пьесу, но и расставил актеров на сцене.
– И наслаждался спектаклем, – хмуро добавила Джейн. – Он сказал мне: «Это был несчастный случай, которым я не мог не полюбоваться».
Мисс Баррет посмотрела на упаковку с улуном, которую так и не оставила Блэквуду, и вдруг Джейн осенило.
– Элли, а если он все спланировал не как убийство, а как возмездие? При этом он коллекционер, окружающий себя вещами, заменяющими ему людей. А если смерть брата стала для него главным символичным экспонатом в его коллекции?
Элли поперхнулась чаем.
– Ты хочешь сказать, что у него остались доказательства?
– А почему нет? – глаза Джейн горели. – Он одержимый. Такие люди не могут выбросить то, во что вложили столько смысла. Он не стал бы уничтожать обертку, инструкции, что-то, связывающее книгу с этим «идеальным» преступлением.
– Но Марлоу на днях говорил о том, что обыск в его доме ничего не дал, – напомнила Элли.
– Потому что искали не там и не то. А что это и где может быть – об этом нам с тобой и надо поразмышлять.
Джейн подошла к окну. Дождь начинал затихать, и сквозь разрывы в тучах виднелось темнеющее вечернее небо.
– Есть один человек, который может знать, где Блэквуд хранит свои секреты.
– Кто?
– Мистер Старк, лондонский антиквар. Он был в курсе, что книга ядовита, и явно что-то недоговаривал тете.
Джейн со стальной решимостью повернулась к подруге.
– Завтра я еду в Лондон. А пока нужно, чтобы Блэквуд почувствовал, что контроль ускользает и его идеальное преступление начинают рассматривать под лупой.
– Как ты это сделаешь?
– Очень просто, – Джейн налила две чашки крепкого чая, – я приглашу его сюда на чашку нового сорта чая, и мы будем громко говорить о выдуманных деталях его дела, чтобы до Эдгара дошел наш разговор.
Она протянула чашку Элли.
– Он не выдержит, – продолжила мисс Баррет. – Человек, который годами продумывал свою месть как изысканный спектакль, не сможет остаться в стороне, если увидит кого-то другого в режиссерском кресле. Он совершит ошибку.
– Это опасно. Если он заподозрит, что мы к нему подбираемся…
– Тем лучше, – твердо сказала Джейн, – испуганная мышь бежит прямиком в свою нору, а нам только надо узнать, где эта нора.
Она сделала глоток чая, глядя на свое отражение в темном окне. Отражение посмотрело на нее с улыбкой усталой, но не сломленной женщины. Джейн начала самое важное расследование в своей жизни. Пахло чаем, дождем и грядущей бурей.
Глава 8. Коробка для детектива
На следующий день, ровно в десять утра, Джейн, держа в руках плотный конверт с дневниками тетушки Агаты и своими заметками, стояла на пороге полицейского участка. Небольшое кирпичное здание с выцветшей вывеской выглядело скромно. Внутри пахло старым деревом, лаком для пола и слабым ароматом подгоревшего кофе. За столом, заваленным бумагами, сидел сержант Ричард, молодой человек с простодушным лицом, и что-то увлеченно печатал на старой механической пишущей машинке.
– Мисс Баррет! – улыбнулся он. – Что вас привело? Неужто кто-то чай украл?
Она дежурно улыбнулась в ответ.
– Мне нужно видеть детектива Марлоу. Это срочно.
И словно услышав ее, на пороге появился сам Марлоу. Он нес под мышкой папку и выглядел еще более угрюмым, чем обычно.
– Сержант, где отчет по краже велосипеда с улицы… – он замолчал, увидев Джейн.
Его взгляд стал острым и оценивающим.
– Мисс Баррет, надеюсь, вы принесли мне извинения за инцидент с незаконным удержанием улики.
– Я принесла вам улику, детектив, – твердо сказала Джейн, протягивая конверт, – и не только ее. Я считаю, что смерть мистера Хауэлла была умышленным убийством, и у меня есть кое-какие соображения на этот счет.
Марлоу тяжело вздохнул.
– Пройдемте, – буркнул он и, развернувшись, отправился в свой кабинет.
Комната была такой же аскетичной, как и ее хозяин: голые стены, сейф, простой стол и два стула. Ни одной лишней бумажки. Марлоу сел за стол и указал на стул напротив.
– Итак, излагайте. Только, ради бога, без фантазий про горький миндаль.
Джейн положила конверт перед собой и начала свой рассказ. Она говорила все четко и последовательно: о коробке, кристаллах, запахе, о том, что узнала от почтальона Гримма. И, наконец, о самом главном – дневниках тетушки Агаты с заметками про Эдгара Блэквуда.
– Мистер Старк лично предупредил его, что книга опасна, – подчеркнула мисс Баррет, передавая Марлоу открытую на нужной странице тетрадь, – а мистер Блэквуд сказал, что покупает ее в качестве подарка для примирения. С кем еще он мог мириться, как не со своим двоюродным братом, с которым у него была многолетняя вражда из-за наследства?
Марлоу молча читал. Его лицо было непроницаемым, но Джейн заметила, как сжались его губы, а брови чуть сдвинулись. Он закончил и отложил тетрадь.
– Допустим, – медленно произнес он, – допустим, книга была ядовита. И, допустим, Блэквуд мог догадываться об этом – или не мог. На данный момент это доказывает лишь то, что он – неуч, купивший опасную вещь и не умевший с ней правильно обращаться. Это подтверждает халатность, приведшую к несчастному случаю, но не умышленное убийство.
– Но мотив! – не выдержала Джейн. – Он ненавидел его! Он желал ему исчезнуть! Он сам мне это сказал.
– А в суде, мисс Баррет, слова «я желал ему исчезнуть» не являются доказательством умысла на убийство. Это называется «быть в ссоре с родственником». У половины города были причины его недолюбливать. Вы же сами принесли мне целый список! – он постучал пальцем по ее блокноту.
– Он же солгал, сказав, что просто споткнулся! – настаивала Джейн, чувствуя, как земля уходит у нее из-под ног.
– Любой человек на его месте солгал бы, чтобы избежать ответственности за порчу дорогой антикварной книги! – Марлоу повысил голос. – Вы строите воздушные замки из сплетен и старых обид. У меня нет ни одного веского доказательства, чтобы возбудить дело об убийстве: ни признания, ни свидетеля, который видел бы, как Блэквуд подсыпал яд. Ничего!
– А коробка? – почти выкрикнула Джейн. – Химическая экспертиза! Она покажет…
– Она покажет, что на коробку случайно пролили чай! – перебил детектив. – Книга из чайной пропала в день смерти Хауэлла, вы знали об этом?
– Как пропала? – но ее вопрос остался без ответа. Детектив напористо продолжал:
– И без самой книги наличие коробки даже не доказывает, что она именно от этого фолианта.
Он встал, и его фигура оказалась вдруг огромной и непоколебимой.
– Я принимаю ваши… материалы, – он взял конверт и сунул его в верхний ящик стола. – И я проведу с мистером Блэквудом официальную беседу о правилах обращения
