– Чтоделатьчтоделатьчтоделать?!! – в панике заметалась я по пещере, в порыве ярости тряся за воротники бледных хоббитов. Алекс с трудом оттащил меня от них и прижал к груди.
Медведи теснили нас обратно к дракону, медленно, наслаждаясь своей властью. Самые мстительные глаза были у Беорна, недаром Гэндальф советовал не сердить его…
– Выход один, любимая. – Командор указал взглядом на бурную реку.
Профессор все понял, застонал и твердо сказал:
– Нет! Алиночка, лучше убей меня здесь же из бластера, но в реку я добровольно не…
– Ах, всем купаться! – неожиданно восторженно воскликнул голубой эльф и первым прыгнул в воду, держа нашего котика перед собой. Мы все последовали его примеру.
Последнее, что я увидела перед прыжком, была раздраженная морда обиженного дракона, в сердцах плюющего пламенем куда-то в сторону.
А потом грохнул ВЗРЫВ!
Уже в реке, несомая бурным потоком, я радостно вопила вслед удирающим медведям. Нас несло к свободе! А перед нами, на собственной тяге, врастопырку летел выброшенный метаном дракон. Вид у него был напуганный, но ничего, обвыкнется в воздухе, научится летать, потом нам же еще спасибо скажет…
Выбравшись из воды на ближайшей излучине, мы разожгли костер и кое-как обсохли. Больше всех пострадал агент 013, он отобрал у шефа непромокаемый плащ, завернулся в него и категорически отказывался с кем-либо разговаривать.
Причем основная причина его обид была даже не в том, что его заставили купаться! Профессор был дико зол на нашу непроходимую тупость в том плане, что никому не пришло в голову банально воспользоваться переходником! Тот, украденный, хоббиты успешно заблокировали, нажав не на ту комбинацию кнопок, но ведь были еще два – у Алекса и начальника Базы! Ну-у… сглупили, забегались, с кем не бывает… На самом-то деле Пусик и сам вспомнил о переходниках только что…
Задерживаться мы не собирались: шеф ранен, все голодны, так что пришло время возвращаться на Базу. Мы поблагодарили эльфа за товарищескую помощь и сказали, что нам пора. Он сделал плаксивое лицо, но с нами не попросился. Хвала Аллаху!
– Прощайте, друзья мои, – вздохнул он, моргая и пытаясь прижаться к командору. – Мне жаль, что мы расстаемся, но у вас свой путь и своя судьба. Опять я остаюсь один…
– Ты не один!
Из леса неожиданно вышел очередной эльф, такой же манерный и стройный, только брюнет. Он смотрел на Лазуронда, и глаза его светились нежностью. Похоже, что это и есть тот самый Гемолонд. Вот какая она, оказывается, эльфийская любовь… Я всхлипнула от умиления. Вообще в последнее время такая сентиментальная стала, сама себя стесняюсь, хоть из дому не выходи.
– Возвращайся, дорогой, без тебя так плохо, – застенчиво сказал он.
Лазуронд восторженно взвизгнул и, долетев до любимого в три прыжка, бросился ему на шею.
– А проблемы с дочерью правителя? Что, уже исчерпаны? – бестактно поинтересовался кот. Ага, значит, может говорить, когда хочет…
– Она… случайно отравилась грибами, – опустив глаза, пояснил Гемолонд и многозначительно погладил друга по коленке.
– Ах ты прелесть, – проворковал Лазуронд, их пальцы встретились…
Алекс торопливо набирал нужную комбинацию на переходнике. Кажется, мы здесь уже лишние…
* * *
Прошла неделя… Суд над двумя главными заговорщиками был проведен в строгой торжественной обстановке, но закончился полным пшиком. Оказывается, скучающий Федор как-то набрел в библиотеке на хрестоматийного «Хоббита» и в разговоре с друзьями упомянул Аркенстон. Коварный Брандакрыс сразу запал на эту идею, первым смекнув, что самый большой в мире алмаз так и лежит в могиле гномьего героя. Удрать вдвоем авантюристы не решились, прекрасно понимая, что по переходнику мы вычислим их в пять минут. Поэтому они избрали весьма хитрый план, убедив хоббитов помоложе принять участие в знаменитой битве. Пока мы спасали бы их, оба дружка спокойно успели бы украсть алмаз и скрыться с переходником. Впоследствии они хотели переждать «бурю» у моих родителей, а там продать алмаз в комиссионку и жить припеваючи, построив себе маленькую конфетную фабрику. Бред невероятный, кто бы мог купиться на такое, кроме…
В результате Брандакрыс получил три недели домашнего ареста, но самое ужасное, что этот мерзавец из-за специфического взгляда хоббитов на события и вещи опять стал популярен. Всю неудачу похода мохноногие возложили на инфантильного, снова впавшего в грусть и апатию Федора. Имидж героя интроспективного типа погубил его. Видя, что он вновь ходит испуганный и печальный, хоббиты сочли, что он самый виноватый и есть!
