой же дар! Лишь каменные статуи
Кругом стояли молча бы, куда ни глянь.
А то и жить нельзя, клянусь Асклепием!
Ведь до того дошло, что с разговорами
Ко мне во двор суются. Я и так уже,
Спасаясь от прохожих надоедливых,
Свидетель Зевс, решил не обрабатывать
Часть поля, у дороги. Так они теперь —
Шасть на пригорок! Вот, уж право, спасу нет.

О, горе, снова кто-то у дверей моих
Стоит, я вижу.

Неужели бить начнет?

Хотя бы даже ты решил повеситься,
И то нигде безлюдных не отыщешь мест.

Зол на меня.

Я жду, отец, приятеля:
Назначил встречу здесь.

Ну, вот, пожалуйста!
Что это, портик вам или торговый ряд?
Уж если вы свиданья назначаете
У дома моего, то поудобнее
Устраивайтесь: выстройте сидения,
А то и зал, пожалуй.

Дело скверное!
Старик — сама зловредность.
Горе, горе мне!

Да, это дельце не из легких, видимо,
Не из простых. Здесь, милый мой, потрудишься,
Да как еще.

А если сразу сбегать мне
За Гетою, рабом отца? Вот это мысль!
За что он ни возьмется, у него в руках
Горит любое дело. Он живехонько
Дурную эту хмурь со старика стряхнет!
Да, медлить при подобных обстоятельствах
Никак нельзя. Ведь многое меняется
И в день один. О, боги, дверью хлопнули.

О, горе мое, горе! О, беда, беда!
Как быть теперь мне? Няня, воду черпая,
Ведро в колодец уронила.