Анна могла так просто отвертеться от него и списать на выдумки. Он действительно узнал ее, и это было самым страшным…
Глава 6
Отправив Аню на задание, капитан Крылов, конечно же, сомневался в том, что это вообще была такая уж большая необходимость. Нет, с одной стороны, разведка предполагает, что нужно постоянно следить за подозрительными объектами, ведь как еще можно найти подходящую информацию, если не путем наблюдения и слежки? Нет, есть еще один вариант — допросы и пытки, но прежде чем пытать всех, кого только можно, нужно знать конкретные мотивы для допроса нужного человека. Так что цель оправдывает средства, и наблюдение пока что оставалось единственным вариантом выяснить как можно больше о нужном им человеке. В конце концов, бесчисленное множество шпионов было отправлено в самые разные концы мира лишь только для того, чтобы внедриться, стать «своим» и узнать как можно больше! К тому же Крылов пока еще никого пытать не спешил. Он был приверженцем того, что силу нужно применять в самых крайних случаях и только тогда, когда это единственный вариант узнать что-либо. А размахивать кулаками или причинять кому-то боль… Ну, это всегда можно успеть.
Так что, с другой стороны, он все же понимал, что Анна — важный член их команды, ведь ее не просто так отправили с ними на эту операцию. К тому же девушка… С девушками может случиться что угодно, и Крылов это понимал. Поэтому, очевидно, переживал за то, как обстоят у нее дела.
Когда она только ушла, Виктор еще не успел подумать о том, что эта слежка за Соколовым может что-то дать — он предполагал и такой вариант, что тот действительно мог оказаться простым инженером. Крылов даже еще раз сходил в горсовет и у той же самой девушки спросил, не находила ли та документы некоего Алексея Соколова, инженера из Ленинграда, но та снова пожала плечами и сообщила, что сейчас у них творится полнейший хаос и ей по ошибке прислали все архивные документы из старого городского архива, которые нашли при разборе завалов одного из зданий. Поэтому сейчас и в ближайшее время ей никакого дела до ленинградских инженеров нет и не будет.
Посему оставалось только ждать результата наблюдений Анны. К счастью или сожалению, он появился быстро — в один из дней Анна вновь возникла на пороге их квартиры. Виктор, признаться, даже не сразу узнал ее, поэтому очень изумился, когда, открыв дверь, увидел перед собой красивую девушку в красном платье под черным осенним пальто, с распущенными подкрученными волосами, подобно шелку спадающими на ее плечи, улыбающуюся и дивно хлопающую на него длинными ресницами.
Он даже не успел отреагировать, как следовало бы, только замер, приоткрыв рот. Ваня потом со смехом вспоминал еще пару дней остолбеневшего Виктора и присвистывал каждый раз, когда разговор заходил о Ане. Нужно было кого-то сосватать старому товарищу, и не было практически ни дня, когда Соловьев не вспоминал Крылову о том, что он мог бы к кому-то и приглядеться. Виктор же списывал такие стремления своего товарища на то, что тот сам сидит одиноким и особо не тянется к созданию семьи хотя бы для себя самого. Что же касается Виктора, то… Он надеялся вернуться к своей жене. Он думал о ней каждый раз, когда оставался наедине. Представлял, как мог подрасти их сын… Сын. Где-то там у него сын, его родная кровь, и есть его любимая женщина, а он даже не знал, как они и где находятся. И все ли с ними в порядке? Так что Анна хоть и произвела на него впечатление при первом взгляде, в дальнейшем осталась только в мыслях разве что Ивана, еще долго бурно обсуждающего то, как миссия девушки вдали от вечно хмурого капитана благоприятно влияет на него.
И все же новости, с которыми Аня пришла к ним тогда, были не самыми добрыми. Позже, когда девушка ушла, потому что такой приход к ним на квартиру был опасен для всех них тем, что их с легкостью могли вычислить, Виктор еще долго думал над тем, что она сказала. Конечно, он был рад, что в итоге с нею все в порядке, и что ее наблюдения продвигаются, и она, такая молодец, действительно узнала что-то полезное. Но то, в каких обстоятельствах она это узнала… Сильно тревожило начальника их группы.
— С кем он мог встречаться, еще и по ночам? — спросил Виктор у Ивана, на самом деле задав этот вопрос скорее себе, нежели своему товарищу, спокойно сидящему на диване. — Ну и что за пакет этот неизвестный человек ему передал?
— И что ты думаешь? — спокойно спросил Соловьев. Он знал, что ему даже не стоит строить какие-то свои догадки, потому что этот мыслительный процесс товарища он остановить все равно не сможет. И если Виктор начал обдумывать что-то, то непременно до какого-то консенсуса дойдет.
— Я думаю, что… — Крылов раскрыл бумажку, на которой в ночи Аня зафиксировала диалог инженера с неизвестным типом. — Она написала здесь, что мужчина отдал Соколову пакет и сказал передать его на улицу Соболева какому-то человеку. Соболева… Ты знаешь, в каком районе эта улица?
— Она через реку, неподалеку от нас, на самом деле. Если бы мост был, то ты бы мог быстро добраться, — зевнув, ответил Иван. Раннее пробуждение из-за Ани, всполошившей квартиру, плохо на него влияло — он до сих пор хотел спать, хоть и был рад увидеть их напарницу.
— Соболева… Соболева… — Виктор стал ходить по комнате и думать. — Где-то я уже слышал эту фамилию и эту улицу…
Он глянул на товарища в надежде узнать у него ответы, но тот лишь недоуменно глянул на него и нахмурился.
— Соболева, — твердо произнес наконец Крылов. Догадка крутилась где-то в голове, но никак не могла облечься в словесную форму. — Где же… Точно!
От того, что мозг наконец-то выдал ему нужное воспоминание, Виктор аж просиял.
— Точно! Улица Соболева! Та старушка в катере жаловалась своей подружке, что у нее на улице Соболева орудует банда, которая по ночам что-то грузит в грузовик и уезжает. И столько шуму она наводит…
— И?.. — ответил Иван, ожидая, что внезапно осененный разгадкой Виктор тут же ею с ним поделится. Но пока что слабо верил в такую возможность.
— И… Это значит, что это могут быть одни и те же люди! И… И Соколов должен передать пакет кому-то из них. Ну?
— Ну не знаю, — поморщившись, ответил Соловьев. —