А наутро нас вновь вызвали к шефу. Гном стоял на пороге, сияющий, как медная посуда у Синелицего. Он еще не вполне оправился после ранений, но уже был в довольно бодром настроении. Мы тоже невольно улыбнулись. Видимо, какая-то удача привалила нашей Базе, если патрон такой довольный. Этот взгляд я видела у него лишь раз, такими глазами он глядел на Аркенстон… Нет… не может быть… надеюсь, это не то, о чем я подумала.
– Гномы сбежали! Наверняка рассказы хоббитов зажгли их сердца на организованный побег. И они захотели посетить свою прародину, познакомиться с сородичами, обменяться опытом, посмотреть, как они живут…
– Вэк… – дружно выдохнули мы, все трое.
– А что вы так заволновались? У меня для вас хорошие новости. Нам удалось их отследить. Они как раз сейчас подходят к… Одинокой горе!
Да, ничего не скажешь, хорошая новость. А главное, какая неожиданная!
– Но мы-то тут при чем? Мы же не отряд по возвращению политэмигрантов…
– Как это при чем?! Наш с вами прошлый поход был полон приключений, и я надеюсь, что и в этот раз их будет не меньше. Нужно защитить алмаз, уж я-то знаю, какое он несет искушение для гнома, у меня есть бесценный опыт по его преодолению, и моя помощь там будет просто неоценимой! Поэтому, как бы ни был занят, я готов к отправлению. Вперед, друзья мои, я поведу!
Кот откинулся в обморок. Алекс схватил меня за плечи, чтобы я не дала волю рукам. Мне оставалось лишь скрипеть зубами. О, Толкиен, прости нас, грешных…
Положение спасла умничка Грызольда, она скромно встала из-за секретарского стола:
– Он еще слишком слаб для таких подвигов. Отправляйтесь туда, агент Орлов, агент Сафина и агент 013, и разберитесь со всем. Я подержу его.
– Что? Не сметь! Убери руки, женщина! Ты не понимаешь величия цели, я… я…
Убаюканный в объятиях огромной троллихи, шеф быстро уснул, посапывая как младенец. Мы тихо вышли на цыпочках…
Беглых гномов мы вернули. С хоббитами проблем было больше. Не поверите, еще месяц у этих недомерков находили и изымали всякое оружие, которое они каким-то чудом умудрились прихватить с поля битвы. У хоббитов куча потайных кармашков, и кто-кто, а уж они умеют припрятывать сворованное. Но чтобы исхитриться протащить на Базу топоры, алебарды и луки? О ножах, кинжалах, кошельках и ювелирных украшениях уже даже не говорю…
И не подумайте, что я как-то нелояльна к тем же хоббитам или молодым гномам, хотя у последних молодость отсчитывается где-то от ста пятидесяти лет и мне они все годятся аж в прадедушки. Нет, я их люблю по-своему. Очень по-своему, но люблю. У нас на Базе нормальных существ нет. Ну, может, за исключением меня, и то не факт!
Дело в том, что я здесь единственный – человек. Алекс тоже относится к людскому роду, но он чистой воды нонсенс, он из пробирки, ни родни, ни семьи, никого, кроме кота, я – первый луч света в его темном царстве. По крайней мере, я сама так думаю, да и он сам не раз подтверждал, а ему можно верить.
А если ты единственный человек в сообществе гномов, хоббитов, роботов, троллей, грифонов, русалок и еще десяти наименований существ, жить очень непросто. Это они здесь нормальны, а я монстр. Но я научилась жить, выживать, дружить и понимать каждого, чего бы мне это ни стоило, когда надо мной смеялись, не считали равной, сомневались, что выдержу. Это сейчас быть другом Алины Сафиной престижно и приятно, а раньше…
